- Меня хозяйка сегодня утром отругала. Она кричала и даже ударила. Ну, тут уж я так завизжала. Во все горло. Нет, мне не было больно, а визжала я для того, чтобы она испугалась. Чтобы её совесть замучила.
Меня, породистую, домашнюю собаку, французского бульдога, девочку - ударить! Это какое сердце надо иметь!
Она же знает, что нас бить нельзя. На нас даже кричать нельзя. Нас только властным голосом иногда ругать можно. Мы такие нежные, такие сентиментальные. Мы даже заболеть можем. А тут такое. А за что ударила? Да ни за что. Ну подумаешь, я косточку съела. Там и косточка- то была такая маленькая. Да, я, конечно, знаю, что на улице подбирать ничего нельзя. Я и не подбираю, я же не дворняжка какая - нибудь.
Я эту косточку случайно увидела. Подошла только понюхать. Она так пахла! Я лизнула. Только лизнула немножко. Смотрю, хозяйка в другую сторону смотрит. Я подумала, что она не увидит и быстро - стала жевать. А она увидела. Как за кричит! Обзываться стала. Помойная - кричит, подбирушка - и ко мне, думала отобрать этот подарок судьбы. Я отбежала подальше и ещё быстрее стала жевать и - проглотила. Она подбежала, а у меня уже ничего нет. Она разозлилась ещё больше и ударила меня.
А потом мы пошли домой. Я старалась быть послушной. Шла рядом, даже ни одного кустика не обнюхала. А хозяйка злилась. Я прямо видела, как из неё злость выходит, прямо как бурый туман.
Вот такая наша собачья жизнь. Приходится терпеть. Может быть есть такие хозяйки, которые не ругают своих питомцев и разрешают им косточки подбирать, но я эту люблю. Она мне дороже всех на свете. Я за неё жизнь отдам.
Мы - французские бульдоги - очень обаятельный и буквально обворожительные создания. У нас неунывающий характер. Любим быть в компании, любим, когда нас хвалят и совсем не любим одиночества. Я тоже не люблю. Но, потом подумала: зато меня никто не ругает, и я могу спокойно лапки лизать.
Вот кошка. Она постоянно себя лижет. И ей никто слова не скажет. А я только начну лапку лизать- мне замечания делают. Чавкаешь говорят. Обидно. Но я все равно люблю свою хозяйку. Её зовут бабуля. Она меня тоже любит, гладит, никогда не забывает покормить. И сначала мне даст покушать, а потом уже сама кушает, правда меня из кухни всегда выгоняет. А мне нравится смотреть. Бывает, со стола что- то упадет. Для меня. Ещё она мне иногда печенье даёт. Не часто к сожалению. Ей вторая хозяйка, которую зовут внучка, не разрешает. Ей не жалко, просто она боится, что я стану толстая и у меня сердце будет болеть. И я терплю. Терпение - это очень важно.
Утром бабуля постель заправляет, а я жду, когда она меня гулять поведет. Я ей говорю: «Зачем ты это делаешь, вечером все - равно обратно стелить придется. Жить надо проще. Надо кушать, гулять и спать.».
А она отвечает: «Ага, кушать, а продукты где брать?»
- «В холодильнике» - говорю я. Это же понятно.
- «Их ещё туда положить надо» - отвечает она.
- Ну, это уже не мои заботы- думаю я.
Недавно моя бабуля с внучкой разговаривали, а я рядом сидела. Я всегда рядом, когда они разговаривают. Внучка рассказывала, что в интернете узнала про французских бульдогов. Оказывается, что в восьмидесятых годах девятнадцатого века начался настоящий бум нашей породы. В это время Париж уже был модной столицей мира, поэтому про нас узнали уже все. А в 1896 году на английской выставке мы дебютировали и завоевали восхищение многих собаководов. Нашим разведением стали интересоваться заводчики. В двадцатых годах двадцатого века мы уже попали в Россию, но стоили очень дорого.
Мне было так приятно это слышать. Я даже загордилась. Вот такие мы собаки. Созданные для любви.
