Имена Михаила Егорова и Мелитона Кантарии у многих ассоциируются с водружением Знамени Победы над рейхстагом. Но какое на самом деле они имели к этому отношение, и что значило данное здание для Германии?
В нынешнем году празднуется восемьдесят лет со Дня Победы в Великой Отечественной войне. Этот конфликт затронул каждую советскую семью. Однако, чем дальше мы уходим от знаковых событий 1945 года, чем меньше остаётся в живых ветеранов, тем больше переписывается история. Сегодня мы разберёмся в том, кто на самом деле брал рейхстаг и поднимал Знамя Победы. В качестве источника информации мы будем использовать книгу военного историка Владимира Бешанова «1945 Год Победы», где собраны свидетельства участников тех далёких событий.
«Задача по овладению рейхстагом была возложена на 79-й стрелковый корпус генерала С. Н. Переверткина. В первом эшелоне наступали 150-я дивизия генерала В. М. Шатилова и 171-я дивизия полковника А. И. Негоды. Военный совет армии заблаговременно выдал каждой дивизии Знамя Победы для водружения на куполе здания. Никакой роли в жизни Третьего рейха это учреждение времён Веймарской республики не играло, но именно его выбрали на роль “исторического олицетворения германского государства”. 150-й стрелковой дивизии досталось Знамя № 5. Комдив генерал В. М. Шатилов вручил его командиру 756-го стрелкового полка полковнику Ф. М. Зинченко, а тот – “лучшим разведчикам” первого батальона сержантам М. А. Егорову и М. В. Кантарии», – пишет Владимир Бешанов.
В 15:00 29 апреля начался штурм рейхстага, но попытка оказалась неудачной. Вечером генерал Шатилов ввёл в бой стрелковый полк подполковника А. Д. Плеходанова. Вот как он это вспоминал: «Девятого апреля примерно в 22 часа 30 минут, меня вызвал на свой наблюдательный пункт Шатилов и сказал: “Товарищ Плеходанов! У Зинченко большие потери. Вести наступление одним батальоном Неустроева он не может. Говорит, что в в нём осталось всего 75 человек. Так что придётся штурмовать рейхстаг тебе. Неустроев будет помогать». Поскольку знамя Военного совета осталось в полку у Зинченко, Плеходанов поручил парторгу подразделения Виктору Правоторову подготовить новое полотно. Оно было сделано из подручных средств. «Вручив Красное Знамя разведчикам, я поставил задачу водрузить его на крыше, у скульптурной группы”», – вспоминал полковник.
Уличные бои в Берлине были серьёзные. В ротах оставалось по тридцать – сорок человек. В полдень тридцатого апреля после артподготовки начался штурм рейхстага. Через полтора часа в здание с разных сторон ворвались группы из первых батальонов 380-го полка капитана К. Я. Самсонова, 674-гo полка капитана В. И. Давыдова и 756-гo полка капитана С. А. Неустроева.
Генерал Шатилов докладывал, что 30 апреля знамя установили бойцы 756-го и 674-го полков в юго-западной части рейхстага и на его западном фасаде. В своих мемуарах офицер пишет: «Первыми были рота Петра Греченкова, группа разведчиков лейтенанта Сорокина и рота Ильи Сьянова». Их имена: старшие сержанты Лысенко, Орешко, Провоторов, красноармейцы Булатов, Брюховецкий, Почковский.
Виктор Правоторов вспоминал: «Находим окно. Улучив момент, влезли в него, предварительно бросив по гранате. Коридорами вышли на лестницу, забрались на второй этаж. Здесь мы с Булатовым подошли к разбитому окну, посмотрели на Королевскую площадь. Гриша Булатов просунул знамя и помахал им, затем мы укрепили его. Но отсюда оно было плохо видно, поэтому решили пробираться на крышу. Цель достигнута. Укрепили полотно у скульптурной группы. Подсаживаем Гришу Булатова, и наш самый молодой разведчик привязывает стяг к шее огромного коня. Посмотрели на часы: стрелки показывали 14 часов 35 минут». Таким образом, на здании развевалась «перина», из которой сделан флаг без звезды, серпа и молота, а Знамя № 5 со всей положенной атрибутикой, находилось неизвестно где, как и его знаменосцы.
Их нашли к рассвету Первого мая. Но знамени Военного совета с ними не оказалось. Тогда Зинченко раздобыл где-то новое, вручил его Егорову и Кантарии, окружил их автоматчиками и приказал подняться наверх и установить его где-нибудь на крыше. Те так и сделали. Из воспоминаний В. Н. Правоторова: «Поздно ночью мы встретились с Егоровым и Кантарией. Сопровождаемые группой автоматчиков, они несли знамя Военного совета армии. Мы показали им дорогу и вместе с ними поднялись на крышу. Здесь, рядом с нашим флагом, у скульптурной группы, помогли им укрепить их стяг. Это было на рассвете праздника Первого мая. Я лично к Егорову и Кантарии никаких претензий не имею. Ничего они себе не приписывали. Помню, стоим мы, разведчики, у коней на крыше рейхстага и салютуем Знамени Победы. В это время фотокорреспонденты и кинооператоры снимают нас. В стороне стоят Егоров и Кантария. Я их приглашаю присоединиться к нам, а Кантария с акцентом отвечает: “Нам чужой славы не надо”».
Иван ЖУРАВЛЁВ