Чжан Цянь находился при штабе верховного главнокомандующего генерала Вэй Цина. Тот был младшим братом любимой наложницы У-ди - певицы Вэй Цзыфу.
Генерал был спокойным и добродушным человеком. Зато разбирался в людях, и ставил на военные посты тех, кто способности. За счет этого выигрывал.
Разведкой у него ведал племянник Хо Цюйбин - восемнадцатилетний юноша с задатками великого полководца. В его распоряжении было 800 лучших всадников на самых лучших скакунах. Они приносили все необходимые разведсведения. Обработкой этих сведений с удовольствием занимался Чжан Цянь.
Так он узнал, что шаньюй Ичжисе переместил свою ставку дальше, вглубь степей - в долину Хангая. Теперь, чтобы добраться до него нужно было бросать тяжелое вооружение, и идти налегке, что конечно снижало боеспособность армии Хань.
Чжан Цянь, склонившись над грубо сколоченной карте, выцарапанной на доске, провел пальцем по обозначению долины Хангая. Она выглядела как глубокая рана на теле степи, защищенная с трех сторон крутыми склонами, а с четвертой – рекой, бурлящей и непредсказуемой. Информация, собранная Хо Цюйбином, была лаконична, но красноречива: шаньюй Ичжисе, хитер и осторожен, выбрал практически неприступное место. Восемьсот всадников, лучшие из лучших, пробирались сквозь пески и скалы, рискуя жизнью, чтобы добыть эти данные. Их лошади были истощены, сами разведчики – измучены, но выполнили свою задачу. Теперь всё зависело от стратегии.
Генерал Вэй Цин, сидевший за низким столом, задумчиво поглаживал свою густую бороду. Его лицо, обычно спокойное и добродушное, было напряжено. Переход в долину Хангая означал отказ от тяжелой кавалерии, основной ударной силы ханьской армии. Это значительно уменьшало шансы на быструю победу. Легкая конница, даже лучшая, была уязвима в открытом бою против кочевников, привыкших к стремительным атакам и маневрам.
«Чжан Цянь», – наконец, произнес генерал, его голос был тих и спокоен, но в нём чувствовалась сталь, – «каковы твои предложения? Как мы можем преодолеть преимущество шаньюя?»
Чжан Цянь поднял голову, его глаза блеснули интеллектуальным огнем. Он знал, что ставка высока, что ошибка может стоить всей армии. «Мой господин, – начал он, – долина Хангая, хотя и защищена естественными преградами, не является неприступной крепостью. Шаньюй рассчитывает на внезапность и быстроту своих налётов. Мы должны лишить его этих преимуществ. Предлагаю разделить армию на несколько отрядов».
Он указал на карту. «Один отряд, под командованием Хо Цюйбина, совершит демонстративный манёвр, отвлекая внимание шаньюя на север. Второй, более крупный отряд, будет двигаться по южной оконечности долины, используя труднопроходимую местность для скрытного продвижения. Третий, основной отряд, будет двигаться вдоль реки, используя её как естественный прикрытие. Движение должно быть медленным, позволяя обеспечить армию провиантом и водой, но достаточно быстрым, чтобы шаньюй не смог установить полную блокаду. Параллельно нужно провести разведку, используя отряды легкой конницы, чтобы прощупать силу обороны и выявить слабые места в оборонительных линиях шаньюя».
Чжан Цянь продолжил: «Параллельно необходимо организовать сеть тайных информаторов среди племен, соседствующих с хунским станом. Это позволит получать информацию о передвижениях шаньюя и его войск. Если мы сможем окружить шаньюя, лишив его возможности маневрировать и получать подкрепление, то у нас появится шанс на победу».
Генерал Вэй Цин внимательно выслушал Чжан Цяня. В его глазах отражалась оценка предложенной стратегии. В ней было много риска, но и много хитрости. После недолгого молчания, он кивнул: «Хорошо, Чжан Цянь. Твой план принят. Пусть шаньюй Ичжисе узнает, на что способна армия Хань, когда во главе стоит не только сила, но и ум». В воздухе повисла напряженная тишина, прерываемая лишь шелестом бумаги и тиканьем песочных часов, отмеряющих время до решающей битвы.
Если интересно, прошу поддержать лайком, комментарием, перепостом, может подпиской! Впереди, на канале, много интересного! Не забудьте включить колокольчик с уведомлениями! Буду благодарен!