БЕСЕДА 19.
5. (продолжение) МОЖЕТ ЛИ БЛАГОВЕСТИЕ ВКЛЮЧАТЬ В СЕБЯ ПРИСКОРБНОЕ?
"Скажи мне: не вразумляешь ли ты сына своего? - спрашивает нас Святитель Иоанн Златоуст. - Но, если бы он сказал, что всегда одно и то же, то не принял ли бы ты этого за оскорбление?.. Что может сравняться с Тимофеем? Но, однако, и ему в послании Павел говорил: «занимайся чтением, наставлением, учением» (1Тим.4:13).
Невозможно, никогда невозможно исчерпать смысл Писаний. Это – некоторый источник, не имеющий предела. Говорят: я научился, – и этого довольно с меня. Но хотите ли, я покажу, что не все одно и то же? Сколь многие, полагаете вы, говорили о Евангелиях? И все они говорили нечто новое и особенное. Чем более кто занимается Писаниями, тем яснее видит, тем более созерцает чистый свет. А сколько я еще могу сказать? Что такое, скажите, пророчество? Что – повествования? Что – причта? Что – иносказание? Что – образ? Что – символ? Что – Евангелия? Скажите мне только о том, что ясно: почему Евангелия так названы? Хотя вы часто слышали, что благовестия (ευαγγέλια) не должны заключать в себе ничего прискорбного, однако, в них много прискорбного. «Где червь их не умирает, – говорится в них, – и огонь не угасает» (Мк.9:44); также: «и рассечет его, и подвергнет его одной участи с лицемерами» (Мф.24:51); также: «и тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф.7:23). Не станем же обольщать себя, воображая, что они называются так (только) у нас по-гречески, или будто это все не относится к нам."
