Абхазия 2: Поездка в 2022 Окончание
С утра мы прогулялись по территории отеля. Она занимает примерно 400 метров береговой полосы. В главном здании без труда узнается «Сталинский ампир[1]».
Когда-то здесь был санаторий. Открыли его в 1952 году еще при Сталине, и назвали «Санаторий ЦК КПСС им. XVII съезда КПСС». Название говорило о довольно своеобразном чувстве юмора у сильных мира того. XVII съезд, который состоялся в 1934 году, сперва назвали «Съездом победителей». По-видимому, эпитет был связан с успешно завершенной первой пятилеткой. Но со временем про это название стали забывать.
Начало положил сам Иосиф Виссарионович, который нацелил только что подаренную ему винтовку в зал с делегатами. Случай оказался символичным… Впоследствии более половины делегатов съезда было арестовано, и более трети расстреляно. Но, несмотря на вскрывшиеся нелицеприятные детали, название санатория не поменяли. Вплоть до распада СССР он оставался одним из самых элитных мест на Черноморском побережье. И сейчас это лучшая гостиница в Гаграх, а может быть, и во всей Абхазии, пока здесь не появились современные отели…
Первое место сегодняшнего маршрута – Пицунда. Я надеялся здесь прогуляться по знаменитому парку с реликтовой пицундской сосной, чтобы в этот раз уж точно вкусить волшебные ароматы и искупаться в чистом море. Не удалось ни того, ни другого. Где-то метров за пятьсот до береговой полосы началась пешеходная зона. Нам пришлось заплатить за вход в нее, что вызвало у меня удивление. Пока мы шли к морю, Анна любовалась деревьями и говорила, что они почему-то принципиально выше, чем в Сочи. Но в лес мы не попали, потому что он был обнесен высоким забором. Было непонятно, как туда зайти, и можно ли в принципе туда зайти. Зайти, конечно, можно, но об этом я узнал только через год.
Но и пляж тоже ничем особенным не порадовал. Море вовсе не было чистым. Очевидно, что дожди и сопутствующая им грязь не миновали и Пицунду. Супруга, повозмущавшись в духе «зачем вы меня сюда привели», купаться отказалась.
«Зачем вы меня сюда привели?» — одна из моих любимых историй. У нас на Физтехе учился парень. Никто не знал, сколько ему лет и сколько лет он уже учится. Классический вечный студент. У нас с ним как-то отношения не сложились, уже не помню почему. Но, тем не менее, уже после института мне с ним приходилось постоянно пересекаться. И каждый раз происходило что-то забавное. В тот раз он проходил курсы личностного роста со знакомым моего приятеля. Этот знакомый обмолвился, что у приятеля завтра день рождения. Товарищ решил, что без него день рождения — не день рождения, и приперся без приглашения. В конце мероприятия вся группа отправилась в клуб караоке. Все пели, кто как может.
В какой-то момент именинник начал исполнять песню Григория Лепса про рюмку водки на столе. Делал он это с душой, не менее, а может быть, даже более надрывно, чем было в оригинале. И тут все услышали громкий храп — это был тот самый товарищ, который умудрился заснуть. Именинник был оскорблен в лучших чувствах и больше не пел. Пели другие. И тут вышеупомянутый товарищ проснулся и выдал знаковую тираду: «Зачем вы меня сюда привели? Вы все так отвратительно поете. Это худший вечер в моей жизни!»…
Дети нашли себе занятие в виде катания с горок в небольшом аквапарке, расположенном прямо на пляже.
Я помню, что, например, в Лоо на все более-менее интересные горки детей до 12 лет не пускают. Работники там не хуже церберов охраняют их от детей. Здесь тоже на стульчике посередине подъема сидел скучающий человек. Но наши дети его не заинтересовали, и они поднялись на взрослый уровень. Сначала Гриша с Тимой осторожничали, но быстро вошли во вкус, поочередно спускаясь с каждой из горок.
Я присоединился на пляже к загорающей Анне. А минут через 20 дети начали кричать через сетку, что им надоело. Мы вернулись к машине. По дороге я обратил внимание на знаменитую скульптуру «Ныряльщики» от маэстро Церетели.
У обоих ныряльщиков хорошо просматривались детородные органы. И я подумал, что поскольку пляж здесь семейный, внимательные дети могут задать вопрос, почему дядя с тетей ныряют голыми. Впрочем, наши дети оказались невнимательными.
Было уже 3 часа дня, поэтому Гудауту мы решили проехать мимо и двигаться сразу в Сухуми с одной остановкой: дегустацией вина в зале при Гудаутском винзаводе. Абхазское вино —очень неоднозначная тема. Но, почитав восторженные отзывы об этом винзаводе, нам с Анной захотелось дать ему шанс:
Очень интересный рассказ послушали здесь о винах, продегустировали. Все настолько вкусное, настолько натуральное, что словами не описать! Если вам посчастливилось быть в этом прекрасном месте, то покупайте тут любое понравившееся вино, т. к. больше таких цен и вкуса вы не встретите.
Водитель, узнав о нашем желании заехать на дегустацию, начал призывать нас отказаться от этой безумной идеи. Вместо этого, по его мнению, нужно свернуть к очень уважаемому человеку, у которого лучшее домашнее вино в Абхазии. И только это вино есть смысл покупать.
Я не верю в рассказы про «замечательное домашнее вино». Даже если повезет и если не сразу всё выпить, то как его хранить, как везти через границу? К тому же визит к «уважаемому человеку», несомненно, перешел бы в застолье, разрушив наш план на день. Поэтому я искренне поблагодарил нашего водителя, но сказал, что мы все-таки поедем по первоначально запланированному маршруту.
У гудаутского вина оказался и вправду довольно необычный вкус. Но я не был уверен, что этот вкус мне нравится. Дегустация была бесплатной и заключалась в том, что девушка-продавец наливала по 30 граммов из разных бутылок без каких-то сопутствующих интересных рассказов. Чтобы как-то компенсировать ее труд, я купил бутылку сухого вина. Мы открыли потом ее в отеле, но пить не смогли.
И вот Сухум, ранее известный, как Сухуми. Мы начали его изучение с Сухумского ботанического сада. По-видимому, впечатление от эротизма скульптуры Церетели нас не отпустило даже после дегустации гудаутского вина. Ничем другим я не могу объяснить странные ассоциации, которые вызывали у нас отдельные названия растений, живущих в саду.
Дальше по курсу шло китайское дерево высокий трахикарп. Анна захотела померяться с ним ростом. Трахикарп победил.
Сад не поражает ухоженностью. Вместе с тем, в некоей первозданной дикости есть свой шарм. Вот довольно густой бамбуковый лес:
За бамбуковым лесом по территории сада протекает невзрачная то ли речушка, то ли ручей с гордым названием «Сухумка».
Еще мы нашли несколько секвой. Самая большая из них по какой-то причине умерла. Но осталась часть ствола, на которую можно залезть.
Где-то в полшестого мы из сада вышли и направились в сторону набережной. Ну что можно сказать? Какого-то сильного впечатления Сухумский ботанический сад не оставил. Сочинский дендрарий будет поинтересней, особенно если объединить его нижнюю и верхнюю части.
При этом хорошее впечатление оставил сам центр Сухума. В отличие от сада он довольно ухоженный. Вот мы проходим дом с очень интересным чугунным балконом. Наверное, его сделали еще до революции.
А вот мы выходим на набережную, где нас встречает большой раскидистый платан. Да, деревья в Абхазии действительно сплошь и рядом огромные.
Перед набережной находится драматический театр. А напротив него весьма затейливый фонтан в древнекитайском стиле.
За театром расположилось заведение общепита с названием «Акахуажэырта», которое на русский перевели просто, но со вкусом.
По легенде в «Брехаловку» не пускают женщин и детей. Насчет маленьких можно простить, но что за сексизм тут процветает? Вот, что пояснили на одном сайте:
Это место у мужчин Абхазии считается «своим» и почти священным — туда
приезжают и приходят старейшины, члены правительства и даже президенты, бизнесмены и отцы семейств, молодые абхазцы и уставшие мужья. Там они обсуждают новости, сделки, политику, курят, играют в шахматы, шашки и нарды, пьют кофе. Появление женщины в этом месте воспринимается как высшее проявление неуважения и даже оскорбление собравшихся, в том числе старейшин.
Гмм, без комментариев. Однако есть и альтернативные мнения, что в случае наличия свободных столов никто не откажет женщине-туристу попить в «Брехаловке» кофейку. И что тогда здесь делает женщина на моей фотографии?
Чуть поодаль собралась группа аксакалов, игравших и эмоционально обсуждавших игру. Какую? Конечно, нарды.
Отдыхают собаки, лежа на лужайке на фоне малость обветшалого морпорта.
Отдыхают дамы, вышедшие на уютный балкончик.
Мы же идем на ужин в кафе «Нартаа», которое находится прямо на набережной.
На входе заросший зеленью дом.
Кафе большое, многоуровневое и народу много – все беседки были заняты.
Мы нашли один свободный столик. Ну что сказать? Кафе абхазской кухни «Нартаа», по мнению Трипадвайзера, считается лучшим рестораном в Сухуме. И ажиотаж с отсутствием свободных мест его статус подтверждает. Что касается еды, она нормальная. Абхазское хачапури-лодочка была вкусной. Больше ничего не вспомню, но это значит, что каких-то серьезных разочарований не было. Сервис был быстрый, официантка внимательная. Винная карта состояла исключительно из абхазских вин. Видя мои сомнения, она посоветовала «Ашта Лаша», как лучшее, что у них есть. И вино это оказалось на удивление приличным так, что мы с супругой бутылку «уговорили», не морщась и не отворачиваясь.
Наш ужин закончился около восьми вечера. Как только мы встали, подбежали люди с вопросом, можно ли им занять столик. Да уж, место и вправду популярное.
Мы вернулись в отель уже затемно. Уложив детей, еще посидели в баре. Вначале открыли купленную гудаутскую бутылку. Но вино оказалось совсем не в нашем стиле. Я подошел к бару изучить ассортимент. В лучшем абхазском отеле, как оказалось, предлагается исключительно абхазское вино. Можно было бы оценить патриотизм, если бы это вино было хорошим, а так выглядело это как-то странно. Хорошо, что у них была «Ашта Лаша» — вершина абхазского виноделия, которая снова не подвела. По бокалу бармен ее продавать отказался. В результате вместо чаевых мы оставили ему два «подарка» в виде почти полных бутылок вина.
8 июля при сдаче номера я обнаружил пропажу одного из ключей — пластиковых карточек. Велико же было мое удивление, когда на ресепшне мне объяснили, что это серьезное нарушение и потребовали компенсацию 400 рублей. Я начал долгий и нудный диспут, но дамы были непреклонны, и деньги мне пришлось отдать.
Потом мы продолжили следопытство. Путь наш лежал к развалинам санатория «Грузия», который в советское время был менее эксклюзивным, чем санаторий имени XVII съезда, но все равно слыл очень престижным местом. После 1992 года он сначала потерял имя (ничего грузинского в Абхазии оставаться было не должно), а очень скоро вообще закрылся. С тех пор санаторий постепенно превращается в руины, хотя оценить былую мощь еще можно. Говорят, что какой-то инвестор здание выкупил. Может быть, здесь появится вторая «Амра». Пока что появилось только новое название: «Жемчужина Абхазии».
От отеля сюда минут десять хода. У лестницы дежурят веселые охранники. Они берут с нас за проход по 150 рублей, дети бесплатно. И мы начинаем знакомство с «Жемчужиной Абхазии».
Увиденное произвело сильное впечатление, особенно на Анну. Но, поскольку это впечатление сложно описать словами, дальше только фотографии.
Постоянно ходят слухи, что санаторий вот-вот начнут реставрировать. Но насколько мне известно, сегодня он по-прежнему находится в том самом состоянии, что мы запечатлели.
Последним нашим приключением в Абхазии в этот раз стала Пещера Святого Ипатия. Идти до нее от «Жемчужины Абхазии» минут двадцать. При этом у нас получилось больше, потому что сходу тропинку к ней мы не нашли, настолько хорошо она скрыта от посторонних глаз. Подъем небольшой — метров 12 — но очень крутой в своей заключительной части.
Сочетание сложности нахождения этого места и крутости подъема означает небольшой интерес туристов к пещере отшельника. Соответственно, мы изучали ее в одиночку. Но чтобы это изучение начать, пришлось попотеть, особенно младшему.
Интересно, как здесь жилось Святому Ипатию? Уютней, чем Диогену в бочке? Никто точно не скажет. Можно только догадываться.
Пещера состоит из двух помещений с узким проходом между ними, в который даже Тимофей поместился не без труда. Ну, а Григорию пришлось нагибаться.
В полвосьмого вечера мы возвращаемся в отель. И тут Григорий находит в сумке пластиковую карточку (потерянный ключ). Я это просто так оставить не могу и иду с ним на ресепшн, чтобы вернуть 400 рублей.
Мы садимся в такси, которое везет нас до границы за какие-то смешные деньги. Всё, поездка в Абхазию завершилась. Нам снова понравилось, и в следующем году мы сюда вернулись с более походной программой.
[1] Неофициальное название архитектурного стиля советского монументального классицизма.