FLB: «Горбачёв и другие стали спускаться с Мавзолея под улюлюканье и хохот, сопровождаемыми криками: «Позор», «Пошляки». Вот такая ненависть. Что было в Кремле 5 мая: в 1973, 1976, 1980, 1985 и 1990 годах
Из дневников Анатолия Черняева - заместителя заведующего
Международного отдела ЦК КПСС (1970-1986 гг.), помощника Генерального
секретаря ЦК КПСС и помощника президента СССР Михаила Горбачёва
(1986-1991 гг.). См. предисловие здесь.
ВСЕЛЕНСКИЙ ПОТОК ПОЗДРАВЛЕНИЙ
5 мая 1973 г. Пономарёв уже адаптировался. Куча текущих дел
накопилась у меня к нему (наверно, и у других замов), но об этом всём
разговаривать некогда. Он озадачен суетой вокруг подготовки визита
Брежнева в ФРГ, хотя ему прямых поручений на этот счёт нет. А вчера
позвал меня с Шапошниковым и велел срочно готовить: а) благодарность
Брежнева для печати в ответ на вселенский поток поздравлений в связи с
присуждением Ленинской премии мира; б) ответную речь Брежнева при
вручении премии.
По этому случаю сидели до 11 вечера, а сегодня (суббота) - рабочий
день. Впрочем, не в этом дело, выходных и так до разврата много, все
майские праздники и день Победы. Дело в том, что дела не делаются, в том
числе и те, которые прямо вытекают из Пленума, для нас, для
международного отдела конкретно!
С ПОМОЩЬЮ СОЛЖЕНИЦЫНА, САХАРОВА КАМПАНИЯ ПО ДИСКРЕДИТАЦИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА УДАЛАСЬ
5 мая 1976 г. Отсутствие Пономарёва (он на редкомиссии в Берлине
по подготовке европейской конференции компартий) принципиально меняет
весь ход рабочего дня: остаётся время вдумываться в информацию и вообще
размышлять, а не щёлкать, как семечки все эти шифровки, радиоперехваты,
ТАСС, докладные КГБ, институтов, реферативные и просто журналы.
В связи с назначением на 20-21 июня парламентских выборов в Италии
резко ускорился процесс кристаллизации «немосковского» коммунизма. На
глазах, в открытую – интервью, статьях, заявлениях – отвергаются,
размываются, наполняются иным содержанием все основные понятия:
«самостоятельность», «равноправие», баланс больших и малых партий, отказ
от центра и ведущей роли компартии, развитие марксизма на основе
собственного опыта, учёт национальной специфики, союз с другими партиями
и движениями, сотрудничество с социал-демократами, демократия, этапы и
условия прогресса социализма и т.д. и т.п. – т.е. всё то, что мы столько
лет уже признаем на словах, становится реальностью, политикой у
итальянцев, испанцев, французов, англичан, бельгийцев, шведов, не говоря
уж о румынах и югославах.
А для того, чтоб им поверили, признали их национальной партией, они
отмежёвываются от нас. И им приходится это делать всё чаще, резче,
грубее, бескомпромисснее и необратимее, поскольку задуманная в штабах
антисоветизма и проведённая с помощью Солженицына, Сахарова и Ко
кампания по дискредитации Советского Союза и советского социализма
удалась. Нашему престижу в глазах самой широкой мировой общественности
нанесён удар огромной силы, с длительными и почти не восстановимыми
последствиями. Мы проиграли это крупнейшее идеологическое сражение XX века. И
результатом будет вот что: тот социализм, который по теории
Маркса-Ленина вырастет, наконец, на базе высокоразвитого капитализма и
появление которого мы сделали практически возможным ценой жертв,
страданий, потерь и проч., этот социализм возникнет как антитеза нам,
как сила, если и не враждебная (подобно китайцам), то во всяком случае –
чуждая. И мы в конце концов придём к той модели общества, которую
создадут французы и итальянцы (т.е. они, как говорил Ленин, «сделают
лучше нас»). И то, что мы так долго не можем расстаться со сталинским
наследием, останется в истории, как ошибка и будет осуждено. Лишь
немногие экстравагантные историки лет через 50-100 будут отстаивать
неизбежность того, что было у нас между XX и XXX (если таковой
состоится!) съездами партии, доказывать, что сталинизм (в ослабленной
форме) был ещё необходим для обеспечения такого соотношения мировых сил,
без которого итальянцам и французам никакого своего социализма не
видать бы... (30-й съезд КПСС – не состоялся. Последним был – XXVIII съезд КПСС, прошедший в июле 1990 года – прим. FLB).
Дай лишь Бог, чтобы мы не усугубили то, что история запишет нам, как
ошибку, своей враждебностью, своим идеологическим осуждением итальянской
и французской «модели» социализма, когда она станет реальностью. А
вполне вероятно – ибо по идейно-политическому содержанию итальянский и
французский социализм – то же самое, что чехословацкий 1968 года.
Впрочем, наше отношение к последнему диктовалось цинично-прагматическими
соображениями: заботой о том самом соотношении сил. На этот раз тоже
прагматические соображения могут породить иную нашу реакцию.
МИНИСТР ПАТОЛИЧЕВ ВЗЯЛ СЕБЕ В ЗАМЫ СЫНА БРЕЖНЕВА - ЭТОГО ПЬЯНИЦУ И ВОРА...
5 мая 1980 г. Вчера умер Тито, о котором уже анекдоты стали ходить: он никак не мог умереть, чуть ли не целых полгода.
Я в отпуску: взамен Парижа попросил у Б.Н.’а (Пономарёва) догулять восемь дней, оставшиеся от предыдущего отпуска. Так вот – арбатовская тема (она же первомайская – мои наблюдения за демонстрацией 1-го мая). Это опять: Куда мы медленно катимся? Что с нами, со страной, будет?
Раза два мы вырывались на прогулки. Там, оказывается, прелестные
места, сохранившие чуть-чуть облик старинного дачного Подмосковья. И
хотя я работал на этой даче раз пять или шесть, ни разу не приходилось
заглядывать за забор со стороны Москвы- реки. Походили мы с Юркой. (Арбатовым – прим. FLB).Он,
кстати, недавно перенёс обширный инфаркт и сейчас будто обновлённый,
решительный, и ещё более нахальный в своих суждениях, но ещё больше
озабоченный проблемой «что с нами будет?», «до каких пор Россию можно
так мордовать и издеваться над нею?!» Знаешь, - говорит, - Толя, вроде
как все у меня есть и большего не хочу и не надо. Но осталось
беспокойство за «общее дело», переживаю, расстраиваюсь, ночами иногда не
сплю, а мне ведь вредно теперь волноваться, я инфарктник... Разложение
же дикое, хуже, чем при царе, потому что нет скреп аристократизма,
понятий «честь» (дворянской, офицерской), которые всё-таки хоть часть
власть предержащих держали в рамках. Вот смотри, я специально тебя повёл
здесь... Что это строят?
Я: Какой-нибудь дом отдыха высшего класса или загородную виллу для приёма высокий гостей...
Он: Нет! Это Щёлоков (министр внутренних дел) строит себе
подмосковный дворец (дача у него само собой и так есть). Строят,
конечно, солдаты, призванные, чтоб служить Родине. Он вообще делает что
хочет. Загородился зятем, его теперь пальцем никто не тронет.
Я: Каким зятем?
Он: А ты что не знаешь? Наверно, на Пленумах ЦК видел
мальчишку генерал- лейтенанта. Красавчик такой..., все на него палятся,
чуть ли не пальцем показывают. Это и есть зять Брежнева. Как он
появился? Был посредственным студентиком из провинции. Оказался на
комсомольской работе. Взяли в райком комсомола. И тут, на каком-то
вечере или вечеринке встретился с этой б..., дочкой Брежнева, которая
как раз в это время разводилась со своим очередным мужем, девятым или
десятым... Вот и пошло... Скоро он уже оказался в ЦК ВЛКСМ. Тут-то его и
усёк Щёлоков. Взял себе в замы, а когда Папутин кончил собой, сделал
первым замом.
Он уже и член ревизионной комиссии ЦК, как и ты... Всё что угодно!
Ничего не делает, говорят. А Щёлокову и не надо, чтоб он чего-нибудь
делал и во что-то вмешивался. Пусть, мол, живёт по принципу: обогащайся,
как можешь, тащи всё, что хочешь и т.д.
Патоличев (министр внешней торговли) тоже загородился. Но этот прямо
собственным сынком. Взял себе в замы этого пьяницу и вора... А теперь он
уже у него первый зам. Зато сам Патоличев (впрочем, в прошлом
заслуженный человек, можно сказать, большевик) имеет заслонку и делает,
что хочет, может и для пользы страны, не знаю... И дважды Героя уже
получил. А этот вор грабит валютой, не стесняясь и пользуясь «служебным положением». Недавно сам папа ему вручил высший орден... Не постеснялся – перед экраном телевизора. (Имеется в виду сын
генсека – Юрий Леонидович Брежнев. С 1976 по 1986 годы он был
заместителем, затем первым заместителем министра внешней торговли СССР –
прим. FLB).
Это вот в верхнем эшелоне. А что делается пониже? Дело «Океан» ты
знаешь. Весь мир теперь знает... Недавно даже «Нью-Йорк таймс» его
подробно описала. А Ишков всего лишь на пенсию отправлен и остаётся кандидатом в члены ЦК.
МЫ НЕДАЛЬНОВИДНО ЗАВЯЗАЛИСЬ НА КОСМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ
5 мая 1985 г. Вчера я читал письмо Рейгана Горбачёву (ответ на
письмо Горбачёва от 24 марта). Нахально и умно составлен текст. Его
команда цинично отстаивает свои интересы. Но дело не в этом, а в том,
что мы на фоне этого письма выглядим слабо. Потому что Горбачёв идёт ещё
по проторённой Громыкой дорожке (и упускает из рук внешнюю политику).
Мы не наилучшим образом повели себя в деле с убийством Николсона, и
Рейган прижал нас. Мы недальновидно завязались на космических
исследованиях, требуя прекращения их в качестве условия продуктивности в
Женеве. И здесь они нас загоняют в тупик. Горбачёв лично теперь
заангажировался на этом требовании. И если ему придётся спасать Женеву,
то он будет уже отказываться от своего (а не громыкинского) требования.
Поймал нас Рейган и на нелепом намёке о неприемлемости «двух языков» в
отношениях друг с другом: один для пропаганды, другой – для внутреннего
пользования, например, в переписке Президент-Генсек. Ведь вы же,
парирует Рейган, всегда были за идеологическую борьбу!
Словом, не очень сильно получается... А всё потому, что тут до
революционного подхода ещё дальше, чем во внутренних делах...- , до
отказа от пропагандистского подхода к политике. И ещё остаётся неясность
в отношении наших международных возможностей.
ГОРБАЧЁВ ЗВОНИЛ МНЕ ВЕЧЕРОМ, РУГАЛСЯ: ХУЛИГАНЫ, МУРЛО
5 мая 1990 г. 1 мая на Красной площади. Исторический день...
Впервые на площади митинг, а потом шествие, но с требованиями и
предупреждениями, вместо «ура, да здравствует». После того, как сошла
первая, официальная волна демонстрантов, на площадь ввалилась вторая
волна «московских клубов избирателей» с лозунгами «Долой Горбачёва»,
«Долой КПСС – эксплуататора и грабителя народа», «Долой социализм»,
«Долой фашистскую красную империю», «Свободу Литве», «Партия Ленина
прочь с дороги» и т.п. Горбачёв и другие стали спускаться с Мавзолея под
улюлюканье и хохот, сопровождаемыми криками: «Позор», «Пошляки».
Красную площадь покрыл оглушительный свист. Вот такая ненависть. 30
тысяч. Пусть, как говорит Бакатин, только 7 тысяч среди них активистов,
но остальные-то 23 тысячи ведь рядом, значит, вместе.
Горбачёв звонил мне вечером, ругался: хулиганы, мурло. Вот тебе и Моссовет Гаврилы Попова! Это же его затея!
3 мая на ПБ (Политбюро ЦК КПСС)обсуждали это событие. Велено
было Прокофьеву (первый секретарь МГК) осудить акцию в «Правде».
Яковлев, выступая перед иностранными журналистами, приписал всё это
правым, реакции, монархистам. М.С. говорил на ПБ: Не надо
преувеличивать, но и не преуменьшать.
На этом фоне ПБ обсуждало подготовку к XXVIII Съезду партии. Все в один голос: мало рабочих (среди кандидатов).
... А что за этим? Яковлев прав: за этим тот факт, что состав Съезда
формирует аппарат и он нас с вами и вместе с М.С. погонит.
Впереди Российский Съезд. М.С., наконец, сдался, согласился, что
образование российской компартии неизбежно. Но прав вдруг и Фролов,
который в обычной для него грубой манере, заявил на ПБ: Если мы не
возьмём это дело (образование РКП) в свои руки, мы получим
шовинистическую, расистскую партию, которая развалит и КПСС, и СССР, и
загубит всю эту перестройку. Ленинградская учредительная конференция в
апреле показала, куда идёт дело с этой РКП.
Яковлев сегодня зашёл – весь сияет. Был вместе с Горбачёвым на ВДНХ.
Там праздник газеты «Правда». Толпа вокруг него образовалась больше, чем
вокруг Горбачёва. «И сколько комплементов, Толя, и каких! Я такого не
слышал о себе за всю свою политическую карьеру. И все больше люди из
провинции».
Подумал я, «улыбаясь» его тщеславию: неужели настоящая-то, простая
Россия за Яковлева, а не за Ельцина? Почему бы тогда ему в президенты
России не податься?
На ПБ даны директивы Шеварднадзе на «два + четыре». Горбачёв при этом
разразился железобетонной речью: «Не пускать Германию в НАТО и всё!
Пойду на срыв венских переговоров, если так. Бумагу с предложениями на
этот счёт помимо Шеварднадзе, подписали Яковлев, Язов и Крючков. Но на
заседании ПБ все, в том числе и они, как воды в рот набрали, а моего
мнения на ПБ не спрашивают».
Утром я написал Горбачёву меморандум – протест. Смысл таков: члены ПБ,
будучи не в курсе и не будучи информированными, могут обсуждать что
угодно. Но, чтоб решать, надо знать предмет и не поддаваться
лигачёвскому крику - НАТО приближается к нашим границам! Чушь это,
Михаил Сергеевич, уровень 1945 года, лжепатриотизм толпы. Ведь всё равно
Германия будет в НАТО и вы опять (как с РКП) будете догонять поезд...
Вместо того, чтобы поставить свои условия и потом «сделать мину» (при
неизбежно плохой игре).
Пока он мне не ответил, наверно, рассвирепел: так всегда, когда не прав, когда эмоции обкомовского происхождения берут верх.
Начали готовить программу визита в Америку. Буш предлагает два пункта:
Вашингтон и Кэмп Девид и всё, хотя сам же он и Рейган приглашали в своё
время Горбачёва «посмотреть Америку». Буш, видимо, боится восторгов американцев, это связало бы его по проблемам Литвы, Германии, СНВ... Как он будет нажимать на Горби, если народ восхищается и верит ему?!
Подговорил я Арбатова, которому выступать по американскому телевидению, невинно пройтись на этот счёт.
Интервью Афанасьева и Драча - «Реппублике» (итальянская газета). Об
империи и Горбачёве. Насчёт империи они, пожалуй, правы. Надо дать
каждому уйти, чтоб потом каждый, кто захочет, вернулся сам. Иначе развал
и кровь.