Каждое утро начиналось одинаково. Ты просыпался, протирал глаза, а на краю стола, среди банок с красками и засохших кисточек, Она ждала. Фигурка Slaanesh — полураскрашенная, с одним глазом, который словно насмехался: «Ну что, сегодня?»
Ты клялся себе: «Сегодня точно закончу». Но потом завтрак, работа, сериал, лень… И вот ты уже судорожно запихиваешь ее обратно в ящик, подальше от совести. А Она — недоделанная, но уже будто живая — шептала из темноты: «Завтра… Завтра…»
Прошли месяцы. Ты находил ей замену — новые миниатюры, сложные диорамы, даже пару раз начинал красить что-то другое. Но Она всегда возвращалась. В случайных мыслях перед сном, в чувстве вины, когда видел коробку с незакрытыми красками.
И вот, спустя почти год, ты наконец достаешь ее. Кисть дрожит. Ты вспоминаешь, как хотел, чтобы Она была идеальной: перламутровые переходы, кровавые блики, безупречные тени. Но теперь понимаешь — Slaanesh не требует совершенства. Slaanesh требует, чтобы ты страстно хотел, но так и не сделал.
Ты ставишь последний мазок. Или не ставишь. Может, снова закроешь крышку.
Ведь самое сладострастное — это не закончить, а вечно жаждать.