Я родилась в Донбассе, вскоре после того, как он был освобожден от фашистов, однако до Победы было ещё очень далеко. Хорошо помню страшный урон, который оставила после себя война: разбомблённые и сожженные дома вокруг, искалеченные, передвигающиеся на низких колясочках люди без ног, изрытую осколками землю, в которой дети, мои сверстники, находили оплавленные куски стекла, гильзы и разные опасные железки, которые использовали для игр и забав...
Не было игрушек, одежды, обуви, книг, тетрадей, конфет, да и с едой было не очень. Зато было самое главное, теперь я это хорошо понимаю и могу сформулировать: все трудные и непростые послевоенные годы из нашего общенародного бытия не исчезало ощущение радости Победы над страшной и несправедливой бедой - войной, которую все мы, от мала до велика, избыли, перетерпели, преодолели, и надеялись никогда больше не встретиться с нею, не испытать... мы поверили в свое честно завоеванное право - жить спокойно, в мире и счастье.
После общей беды-войны пришла общая Победа, и обаяние её триумфа тихо и незаметно определило жизнь моих земляков и, конечно, всего моего поколения. Мы умеем, если надо, довольствоваться малым в быту. Сочувствуем чужому горю и поддерживаем тех, кто в этом нуждается. Знаем, что такое «дружба разных народов»: никакой межнациональной розни в многонациональном Донбассе не было, нет и, надеюсь, никогда не будет. И главное - все мы и на сознательном, и на подсознательном уровнях верим, что добро побеждает, обязательно побеждает зло, только происходит это не само по себе - нужны реальные усилия от каждого из нас.
В ожидании новой Победы живут сегодня мои земляки на моей малой Родине, вот уже много трудных и опасных лет. Среди них - мои родственники, мои бывшие одноклассники и мои друзья из «поколения сороковых-пятидесятых-шестидесятых»: те, кто остался в живых, кого не разбомбили и не уморили блокадами современные недоброжелатели под эгидой фашистской символики.
В другие края уехали в основном те, кто помоложе, а вот большинство тех, кого я знаю лично, так и не уехали: пробовали, но вернулись. Здесь их дома, их семьи, да и родная земля не отпускает. Я восхищаюсь их стойкостью и верой в то, что все беды скоро закончатся и что всё будет хорошо.
Я постоянно общаюсь с ними - возможности информационного века это позволяют. Набираю заветный номер и, пока жду соединения, мое сердце от страха замирает. Каждый разговор начинаю с вопросов: "Вы живы? Целы? Здоровы? Бомбили близко или далеко?".
Особое место в моем сердце занимает мальчик Ванечка, который родился практически в одном из «котлов». И продолжает там жить, в очень непростых условиях, вместе с мамой, папой, бабушкой и дедушкой. Он много чего знает и умеет. Уже в свои три года рассказывал мне по скайпу стихотворение Чуковского - о том, как «слониха, вся дрожа, так и села на ежа». В четыре научился читать и считать. Ещё он быстро падает на пол, когда слышит «бахи», то есть взрывы. Или когда гремит гром, на всякий случай. Но гром он слышит редко, а «бахи» часто. Вот такое у него детство.
Он тоже «дитя войны», как и я. Самое лучшее, что я могу пожелать себе, ему, да и всем людям на планете Земля - чтобы термин «дети войны» навсегда ушёл в историю.
2020 г.
Послесловие.
Нет, дата выше не ошибка: текст действительно был подготовлен в 2020 году. В преддверии 75 годовщины Победы, то есть пять лет тому назад меня пригласили принять участие в сборнике статей, посвящённом этой дате. Надо было рассказать вкратце (на 1 страничке) о влиянии на меня и на моё поколение событий Великой Отечественной войны. Я, конечно, согласилась, быстро подготовила текст и послала его по назначению. Меня поблагодарили.
Однако, когда сборник вышел, моей статьи в нём не оказалось! Почему – спрашивать не стала, но предполагаю, что, упомянув о «детях войны» из ДНР, я вышла за рамки обозначенной устроителями сборника тематики.
Впрочем, и сейчас некоторые издания, ориентированные на так называемые "либеральные" взгляды, делают вид, что такой проблемы не существует (знаю по собственному неоднократному опыту). Однако правду никому утаить не удастся, а это и есть правда жизни.
Повторю еще раз то, что я хотела сказать в этой статье: пусть словосочетание «дети войны» навсегда уйдёт в историю!