Хотела бы я этого не вспоминать, но Оксигейт внезапно разблокировал память
25 лет назад я закончила художественную школу. Дальше по этой стезе не пошла: не было ни таланта, ни прилежания. Могу лишь набросать что-то не слишком аккуратно или, если очень постараюсь, разбить фотографию на квадраты и кусочек за кусочком перенести изображение.
Так что крайне далека я теперь от искусства, не считая походов на выставки. Поэтому и воспоминание это мирно дремало в моей голове 25 лет.
А вспомнить есть о чём.
Когда блогосферу всколыхнул Оксигейт, многие рассказывали о таком явлении как груминг. В частности о том, как посторонний взрослый старается стать для ребёнка или подростка значимой фигурой, затмить родителей. Так может поступить, например, тренер или преподаватель.
У нас это был директор школы.
Заслуженный педагог, уважаемый в городе человек, известный художник - автор монументальных полотен на тему Великой Отечественной. В последний год обучения вместо урока мы целой ватагой набивались в директорский кабинет, где он показывал нам свои работы, курил невероятно вонючие сигареты вроде Беломора, рассказывал что-то тяжёлым хриплым басом.
Особо избранные, к числу коих я никогда не относилась, удастаивались чести сидеть на директорских коленях.
О чём он думал в такие моменты? Был ли в его действиях сeкcуализированный подтекст? Понятия не имею. Подозреваю, что ему, как минимум, льстило девичье внимание, он принимал его благосклонно, как главный лев прайда.
Удивительное дело, никого из нас это не смущало. Наоборот, кажется, мы добивались директорских коленей как высочайшей милости. Сейчас я с ужасом осознаю: то, что он делал в свои почти 70 с 13-14-летними девчонками, - это и есть груминг.