- Плоскоземельщики душу бы отдали, чтобы оказаться на моем месте, - Честер Браун невысокого роста мужчина с ранними залысинами на голове и уже намечающимся животиком хмыкнул и боязливо перевесился через край. Это был провал. Даже не так. ПРОВАЛ. Глаза привычно искали границы и не находили. Противоположного края не было видно. Да и был ли он, скрываясь в дымке предрассветного воздуха? Внизу, отражениями в несуществующем озере, блестели звезды. Воображение дорисовывало под ними гигантские силуэты слонов и кита. Даже птицы боязливо подлетали к провалу, но, не решаясь пересечь границу между таким домашним и уютным здесь и бескрайним и чужим там, редкими волнами откатывались от невидимой границы. Воображение не вмещало масштаба. Честер чувствовал себя зрителем на первом ряду в кинотеатре. Мозг вычленял лишь отдельные фрагменты, не в силах охватить всю картину целиком. Это чувство, что ты бесконечно маленький перед большим неизвестным миром. Ты видишь его первый раз. Боязливо, пугающе. А он