12-летняя Алина обожала своего отца. Они жили душа в душу, особенно после смерти мамы. В тот роковой вечер папа предупредил, что задержится на работе до глубокой ночи.
Перед сном Алина выпила горячего молока и укуталась в одеяло. Во сне она увидела отца - он стоял по ту сторону оживлённой трассы, отчаянно крича что-то. Сквозь гул машин пробились лишь обрывки фразы: "Ни...за что...не...открывай..."
Её разбудил резкий звонок в дверь. Сердце бешено колотилось, когда она подбежала к входной двери. В глазке - знакомое лицо отца. Пальцы уже потянулись к замку, когда её пронзило воспоминание о сне. Что-то было не так... Лицо в глазке казалось неестественно застывшим.
"Папочка?" - дрожащим голосом позвала она.
Дзинь-дзинь-дзинь.
"Пап, ответь мне!" - голос сорвался на крик.
Только настойчивые звонки в ответ.
"Ты не один?" - попыталась она уловить хоть какой-то звук.
Молчание. Бесконечные звонки.
Алина съёжилась в углу прихожей, обхватив колени. Так прошёл мучительный час, пока истощённая девочка не потеряла сознание.
Утренний свет разбудил её. Тишина. Подкравшись к двери, она снова заглянула в глазок - отец всё так же смотрел на неё мёртвым взглядом.
Дрожащими руками Алина открыла дверь... и её крик разорвал утреннюю тишину. Голова отца была пригвождена к двери прямо напротив глазка. На звонке болталась клочковатая записка: "Хорошая девочка".
P.S. В тот день на трассе в трёх километрах от дома нашли изуродованное тело мужчины. В кармане его пиджака лежала недописанная записка дочери: "Алиночка, если кто-то придёт под моим..."