В этом году «Канны», а потом и «Оскар», кажется, стали возвращать себе былую популярность. Связано это, конечно, с ажиотажем вокруг победителя обеих премий, фильмом «Анора», невидимым «противостоянием» между Майки Мэдисон и Дэми Мур, и нескончаемыми спорами о том, получит ли новый русский герой Юра Борисов заветную статуэтку. Увы, меня оба мероприятия в этом году разочаровали - наверное, сказывается нелюбовь к «Аноре». Среди номинантов, однако, был в этом году фильм, который, хоть и прошёлся почти незамеченным мимо киноакадемиков, но разбил сердца множества зрителей по всему миру. Я - в их числе.
«Я всё ещё здесь» - фильм режиссёра Вальтера Саллеса, в главной роли которого - жемчужина современного бразильского кино, Фернанда Торрес, тонкая игра которой настолько основательно погружает в тревожную атмосферу Рио 70-х, что после просмотра становится совершенно непонятно - почему в Каннах никто не ставил именно на этот фильм?
Для меня он получился особенным сразу из-за двух пунктов. Начну с первого и самого главного. Фильм рассказывает историю семьи, мирно живущей в Рио-де-Жанейро в 1971 году, в то время, как в стране уже более 5 лет свирепствует военная диктатура - бесмысленная и беспощадная. Примечательно, что семейство Пайва живёт в нескольких минутах ходьбы от Ипанемы, а из окон их дома открывается прекрасная панорама на лазурные волны и золотой песок. Прекрасный, идиллический пейзаж - по крайней мере, так кажется первые полчаса фильма. Но чем дальше хронометраж, тем дальше зритель понимает, что безмятежная атмосфера, с которой ассоциируется благополучная Ипанема, больше не является обителем радости, гедонизма и свободного искусства, а еë образ жëстко разбивается о реальность - новую реальность, в которой 20 долгих лет будет существовать Бразилия.
1 апреля 1964 года к власти пришли военные. Президент Жуан Гуларт был незаконно свергнут и отправлен в оставку. Гуларт обещал стране множество позитивных реформ - от социальной жизни до искусства. Начало его правления приходится на действительно счастливые годы: в Рио-де-Жанейро рождается новый жанр - босса-нова, по всей стране наблюдается рост интереса к архитектуре, музыке и поэзии. Эти перемены становятся настолько заметны, что выводят экономику страны на новый уровень. Казалось бы, всё прекрасно - экспорт процветает, уровень безработицы падает, образование становится доступно каждому, а коммерческий интерес к бразильской культуре на Западе растёт с каждым днём. Но в апреле 1964 года изменилось всё. За один день страны, которую знали люди, не стало, и началось страшное время - время репрессий, пыток, тотальной цензуры и военной диктатуры, которая не знает ни прощения, ни пощады. Под раздачу попадали все - и мирные жители, и активно борющиеся с режимом деятели культуры, которых либо запирали в тюрьмах, либо высылали из страны.
Военное правительство приняло новую, ограничительную по своему содержанию Конституцию и подавило свободу слова и политическую оппозицию. В это время Ипанема перестаёт быть символом - по аналогии с американской - «бразильской мечты», отныне она - унесённый ветром образ тех мечтаний, которыми были наполнены светлые умы бразильской интеллигенции в начале десятилетия. Ипанема умерла, а вместе с ней - и вся босса-нова, которая за 5 лет (с 1959) успела построить мир, который действительно был похож на Рай. Всё, что она создала, теперь казалось неуместным, ненастоящим, призрачным и бесконечно далëким. Но не потому, что действительно было таким - изменилось время, а вместе с ним и люди, которые теперь требовали компенсации за отобранное право говорить. И босса-нова, славившаяся своей лëгкостью и элегантностью, под это требование совершенно не подходила. На смену ей пришла яркая, бунтующая Тропикалия, рок и психоделия.
Такой, какой «новая волна» была в золотые дни начала 60-х, она больше не вернëтся, а всё, что будет позже - воспоминания о времени, когда всё в Рио походило на прекрасный мюзикл.
Спустя 21 год, в 1985, начался процесс постепенного перехода к гражданскому правлению. Годы диктатуры были окончены. По оценкам, за это время более 20 000 человек подверглись пыткам со стороны военных и тайных полицейских агентств, более 400 человек умерли и около 150 пропали без вести. Первая причина, по которой мне было больно смотреть «Я всё ещё здесь» - довольно сложно наблюдать за тем, как мир, а вместе с ним и музыка, которые я обожаю всей душой, буквально уничтожаются. Я задаю себе вопрос: сколько ещё прекрасных мелодий могло бы быть написано, если бы не этот переворот? Вторая причина - воспоминания о Большом терроре 1938 года. Да, его бессмысленно сравнивать с тем, что происходило в Бразилии, ведь у нас в стране число жертв было несоизмеримо больше. Но глаза Фернанды Торрес (по фильму - Юнис Пайвы, жены бывшего депутата, пропавшего без вести), испуганно наблюдающие за тем, как еë мужа увозят неизвестно куда и неизвестно зачем, так или иначе заставляют вспомнить тех, кого так же по сфабрикованным обвинениям забирали, и кто уже не возвращался.
Удивительно, но за 2 часа фильм о событиях в далёкой Бразилии помог мне заново «пережить» и прогоревать боль собственного народа. Мне хочется задать самой себе вопрос: если босса-нова умерла, то почему я до сих пор отношусь к ней так, будто бы она живёт и всегда будет жить? Я нашла в ней отдушину - это целый мир, в окружении которого я научилась быть самой собой; та самая «питающая» среда, которой мне не хватило когда-то. Быть может, если во время военного переворота обществу было не до боссы, то сейчас она снова может вернуться? Вернëтся потребность в простой, изящной элегантности, нежности, гармонии, поэзии, любви, близости, тëплых посиделок с друзьями. Сейчас после ожесточённых боëв за правду и за право отстаивать своё слово в мир снова возращается сочувствие. Боль смягчила наши сердца и помогла нам увидеть, как много людей вокруг - и мы сами - нуждаемся в сочувствии, прощении и заботе. Может быть, сейчас то самое время, когда босса-нова естественным образом вернëтся? А может быть, она никогда и не уходила, а просто разбрелась по свету, в те уголки, где была нужна. Одно я знаю точно - мне она будет нужна всегда. Поэтому я рассказываю о ней, пишу книги и посвящаю картины. Я точно знаю, что нужна она не мне одной - иначе не было бы многочисленных каверов, переизданий альбомов и музыкальных туров. Значит, пока это нужно, босса-нова будет жить, даже если один раз ей уже пришлось кануть в лету. И я точно сделаю так, чтобы в мире, который окружает меня и в той его части, на которую я влияю, было больше любви, света, поддержки и сочувствия - это и есть Nossa Bossa Nova.
Друзья, если вы хотели посмотреть глубокое кино о важном, то очень рекомендую «Я всё ещё здесь». После просмотра можете поделиться здесь своими мыслями о картине - мне будет интересно почитать, поскольку я еë большой фанат!
Маша Цветкова