Когда-то они были главной музыкальной сенсацией страны — громкими, дерзкими, каждый клип становился вирусным и собирал сотни миллионов просмотров. Little Big прославились благодаря абсурдистским песням, которые внезапно оказались востребованными.
Это можно назвать универсальным языком — их «Skibidi» танцевали и в школьных актовых залах, и в офисах Google, «Uno» рвал чарты, а сам Илья Прусикин*, или просто «Ильич», казался чем-то вроде русского Die Antwoord: кричащий, но очень талантливый.
Сегодня всё иначе. Теперь Little Big превратился в эмигрантский проект, полузапретный в России и полузабытый на Западе. Прусикин* — в реестре иноагентов, с заблокированными российскими счетами и скейтбордом в виде креста под мышкой.
А главная новость от группы — не альбом или тур, а переоформление прав на бренд, чтобы хоть все-таки получать авторские. Little Big, сменившие радикальный протест на апатию, становятся частью исторического урока о падении идолов. Подробнее - в материале Пятого канала, который публикуют «Известия».
«Generation Cancellation»: не «Uno», а «Goodbye»
До 2020 года всё складывалось как в поп-сказке. Little Big собирали стадионы, их клипы с английскими текстами смотрели десятки миллионов, а образ Прусикина* идеально ложился на западные мем-шаблоны.
Например, клип Little Big на песню «Go Bananas» получил признание на международной арене, став лауреатом немецкой премии Berlin Music Video Awards в категории «Самое трэшовое видео».
Мини-альбом «Go Bananas», выпущенный в ноябре 2019 года, включал пять треков и был тепло принят аудиторией. Клип на заглавную песню собрал более 150 миллионов просмотров на YouTube.
Вишенка на торте — участие в «Евровидении». В 2020-м коллектив должен был представить Россию с песней «Uno».
Клип стал вирусным, несмотря на отмену конкурса из-за карантина: только за первые сутки он собрал больше 4 миллионов просмотров, сейчас же ролик посмотрели около 300 миллионов человек.
Это самое просматриваемое видео в истории «Евровидения». И, как позже окажется, пик популярности группы.
Возможно, для Little Big «Uno» стало не только вершиной, но и ловушкой. Вирусный успех песни поставил такую планку, к которой теперь всё меряется с тоской. Любой новый релиз — сравнение с тем самым клипом.
И в 2021 году, когда ковидные ограничения уже сняли, Little Big вдруг отказываются от выступления на «Евровидении»: «мы не можем соревноваться с самими собой», — говорил коллектив.
Эмиграция и YouTube-оппозиция: с протестом в Лос-Анджелесе
В 2022 году, сразу после начала СВО, Little Big опубликовали антивоенный клип «Generation Cancellation». В нем Прусикин* и Таюрская бьют по телевизору, танцуют на фоне военных хроник и призывают к миру. Одновременно группа заявила об отъезде.
Илья Прусикин, Софья Таюрская и Алина Пязок сбежали из России, выразив несогласие с действиями правительства РФ. А на сайте Little Big разместила информацию, что теперь это не российская, а почему-то лос-анджелесская группа.
На момент переезда в США Little Big казались чуть ли не идеальной культурной экспортной единицей: абсурд, рейв — всё это воспринималось не как пародия, а как стиль жизни. Их визуальные решения цитировались, музыка играла на вечеринках от Владивостока до Будапешта.
Казалось, что они вот-вот станут голосом «новой эмиграции». Свободные, смелые, антивоенные — и с миллионами подписчиков.
Однако на Западе Little Big так и не стали новыми русскими The Prodigy. После переезда в США и открытого осуждения российской политики коллектив оказывается в центре общественного внимания уже не как звезды, а как фигуранты скандалов и юридических проблем.
Внимание к артистам заметно снизилось, а последним ярким эпизодом стало видео, опубликованное в Рождество 2023 года, где Илья катается на скейтборде в виде христианского креста. Ролик стал скандальным, а подписчики написали ему множество негативных комментариев и обвинили в оскорблении чувств верующих и святотатстве.
Welcome to реестр
27 января 2023 года Министерство юстиции России внесло Илью Прусикина в реестр иностранных агентов.
В релизе Минюста отмечается, что Прусикин получал поддержку от иностранных источников, выступал в недружественных странах с призывами прекратить специальную военную операцию на Украине, распространял недостоверную информацию о деятельности органов государственной власти.
Этот статус накладывает определенные ограничения и требует соблюдения ряда требований, например, маркировку материалов и отчетность. А несоблюдение требований может привести к административной и уголовной ответственности.
Параллельно налоговая блокирует счета Прусикина* в России из-за долга в 50 тысяч рублей. Чтобы продолжать получать доходы от творчества, Прусикин переоформил права на товарный знак группы на Алину Пязок.
Пязок всегда играла важную роль в истории Little Big: она стояла у истоков визуального стиля группы, была соавтором клипов, дизайнером образов и сопродюсером.
Пока фанаты следили за Прусикиным и Таюрской, именно Пязок держала в руках визуальный стиль. После эмиграции она же стала новым лицом бренда — юридически и фактически.
Официально в составе Little Big сегодня остались лишь Прусикин* и Таюрская. Творчество продолжается — в 2024 году вышел их новый альбом «Lobster Popstar». Как и многое из эмигрантской деятельности группы, он проходит без особого шума.
Став иноагентом, Илья Прусикин перешел в другую категорию музыкантов. Для западной аудитории он — «русский, который уехал», для российской — «уехавший, который все еще поет по-русски». Между двух идентичностей Little Big будто застряли — уже не культурные герои, но и не политические мессии.
В России Прусикин теперь персона нон грата. Новые релизы группы должны сопровождаться обязательной маркировкой «иноагент».
Ирония в том, что группа, которая начинала с идеи «показать Россию миру», оказалась в изгнании и без мира, и без России.
Процесс эмиграции для коллективов, выросших на российской сцене, часто оказывается финальным аккордом. Те, кто оставались в стране, изначально предвкушали, что группа будет играть на глобальной арене.
Однако статус эмигрантов, да еще и с политической окраской, как это произошло с Little Big, изначально сужает возможности для музыкальной карьеры. В случае с Little Big это повлияло на всё: от значимости их творчества до самой аудитории.
Западный мир, как и ожидалось, не принял их с распростертыми объятиями. Попытки Little Big встать на глобальную арену, где таких бунтарей, как они, не так уж и много, не увенчались особым успехом.
В результате группа оказалась между двух огней: ее солисты, предавшие Родину, так и не пришлись по вкусу западной публике. Прусикин и Таюрская, как бы ни стремились к карьерному росту за океаном, все равно оставались частью своей культурной среды — той самой, которая уже не принимала их как своих.
*Признан иностранным агентом по решению Министерства юстиции РФ.