С момента своего появления на сцене трубач Мейнард Фергюсон держал в тонусе каждого духовика на планете лишь посредством исключительной мощи своей игры, выносливости и ошеломляющего владения высокими нотами. Казалось, его энергия не ослабевала на протяжении всей карьеры, которая длилась около 60 лет.
- Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.
Фергюсон — это напор и энергия. Он умел играть нежные баллады и тихий джаз, когда находился в нужной компании. Тем не менее, поклонники оркестрового джаза приходили послушать именно его наэлектризованные «очереди» из нот в стратосферу.
Порой концерты Фергюсона сравнивали со спортивными состязаниями, а его самого — с гладиатором, цирковым силачом, боксёром на ринге. Саксофонист Лэнни Морган рассказывал: «Когда он играл соло на октаву или две выше оркестра, это просто отрывало всех со стула». Седовласый лидер обычно вышагивал по сцене с таким видом, словно он только что сошёл с поля для гольфа.
Уолтер Мейнард Фергюсон родился 4 мая 1928 года в Монреале. В возрасте девяти лет на церковном собрании он музыканта человека, играющего на корнете, и сказал отцу: «Папа, подари мне такой». Этот случай положил начало одной из самых успешных карьер в музыкальной истории.
Отец Фергюсона был директором школы в Абердине, мама — профессиональной скрипачкой и школьным администратором. Родители предполагали, что музыка станет профессией их сына, поэтому делали всё, чтобы помочь ему развить свои таланты.
Вместе с другим жителем Монреаля — пианистом Оскаром Питерсоном — Мейнард Фергюсон начал выступать в школьном танцевальном ансамбле под руководством брата — саксофониста Перси. В возрасте 11 лет он уже состоял в оркестре Канадской вещательной компании, а свою первую группу сформировал пять лет спустя, открывая канадские выступления Дюка Эллингтона и Каунта Бэйси.
В 1948 году 20-летний Фергюсон, познакомившись с лидером оркестра Бойдом Рейберном, прорвался на американскую сцену, что было не всегда легко для канадцев в связи с трудностями при получении разрешения на работу. Молодой трубач был нарасхват: его перехватили Джимми Дорси, а затем и Чарли Барнет.
Главным номером Мейнарда с оркестром Чарли Барнета была «All the Things You Are». Одна эта пьеса принесла ему международное признание среди музыкантов и мгновенную известность среди слушателей. Наследники покойного композитора Джерома Керна посчитали аранжировку «бастардизацией», и лейбл Capitol Records был вынужден изъять пластинку из обращения по решению суда.
Но главное предложение поступило от легендарного аранжировщика и бэндлидера Стэна Кентона. Тромбонист Милт Бернхарт вспоминал: «Никто из нас не слышал о нём до того вечера. Когда мы закончили сет, я уже дошёл до двери, когда они начали играть, — и замер. Первый номер сразу начался с этой невероятной стратосферной трубы. Этот диапазон, казалось, не имел предела. И это был не тонкий, сжатый звук. Звук был обильным и жирным, от него было трудно оторваться. Я прослушал весь сет. Мейнард знал, что он привлёк наше внимание, и выложил всё, что у него было, — а было у него полно. Всё было сыграно с воодушевлением и мастерством».
Годы с легендарной группой Стэна Кентона, в которой Фергюсон играл с 1950 по 1953 год, помогли трубачу достичь необычайной известности. В 1950 году он дебютировал на телевидении в шоу Эда Салливана. Ему также предстояло стать ведущим трубачом и солистом в различных проектах руководителя оркестра.
Милт Бернхарт: «Приход Мейнарда в оркестр Кентона был свершившимся фактом. Он, несомненно, был звездой — вечер за вечером. Сказать, что он разгонял всех, — это преуменьшение».
После четырех лет, проведённых на гастролях, Мейнард Фергюсон заключил контракт со студийным оркестром Paramount Pictures в Голливуде. Эта договоренность давала ему возможность не только участвовать в записи киношных саундтреков, но и выступать в знаменитом калифорнийском клубе «Lighthouse» — одном из самых известных на Западном побережье.
Получив шанс возглавить звёздный оркестр Birdland Dream Band, Фергюсон переехал в Нью-Йорк в 1956 году, сумев возглавить состав из 13 человек и сохранять его на протяжении более десяти лет вместе с грозным менеджером Джо Глейзером, который также руководил карьерой Луи Армстронга. В этот период трубач арендовал пару самолетов, чтобы доставлять своих музыкантов на работу. Однажды во время сильной турбулентности невозмутимый Фергюсон встал и объявил: «Я пойду спать, но если увидите Гленна Миллера, пожалуйста, разбудите меня».
Трубач Док Северинсен вспоминал: «Я слышал, как Мейнард разминается. Скажу вам, я бы хотел, чтобы каждый трубач в мире мог услышать, как он звучал. Сам не знаю, как я вообще продолжил играть после этого. Одна только разминка была совершенно пугающей».
В джазовой среде Мейнард Фергюсон считался джентльменом. Во времена открытой расовой сегрегации в США он отбирал авторов и музыкантов вне зависимости от цвета кожи.
Глава биг-бэнда обращался с девушками и членами семей каждого музыканта как с почётными гостями и был невероятно щедр по отношению к участникам оркестра, помогая добиваться успеха. В отличие от большинства коллег, Мейнард следил за тем, чтобы ребята из его группы получали достойные гонорары.
Вынужденный в конечном итоге сократить свой состав до секстета и разочаровавшись в американском обществе, трубач в 1967 году отправился в Калифорнию, чтобы изучать философию индийского гуру Джидду Кришнамурти. Ранее он посещал общину Тимоти Лири в штате Нью-Йорк.
Когда промоутер из Манчестера Эрни Гарсайд рассказал Фергюсону о своём оркестре, Фергюсон с привычным энтузиазмом принялся за дело. За несколько недель он вымуштровал британскую команду до мирового уровня, запустив для неё период успеха, что позволило в течение шести месяцев выступать в рейтинговом телешоу.
Впоследствии Мейнард Фергюсон вернулся в США. Когда британцы устали путешествовать по Америке, их заменили местные музыканты. Фергюсон перебрался в Нью-Йорк, затем в Калифорнию, возглавляя ряд прекрасных молодых групп. Он активно записывался, проводил семинары в колледжах и сотрудничал с производителями инструментов при создании серии гибридных духовых инструментов.
Всегда открытый для новых жанров, Фергюсон продолжал заниматься индийской рагой, заигрывал с диско, фанком, джаз-роком и фьюжном, добился коммерческой популярности со своими каверами «MacArthur Park» и «Hey Jude».
В 1978 году Фергюсон получил премию «Грэмми» за «Conquistador» — альбом, который достиг 22-го места в хит-параде благодаря включению композиции «Gonna Fly Now» Билла Конти, которая звучала в фильме «Рокки» (1976) со Сильвестром Сталлоне. Студийный барабанщик Аллан Шварцберг написал диско-бит для этой песни, и оркестр получил очередной творческий импульс, выступая в переполненных аренах. В тот период популярность Мейнарда росла семимильными шагами.
В 1980-е Мейнард Фергюсон перешёл на независимые лейблы, где он мог свободно исследовать новые идеи и контролировать выпуск своих альбомов. К концу десятилетия он вернулся к корням традиционного джаза и сформировал Big Bop Nouveau Band. Репертуар группы включал в себя оригинальные авторские композиции и современные аранжировки джазовых стандартов.
Своим интересом к музыкальному образованию Фергюсон внёс вклад в будущее джаза. Он предлагал мастер-классы на выступлениях в школах, университетах и консерваториях.
Фергюсон прожил жизнь, о которой мечтает любой артист. Он путешествовал по миру с музыкантами, которых уважал, и играл музыку, которую любил. Выходил на сцену с легендами джаза и начинающими музыкантами, играл с королями и президентами, был удостоен бесчисленных наград. Выступал в оркестрах кумиров своего детства — и сам стал для многих учителем.
Мейнард Фергюсон: «Музыка — великий источник удовольствия. Наслаждение начинается с самых первых нот... и уже не прекращается. Нет пророка, к которому можно обратиться за всеми ответами. Единственный настоящий пророк сидит в позе лотоса внутри вашего собственного мозга. Ваш величайший учитель и критик — он прямо там».
Надеюсь, вам понравилось! Буду рад, если вы поддержите материал лайком, комментарием и подпиской!