В 1557 году со смертью короля Жуана III корона Португалии досталась его внуку - трехлетнему младенцу и единственному потомку мужского пола из переживших короля отпрысков. Возраст дона Себастьяна неизбежно поднимал вопрос о регентстве до времени совершеннолетия короля. Будущее двухсотлетней Ависской династии на прямую зависело от судьбы этого мальчика.
Молодая двадцатидвухлетняя вдова и мать молодого Себастьяна, дона Хуана, казалось, была бы наиболее очевидным кандидатом на место регента. Но она уже давно не была в Португалии. Овдовев, судьба Хуаны снова решалась волею её отца, могущественного императора Карла V, который захотел, чтобы дочь вернулась в Испанию и стала регентом там в отсутствие её отца и её брата, вдовца Филиппа, который вскоре должен был жениться на королеве Марии Английской, в связи с чем отсутствовал в Испании.
Решение императора вызвало волнения при португальском дворе. С политической точки зрения, еще здравствовавший тогда король Жуан III воспринял эти события как крушение собственных надежд, ибо и он подумывал о женитьбе своего брата Луиша на английской монархине, равно как и думал он о выдаче замуж младшую сестру Марию за принца Филиппа. Да вдобавок как король, так и королева Екатерина – дед и бабка Себастьяна - выразили свою обеспокоенность, ибо такой маленький ребенок останется фактически сиротой. Но так или иначе принцесса Хуана уехала в мае 1554 года.
Таким образом королева Екатерина после смерти мужа осталась единственной женщиной в Португалии, на плечи которой ложилась ответственность за судьбу внука. Эти годы принесли королеве Екатерине и другие потери: в апреле 1555 года в Тордесильясе умерла её мать, Хуана Безумная. Мать, которую она так никогда и не увидела с того дня, как примерно 30 лет назад она секретно покинула её, толком не простившись. В ноябре 1555 года умер брат короля, инфант Луис. У него были довольно напряженные отношения с Екатериной после неудачных переговоров о браке с его племянницей много лет назад. А в феврале 1558 года умерла и старшая сестра Екатерины – предыдущая королева Португалии Элеонора. В октябре того же года умерла еще одна сестра, Мария. А в следующем месяце в мир иной отошел и её самый любимый брат, император Карл V, с которым Екатерина старалась поддерживать постоянную переписку с момента их первой встречи в 1516 году, благодаря которому она стала королевой Португалии.
За время своего долгого правления в качестве королевы Португалии Екатерина превратилась в проницательную королеву, государственного деятеля и политика по собственному праву — качества, которые были признаны ее мужем на раннем этапе, который оказал ей полное доверие. На политической арене Екатерина постепенно приобрела большие полномочия правительства при жизни Жуана III, а после его смерти в 1557 году она приняла на себя регентство Португалии на пять лет. Такая власть и политическая свобода редко разделялись современными королевами-консортами или регентами.
Хотя Екатерина и была предана своему брату императору Карлу V, она научилась соответствовать новым ценностям и обычаям, постоянно укрепляя свою приверженность интересам португальской Ависской династии, столь много сил отдав ради продления королевского рожа, и в то же время поддерживая свой статус в иерархии Габсбургов.
После её роль Екатерины будет намеренно несколько принижена. Во многом за счет родственных связей с Габсбургами. Меж тем стоит также упомянуть, что Екатерина была одним из самых заядлых коллекционеров своего времени. Роль королев и женщин-коллекционеров в Португалии эпохи Возрождения долго игнорировалась историками.
Меж тем эта женщина, прожившая детство в относительно стесненных условиях, оказавшись в Португалии с самого начала своего правления Екатерина начала процесс некоей легитимации своего статуса в этой новой для себя родине посредством подчеркивания своего богатства, играя роль во власти, в культурном покровительстве и коллекционировании. Она умело использовала материальные предметны для выражения престижа и власти королевства.
Екатерине за годы совместной жизни с Жуаном III удалось добиться уникального положения для себя, которое дало ей независимость в управлении своим домом и двором с большой проницательностью и интеллектом.
Екатерина использовала покровительство и коллекционирование, чтобы укрепить свое положение «королевы-купца» заморской торговой империи: уникальное обстоятельство для женщины ее времени. Ее коллекция азиатской и дальневосточной экзотики, предметов роскоши и товаров превратилась в коллекцию, которая четко определила ее политическое положение при дворе. Размещение ее коллекции, ее организация жизни двора, влияние на убранство ее покоев во дворце Лиссабона, и подобные детали играли для королевы не менее важную роль, нежели материнство или политика.
После прибытия в Португалию в 1525 году Екатерина быстро развила ненасытную страсть к предметам роскоши, доступным в португальских владениях в Африке, Азии и Бразилии. Она вскоре приобрела или купила превосходные резные изделия из слоновой кости с Цейлона в виде складных вееров и шкатулок, текстиль, сине-белый фарфор Мин, фарфор кинранде, перламутровые изделия из Гуджарата (Индии), лаки из Китая, азиатские аксессуары для одежды (такие как китайские и японские складные веера). Коллекция королевы по сути стала первым значительным собранием редкостей в Португалии эпохи Возрождения, включающей больше неевропейских предметов, чем любая другая в Европе коллекция до середины XVI века.
***
Кончина мужа Екатерины короля Жуана III 11 июня 1557 года конечно же стала для королевы наиболее значительным событием как в политическом плане, так и в личном. В вопросе государственных дел уход из жизни короля в принципе не означал немедленного изменения в жизни страны. В конце концов, болезнь короля, прогрессирующая с 1550 года, за годы лишь сделала ведущую роль королевы еще более заметной.
Однако напряженность оказалась неизбежной: кто станет регентом молодого короля Себастьяна, если не мать? По обычаю, эта должность возлагалась на ближайшего родственника монарха из числа мужчин. В данном случае кардинал Энрике, брат короля и последний из сыновей Мануэля I, был еще жив и подходил на роль регента. Регентство женщин, хотя и не было чем-то новым в истории Португалии (достаточно вспомнить непосредственный прецедент Элеоноры Арагонской, супруги короля Дуарте и матери Афонсу V), обычно не получало необходимой политической поддержки.
На заседании королевского совета, которое состоялось после смерти короля, королева Екатерина, которая уже несколько лет делила управление страной, представила некоторые записки от дона Жуана III, которые якобы свидетельствовали о королевском желании, чтобы именно она взяла на себя регентство, попечительство и опекунство внука Себастьяна. После того, как дона Энрике попросили помочь своей невестке в осуществлении таких обязанностей, он согласился
Однако вскоре принцесса Хуана, все еще остававшаяся регентом в Испании в отсутствие брата, заявила о своем праве крови взять на себя регентство при своем сыне. Его намерения были настолько сильны, что его отцу, Карлу V, пришлось написать весьма резкое письмо дочери, в котором он ясно дал понять, что эта должность принадлежит его сестре Екатерине.
В свою очередь император намеревался добиться от Екатерины гарантий наследование престола Португалии сыном инфанты скончавшейся дочери Екатерины Марии в случае смерти Себастьяна. В конце концов, как он писал своему сыну Филиппу, «принц Карл — его внук в той же степени, что и король». Несмотря на согласие Екатерины, прагматичной женщины, признававшей такое право на трон родной её семьи Габсбургов, такого рода гарантии так и не были официально озвучены из-за антикастильских настроений, существовавших при португальском дворе, а также из-за определенной непопулярности женщины-регента даже среди ее подданных низшего происхождения.
А напряженность в отношениях между королевой Екатериной и некоторыми аристократическими домами Португалии, а именно Авейру и Браганса, достигла своего пика в ночь на 3 сентября 1554 года. Дон Теодосиу, герцог Брагансы, овдовел еще за год до того и изъявил желание повторно жениться на доне Беатрис де Ленкастре, племяннице дона Жуана, герцога Авейру. Королева Екатерина наложила запрет на такой брак.
Помимо стремления избежать более тесного союза между двумя столь могущественными домами, решение королевы, скорее всего, было направлено на защиту приданого, причитавшегося его племяннице, второй дочери покойного инфанта дона Дуарте. Однако, несмотря на запрет, дон Теодосиу решился жениться на донье Беатрис. Это вызвало немедленную реакцию королевы, которая изгнал его и герцога Авейру от двора. Однако авторитет Екатерины был подорван в среде аристократии.
Именно в этом контексте произошла первая попытка отстранения Екатерины от власти на правах регента - от имени дона Энрике. Тот в итоге принял предложение сменить Екатерину после того, как попытался убедить её остаться на этой должности. Многие историки интерпретируют события тех дней как успешную попытку королевы политически дестабилизировать положение кардинала-инфанта. Но на самом деле не исключено, что регентша, столкнувшись с политическими трудностями, действительно тогда решила покинуть двор и уйти в монастырь, как это сделал ранее её брат Карл V. Однако независимо от намерений Екатерины реакция совета получилась радикальной, и в итоге королева все-таки продолжила исполнять свои обязанности. Несмотря ни на какие трения королевы и аристократии, имя дона Энрике в целом не вызывало должного энтузиазма.
***
После этого королева оставалась регентом еще два года, пока в конце 1563 года после победы португальцев над маврами при осаде Мазагао не произошла ее внезапное и довольно неожиданное решение. Для многих было совершенно непостижимо, учитывая возможность извлечения королевой выгоды из достигнутого триумфа, действие королева Катарина созвавшей совет, чтобы объявить о своем решении передать власть регента дону Энрике. Все были застигнуты врасплох, включая самого Энрике.
В конце концов несмотря на то, что её и критиковали за промедление с оказанием помощи португальцам во время осады, регентша все равно пользовалась поддержкой значительного числа сторонников. Однако решение Екатерины теперь было окончательным, и новым регентом действительно должен был стать дон Энрике несмотря на то, что в некоторых кругах циркулировало имя донны Марии Португальской, герцогини Визеу (сестры Жуана III и Энрике). Екатерина по-прежнему продолжила осуществлять функции куратора и попечителя.
С этого момента роль вдовствующей королевы уже не была прежней. В основном её деятельность сводилась к попыткам сохранить влияние на своего молодого внука, желанию помочь ему в переговорах о браке. Особенно во втором случае её мнению часто перечил Энрике. Во время регентства последнего, закончившегося в 1568 году, начались переговоры Португалии с Францией о женитьбе португальского короля на принцессе Маргарите Валуа (той самой будущей королевы Марго), которая была всего на год старше Себастьяна. Однако с развитием протестантского движения во Франции Себастьян проявил неуверенность в интересе к такому браку. Не способствовала этому и довольно репутация Маргариты. В конечном итоге переговоры не увенчались успехом, а в качестве решения для сдерживания религиозных трений во Франции в 1572 году Маргарита вышла замуж за Генриха Наваррского.
В связи с крушением французского матримониального проекта Екатерина еще больше стала продвигать идею союза между внуком Себастьяном I и старшей дочерью Филиппа II Испанского, инфантой Изабеллой. На самом деле, идея свадьбы очень нравилась и самому юному Себастьяну. Если интерпретировать это предложение сегодня, не принимая во внимание некоторые события, которые в то время невозможно было предвидеть (равно как и не учитывать поколения близких родственных связей), то этот брак был не такой уж плохой идеей в политическом смысле.
Хотя французский брак мог бы помочь сделать Португалию более независимой с политической точки зрения, сохранение традиционной модели брака с испанской принцессой, возможно, было бы, помимо того, что это более практично, еще и удобно. В конце концов, на тот момент инфанта Изабелла была наследницей испанской короны.
Однако даже если бы королю Филиппу II удалось произвести на свет наследника мужского пола в четвертом браке, девочка все равно была бы старшей дочерью престижного монарха и племянницей императора Священной Римской империи Максимилиана II. Во многих отношениях это была весьма выгодная партия по меркам XVI века, даже несмотря на то, что будущая невеста была еще ребенком.
Но намерения самого молодого короля все больше направлялись на войну против неверных в Африке. Даже просьба руки инфанты Изабеллы Испанской у короля Филиппа II имело целью получение военной помощи для священной войны, задуманной этим юным королем, воспитанным в католической вере и исповедующим рыцарские идеалы. Стареющая бабушка была против плана внука лично возглавить это военное предприятие, но Себастьян не послушал советов бабушки, от которой он все больше отдалялся. Юность толкала короля на военные авантюры в Африке. Екатерина была в отчаянии. Из-за переживаний о внуке семидесятилетней женщине становилось все хуже и хуже. Она все чаще стала испытывать недомогания и боли.
5 февраля 1578 года Екатерина Австрийская получила подтверждение намерения своего внука отправиться на войну в Африку. 10 февраля вдовствующая королева провела несколько часов в коматозном состоянии и получила соборование. Узнав о состоянии своей бабушки, король отправился к ней во дворец и был уже там. Екатерина, на счастье, в тот момент пришла в сознание. Узнав единственного своего внука, бабушка дала ему свое благословение.
Прежде чем потерять дар речи, вдовствующая королева еще раз молила внука не идти на войну. Но тот грезил предстоящей кампанией, подобно королям-крестоносцам прошлых веков... Смерть Екатерины наступила 12 февраля всего через месяц после своего 71-го дня рождения. Без всякой помпы ее похоронят рядом с мужем в монастыре Жеронимуш. Проведя несколько дней в уединении и строгом трауре, король Себастьян I вернулся к подготовке своего военного предприятия, которое, наконец, состоялось несколько месяцев спустя – вопреки наставлением бабушки, возможно, предчувствующей недоброе.
Можно сказать, что после такого количества утрат судьба сжалилась над Екатериной Австрийской, пережившей смерти своих родителей, своего мужа, всех своих братьев и сестер и всех своих девятерых детей. Королева так и не увидела давно запланированного ее семьей объединения всех иберийских корон, но она была избавлена от того, чтобы стать свидетельницей приговора Ависской династии несколько месяцев спустя, когда столь любимый ею внук Себастьян I Желанный погиб в свои 24 года в Марокко в битве при Эль-Ксар-эль-Кебире.
Читайте о юности и начале правления Екатерины Австрийской в Португалии: