- Всегда отвечаете головой за всех своих выпускников, прикрываете, опекаете

- Всегда отвечаете головой за всех своих выпускников, прикрываете, опекаете?

- Да! Мы же в Школе-студии МХАТ по большому счёту семья: все друг друга знают. Это в больших вузах могут не знать, кто спускается по лестнице. А у нас всем всё известно. Эти семейные отношения начинаются со вступительных экзаменов. Мы же гордимся тем, что у нас нет платного отделения, куда можно поступить за деньги. Тридцать два бюджетных места, и 8 внебюджетных. Но конкурс один, и мы не отбираем студентов по принципу: может платить или не может. Мы отбираем по творческим способностям. К первым 32 у нас нет вопросов, а вот уже у 33-го мы спрашиваем: смогут его родители найти 500 тысяч рублей в год, чтобы оплатить обучение? И это часто трагедия, когда они говорят, что нет, не смогут. И вот тогда я иду к моим друзьям, которые занимаются бизнесом, и прошу их помочь хорошему мальчику или девочке, которые хотят стать актерами.

- Получается, что вы берете на себя морально-финансовую ответственность за то, чтобы вырастить талант. А если он не вырастет?

И так бывает. Поэтому мы за творческой судьбой всех наших выпускников следим. Они уходят от нас и забирают частичку нашего сердца, куда от этого денешься? У кого-то получается в театре или кино, а у кого-то нет. Конечно, переживаешь за всех, особенно приезжих, как их примет столица?

- А вас, ташкентского мальчика, как Москва приняла?

- Сначала было очень трудно. Я страдал. Но быстро перестал. Я же был богатым студентом. Моя мама работала в сфере торговле в Ташкенте, а это в советские годы кое-что значило. Она мне присылала каждый месяц 100 рублей. На эти деньги можно было жить. Но всё равно я тяжело переживал разлуку с городом моего детства, где осталась первая любовь, запахи восточных базаров, помидоры, которые раздавали бесплатно нам, детям, торговцы с рынка Чорсу в конце рабочего дня. Первый канал недавно предложил съездить в Ташкент, вспомнить детство в этом хлебном городе. Поеду обязательно