Вопреки ожиданиям, фаворитка султана Зейнеп вошла в гарем с сияющей улыбкой, держа в руках пучки ярких тканей и сверкающих драгоценностей. Она неспешно раздавала подарки девушкам, щедро выделяя шелка, бархаты и украшения, словно сама была валиде султан в этом дворце. Свет солнца, пробиваясь сквозь витражные окна, отражался в золоте и драгоценных камнях, создавая атмосферу богатства и роскоши. Ее поведение было свободным, уверенным, в глазах светился блеск власти и превосходства.
Эметуллах султан стояла в это время на балконе гарема и наблюдала за всем происходящим. Рядом стояли Афифе калфа и Джафер ага. Валиде Эметуллах султан, наблюдая за этим из тени, почувствовала внутреннее недовольство.
- Что эта рабыня себе позволяет, Аллах, Аллах,- недовольно покачал головою Джафер ага. - Она возомнила себя госпожой во дворце.
Афифе калфа глядя на строгое лицо Эметуллах султан, сказала:
- Она недавно во дворце и ведет себя дерзко. Госпожа, видно же что Зейнеп
хочет переманить на свою сторону девушек.
Эметуллах султан молча отошла от балкона и спустилась вниз по мраморным ступенькам, идя неспешными шагами, словно змея к Зейнеп хатун. Ее глаза мгновенно засияли гневом, когда Зейнеп заметила ее и продолжила раздавать подарки, словно не замечая важности строгой валиде султан.
Девушки увидев валиде Эметуллах султан, склонили головы. Эметуллах султан подойдя к Зейнеп, гневно произнесла:
- Ты, рабыня,что ты думаешь? Что можешь вести себя словно госпожа? Ты раздаешь ткани и драгоценности как владелица, но помни — ты всего лишь рабыня, чья задача — подчиняться приказам, а не вести себя высокомерно, как будто ты вершишь судьбы.
Зейнеп склонив голову немного покраснела, но старалась сохранить достоинство:
— Валиде султан, я лишь делаю то, что считаю нужным, чтобы показать свою щедрость и уважение, — ответила она с легкой улыбкой, пытаясь оправдаться.
Валиде Эметуллах султан не дрогнула. Ее голос прозвучал холоднее: — Ты думаешь, что хозяйка жизни — ты? Ни в коем случае. Ты — лишь одна из рабынь этого дворца. Помни свое место и не забывай, что здесь власть — у тех, кто наследует престол и держит судьбы под контролем. В этом гареме хозяйка я.
Во взоре Валиде Эметуллах султан застыл лед холодной власти.
— Запомни, — сказала она, приближаясь к Зейнеп с тяжелым взглядом, — при малейшей оплошности, при самом малом проявлении дерзости и неповиновении, ты не просто потеряешь свое положение. Твоя судьба будет решена в одно мгновение — и я распоряжусь, чтобы тебя предали волнам Босфора.
Зейнеп ощутила, как холод пронизывает спину, но в глазах Валиде Эметуллах султан не было ни капли сомнения — это была не пустая угроза, а железная воля женщины, которая сотни раз пережила интриги и испытания дворца.
В полумраке султанских покоев дворца, украшенных изысканными коврами и резной деревянной мебелью, султан Мустафа сидел за тяжёлым столом из темного дерева. Его взгляд был сосредоточен и глубок, а на лице читалась решимость, свойственная истинному полководцу. Рядом стоял Хамад ага — хранитель покоев и давний соратник, чей опыт и мудрость ценились султаном не меньше, чем военная доблесть.
— Повелитель, — начал Хамад ага осторожно, — время настало обсуждать следующий поход. Наши войска готовы, а противник укрепляет свои позиции у границы. Без решительных действий нам не обойтись.
Султан Мустафа кивнул, его глаза сузились, словно взвешивая каждую мысль. — Ты прав, Хамад. Но прежде, чем мы поведём войска в бой, необходимо понять, с какими силами мы столкнёмся, и как минимизировать потери наших людей.
Хамад ага подошёл ближе, низко поклонившись. — Разведка приносит новости о новых укреплениях и наборах вражеской армии. Однако мы можем использовать их чрезмерную уверенность против них — внезапный налёт и быстрые манёвры ослабят их линии.
— Хорошо, — пробормотал султан Мустафа, — подготовь визирей для совещания. Мы должны тщательно спланировать каждый шаг и обеспечить снабжение армии. Буду требовать полной преданности и дисциплины.
Хамад ага улыбнулся, ощущая доверие и решимость своего повелителя. — Всё будет готово, повелитель. Ваши войска готовы следовать за вами до конца.
Султан Мустафа встал, внимательно взглянул на своего друга и сказал: — Путь к победе пролегает через мудрость и мужество. Пусть Аллах даст нам силу и победу.
В тишине, наполненной ожиданием и надеждой, два преданных друг другу человека подготовились к новому испытанию — предстоящему военному походу за славу и безопасность Империи на войну с австрийцами.
В султанские покои постучали. Падишах разрешил:
- Войди!
В покои вошла Зейнеп и поклонившись, сказала:
- Повелитель, если я не вовремя, то я уйду.
Султан Мустафа широко ей улыбнулся:
- Проходи, Зейнеп.
Хамад ага недовольно покосившись на Зейнеп, поклонился падишаху и вышел из его покоев. Хамад ага был недоволен этой новой фавориткой падишаха, из-за нее казна пустеет.
Зейнеп с грустным лицом подойдя к падишаху, начала жаловаться:
- Повелитель, я хотела сделать доброе дело, сделала подарки девушкам из гарема. Но, валиде султан отчитала за добрый поступок меня. Валиде султан зла на меня. Я ведь ничего плохого не делала, а лишь хотела обрадовать девушек.
Султан Мустафа обнял ее и поцеловав в лоб, сказал:
- Зейнеп, тебе следовало попросить позволения дарить подарки у валиде султан. Это дела гарема и я не могу тебе помочь.
Зейнеп отстранившись, сделала обидные глаза:
- Так ты же падишах мира, ты все можешь, поговори с валиде султан
Султан Мустафа усмехнувшись, ответил:
- Завтра мы с тобой отправимся в Эдирне, Зейнеп.
Зейнеп радостно обвила шею падишаха и поцеловала его в губы.