Здравствуйте! Никита Сергеевич и Константин Юрьевич поспорили на тему - нужно ли сейчас снимать фильмы про нынешний конфликт? Михалков говорит, что нет, рано, а Хабенский считает, что это делать нужно, но честно и про реальных людей, про их истории. Кто из них прав? - этот вопрос бурно обсуждается в кинотеатральной среде, а мне очень хочется поговорить о нём с вами и обменяться мнениями.
Дорогие читатели, примерно в одно и то же время прозвучали два резонансных заявления. Константин Хабенский – интеллигентный, тонкий, но не оторванный от жизни человек – говорит о важности человеческих историй и о том, что нужно прямо сейчас снимать кино и сериалы про эти истории, происходящие с реальными людьми на передовой или с теми, кто ждёт своих родных. Не статистика, не цифры, не пафос, а именно прожитое. Нити судеб, боли, надежды, потери. А Никита Сергеевич Михалков, как всегда величественно и театрально, вещает, что время художественного осмысления нынешнего конфликта ещё не пришло. Не остыло, мол. Рано снимать.
И вроде как звучит это всё в унисон. Один поднимает пас, второй делает мягкую подачу. Один про то, чтобы насытить память образами живых людей, другой – про то, что кино сейчас не справится. И знаете, в этом дуэте – немало здравого смысла.
Но только если не забыть, в какой стране и в какой киноиндустрии мы всё это обсуждаем, а обсудить хочется, потому как слова Михалкова и Хабенского взбудоражили кинотеатральную общественность, и сейчас многие выбирают на чьей они стороне и чья позиция им ближе.
Но я лично думаю, что главный вопрос не в том, снимать или не снимать. Вопрос — кто и зачем это делает.
Пока Никита Сергеевич предлагает ждать, и это логично – глубина часто требует выдержки, осмысления, переосмысления, – параллельно в кинематографической среде творится ощущение, будто CBO вообще не существует. Нет её. Нет ни на экране, ни в сценариях, ни даже в разговорах.
Ладно бы тишина была наполненная. Тишина размышлений. Но ведь это не тишина. Это пустота.
Это такое «давайте пока поснимаем про ёлочки, ждунов, бандитиков» и не будем тревожить хрупкий организм кинозрителя и ещё более хрупкий нерв авторов. А вдруг сломаются. А вдруг заденет.
Потому что рефлексировать и ждать — разные вещи. Хабенский говорит о том, что человеческие истории могут и должны быть. Пусть пока не крупная форма, не пафосная драма. Но кто-то же живёт, теряет, возвращается, меняется. Почему бы не говорить об этом? Почему нет ни одного по-настоящему острого, эмоционального, честного фильма, пусть даже в малом масштабе? Почему вместо этого — либо фальшь вроде «Свидетеля», либо полный игнор?
Когда-то во время ВОВ снимали кино — и не ждали «рефлексии». Снимали потому, что нужно было. Потому что люди жили в этом — и зритель был живой, он хотел видеть себя, свой страх, свою веру, свою правду. А сейчас?
Мы что, стали настолько стерильными, что ни один режиссёр не в силах услышать, уловить, прожить чью-то боль — и попробовать передать её? Не ради славы, не ради проката, а потому что по-другому не можешь.
В этом, кстати, и кроется подводный камень позиции Михалкова. Очень уж легко она превращается в отговорку.
— Не, ну мы подождём. Дайте ребятам, кто там с CBO, самим снимать. Когда они отучатся, обтешутся, мясцом обрастут — тогда и поговорим. А пока — извините, у нас в производстве новогодняя комедия. Про ёлочки. Ну да, опять. Пятидесятая часть.
Так и живём. Одни молчат, потому что страшно. Другие потому что «не время». Третьи снимают, но зритель не приходит — то ли потому, что фильмы сделаны плохо, то ли потому, что прокат делает всё, чтобы он не пришёл.
А человеческие истории – те самые, о которых говорит Хабенский – продолжают жить своей жизнью. Без сценариев, без камер. Кто-то из них потом, может быть, окажется в учебнике. Или в стихах. А может и нет.
Так что кто прав? Михалков, предлагающий ждать, или Хабенский, настаивающий на человеческой оптике?
Мне, если честно, ближе осторожность Михалкова – действительно, нужны форма, выстраданная, зрелая, не рваная на живую. Но и с Хабенским не поспоришь: нельзя ждать до бесконечности. Нельзя всё замалчивать. Нельзя прятаться за «не готов зритель». Готов — если по-настоящему. Но вот с "по-настоящему" проблема. Ведь сейчас на подобные фильмы приоритетное финансирование, и многие киноделы снимают их только за деньги. Да и, как уже говорил выше, не хочет замечать "тусовка" происходящее.
А вы что думаете? Сейчас нужно снимать такие фильмы — может быть, короткие, мини-сериалы, камерные, честные? Или подождать, как говорит Никита Сергеевич?
Напишите в комментариях — очень интересно ваше мнение.
Поддержать канал, если есть желание и возможность, можно тут - буду вам очень благодарен!
Если пропустили прошлую статью, обязательно прочитайте:
Спасибо за ваши отметки «мне нравится» - они очень помогают развитию канала! Спасибо что подписываетесь на мой канал!
Удачи вам, здоровья и только правды!
Автор: Сергей Марочкин