В Алматы состоялась 6-я встреча министров иностранных дел Китая и стран Центральной Азии. На встрече присутствовали член Политбюро ЦК КПК, министр иностранных дел Китая Ван И, заместитель премьер-министра – министр иностранных дел Казахстана Мурат Нуртлеу, главы дипломатии Кыргызстана Жээнбек Кулубаев, Таджикистана Сироджиддин Мухриддин, Узбекистана Бахтиёр Саидов, представители Туркменистана и генеральный секретарь Секретариата «Китай – Центральная Азия».
Проправительственный портал Китая сообщает о планах Секретариата, включая проведение 2-го саммита «Китай – Центральная Азия». Также рассмотрены вопросы укрепления политического диалога, расширения торгово-экономических связей и развития транспортно-логистических инфраструктур, вопрос о совместном реагировании на вызовы и угрозы, проблемы устойчивого развития и экологической безопасности. Обсуждены предложения по улучшению архитектуры многостороннего взаимодействия Центральной Азии с Китаем на принципах взаимоуважения и равноправия, пишет Синьхуа.
Однако в повестке встреч – и не менее значимый для Китая вопрос всесторонней политической подготовки ко второму саммиту, который состоится в этом году. «Численность населения» – основной вызов Китая, мотивация и драйвер его инвестполитики, основанной на размещении объектов китайской экономики на территории других государств с использованием избыточного сегмента трудовых ресурсов.
В Пекине стремятся к «углублению контактов по содействию сотрудничеству между Китаем и Центральной Азией в различных областях». Но не в правилах Поднебесной закрывать встречи без домашнего задания её участникам – на политическом сленге это назвали бы «дорожной картой». В Алматы выпущено коммюнике, в котором по пунктам прописаны задачи формата «Китай – Центральная Азия». Для закрепления контактов, член Ван И на полях мероприятия встретился с каждым из коллег по отдельности.
Мурат Нуртлеу отчитался: «Нами создаются все условия, чтобы наш формат стал флагманом среди механизмов "ЦА+", и что встреча лидеров открыла новую веху вечной дружбы и процветания. Китай – наш стратегический партнер, взаимодействие с которым проверено временем и строится на прочном фундаменте взаимного доверия, не подвластного внешней конъюнктуре. Объединение потенциалов государств Центральной Азии с колоссальными возможностями КНР – открывает путь к формированию взаимных интересов и прочного партнерства на беспрецедентной региональной арене».
Китай – не единственный геоэкономический игрок в Центрально-азиатском регионе. Государства региона активно мониторят США ("C5+1") и Турция, Иран и ОАЭ, Индия и ЕС. Россия работает со странами Центральной Азии по различным направлениям, в рамках нескольких объединений. Первый саммит «Россия – Центральная Азия» состоялся в октябре 2022 г.
Интерес к региону не ослабевает, борьба за влияние на политическую элиту Центральной Азии со стороны США и ЕС вышла на новый конкурентный уровень с приходом в Белый дом Дональда Трампа.
Вот что думает об игроках в зоне Центральной Азии директор Центра стратегических решений «Аппликата» (Бишкек), доктор экономики, известный политик Кубат Рахимов:
«Формат "С5+1" проигрывает Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС), заявил он во время видеомоста в пресс-центре Sputnik. Все эти западные форматы проигрывают устоявшимся отношениям, которые есть у нас как у постсоветского пространства. Грубо говоря, отношения с Россией в рамках СНГ, ЕЭАС, ОДКБ на несколько порядков глубже, чем что-либо», – считает Рахимов. По его словам, безвизовое пространство – самое большое достижение Содружества Независимых Государств. Когда говорят о единой визе, мы должны понимать, что проблема не в нас, а в восприятии нашего единства, считает киргизский политик.
Мы будем и далее следить за развитием событий в Центральной Азии и проведением грядущего саммита «Китай - Центральная Азия».
Соб. корр. ФСК