Прямой эфир на радио Маяк в программе "Стиллавин Today" 8 февраля 2024 г.
С.СТИЛЛАВИН: Друзья, в нашем проекте «Забытые вожди страны Советов» мы говорим о тех людях, которые играли важную роль в советской истории, они не добрались до первых постов, до самых главных постов и одна из самых интересных и трагичных фигур – Андрей Александрович Жданов. О нём мы сегодня продолжаем наш разговор.
Е.СПИЦЫН: Да, это масштабна фигура, о нём можно говорить и говорить, он действительно был очень талантливым человеком, который сделал чрезвычайно много для нашей страны, но, к сожалению, он давно забыт потомками, и это особо печалит, потому что таких людей, безусловно, надо всегда поминать и учиться на их жизненном опыте, тем более оклеветанных в годы Горбачёвской перестройки. Хотя клеветать на него начал ещё Хрущёв, так исподволь, в том числе махая всякого рода фальшивками. Например, так называемым совместным письмом Сталина и Жданова о немедленной замене Ягоды на Ежова, давая понять, что Жданов был таким же организатором политических репрессий как и Сталин сразу после убийства Кирова. Хотя на самом деле это не так, тут надо напомнить, что в 1934 г. после съезда победителей или XVII съезда ВКПб, Андрей Александрович на очень непродолжительное время перебрался в Москву, он стал секретарём ЦК, которому Сталин поручил курировать просто огромный круг вопросов. Не только вопросы пропаганды и агитации, идеологии, но даже курирование финансово-плановых органов. Это, кстати, лишний раз доказывает эффективность работы Жданова на посту первого секретаря Нижегородского крайкома, а затем и Горьковского обкома партии, где он создавал промышленную мощь советской державы, в том числе автомобилестроение. А потом, как известно, мы уже говорили, что после убийства Кирова 1 декабря 1934 г., Жданов был направлен на его место в Ленинград, это тоже лишнее доказательство того, что Сталин доверял этому человеку, потому что Ленинград - это всё-таки была вторая столица, крупнейшая партийная организация, крупнейший промышленный и культурный центр, туда абы кого не поставишь и Жданов с честью справился с этой работой. Ещё я хотел бы особо подчеркнуть, что у нас в годы Горбачёвской перестройки распространяли всякие гадости относительно Жданова, что он всю блокаду провёл в Москве, а когда был в Ленинграде – обжирался ромовыми бабами, что никаких заслуг у него перед ленинградцами не было и т.д. и т.п. Это чистой воды клевета. Во-первых, начнём с того, что за всё время блокады Жданов был у Сталина в Москве шесть раз: в1941-м - два раза, в 1942-м - два раза и в 1943-м - два раза. Он безвылазно находился в Ленинграде, руководил городом, областью, был членом военного совета Ленинградского фронта, принимал самое активное участие в организации обороны города, введении боевых действий, в снабжении города продовольствием и так далее и так далее. Вот такой маленький штришок - во время блокады немцы практически сразу перебили водопроводы и в результате ленинградские пекарни элементарно не могли выпекать хлеб. И Жданов пришёл на одно из совещаний и сказал: "Вот у меня здесь лежит автомат, я могу его взять и отстреливаться даже если немцы войдут в город, но если я буду голодным и у меня не хватит сил нажать на курок, то мне этот автомат не нужен. Значит мы должны первым делом людей не вооружить, а накормить!" И выход был придуман - дело в том, что на приколе в Ленинграде стояли подводные лодки, они замёрзли, двигаться не могли, но у них была система откачки воды, а Нева довольно глубокая, в некоторых местах глубина реки до 700 м, это одна из самых глубоководных рек в мире, и вот из Невы стали этими насосами с подводных лодок качать воду и доставлять её на хлебозаводы Ленинграда с тем чтобы эти заводы могли выпекать хлеб, даже вот то незначительное количество хлеба, чтобы спасать ленинградцев от голодной смерти. Шли на такие совершенно неординарные вещи и инициатором этого был Андрей Александрович Жданов.
Это был, конечно, выдающийся человек, который подорвал своё здоровье и так не богатырское. Он еще в 1921 г. будучи совсем молодым человеком заболел скарлатиной и вот эта болезнь сказалась на сердечно-сосудистой системе Андрея Александровича, у него уже тогда начались проблемы с сердцем и, кстати, в блокадном Ленинграде он перенёс два инфаркта на ногах, он даже не ложился на больничную койку. Во многом это сказалось на том, что Андрей Александрович так рано, в возрасте всего 52 лет ушёл из жизни в 1948 г.
С.СТИЛЛАВИН: Евгений Юрьевич, мы с вами говорили, что у Жданова с Маленковым не задались отношения, это был единственный конфликт или такая искрящая связка?
Е.СПИЦЫН: Я бы не сказал, что там настолько искрило... Понятно, что вокруг лидера страны всегда идёт подковёрная борьба, борьба за нахождение в ближнем кругу... У него были конфликты, безусловно, в том числе и с Кузнецовым, особенно после снятия блокады. Потому что Кузнецов был человеком чрезвычайно амбициозным в отличие от Жданова. И Кузнецов страдал манией величия, все кто знал Кузнецова отличали именно эту черту его характера и говорили о том что в сопоставлении со Ждановым это было небо и земля. Даже отъезд, например, того же Жданова или Кузнецова из Ленинграда. Андрей Александрович когда в январе1945 г. окончательно уезжал из Ленинграда опять на работу в Москву – он тихо спокойно вместе со своим помощником проследовал в поезд и уехал, и всё. А Кузнецов устроил себе пышные проводы, с красными дорожками, с оркестром, с массой народа и так далее и так далее. Вот вам один показательный факт в биографии этих двух людей, вы сами можете делать выводы. К сожалению, у нас сложился тоже такой довольно ложный образ Кузнецова. Да, безусловно, он сыграл выдающуюся роль в обороне города, есть, кстати, специальная работа, которая посвящена взаимодействию этих людей в годы блокады. Но не каждый человек проходит огонь, воду и медные трубы. Огонь и воду может пройти, а вот медные трубы не всем удаётся пройти. Когда человек достигает определённых высот у него начинает кружиться голова, а в некоторых случаях происходит просто тотальное перерождение личности, человека как будто подменили. К сожалению Алексей Александрович был из этого числа.
С.СТИЛЛАВИН: Евгений Юрьевич, а как сложились отношения у нашего героя с Жуковым?
Е.СПИЦЫН: Особых близких отношений с Жуковым у Жанова не было. У него были близкие товарищеские отношения с Леонидом Александровичем Говоровым, который с 1942 г. вплоть до окончания войны командовал Ленинградским фронтом, а затем был командующим Ленинградским военным округом, опять-таки до его переезда в Москву когда он стал заместителем министра обороны и главкомом ПВО, то есть противовоздушной обороны Москвы. Они где-то друг другу симпатизировали, они были люди одного круга, воспитывались примерно в одной и той же среде, я имею в виду в юности, заканчивали и тот и другой гимназии, у них был примерно одинаковый образовательный уровень, поэтому им было интересно друг с другом, плюс они были людьми такого доброго нрава. Все, кстати, отмечали светлый характер Жданова, говорили что он всегда был на позитиве, всегда улыбался, всегда со всеми очень обходительно разговаривал, никогда не повышал голос. То есть помимо вот такой деловой хватки, помимо его колоссальной работоспособности, уникальной памяти, кстати, я забыл сказать, что все замечали, что у Жданова с молодых ногтей была просто уникальная память, он в уме мог перемножать трёх и даже четырёхзначные цифры и никогда не ошибался. Он когда работал ещё секретарём Нижегородского крайкома – ему часто приходилось получать сводки и сведения, в том числе бухгалтерского характера, и он в уме их проверял и если где-то шла нестыковка цифр он сразу на это указывал и у многих представителей финансово экономических ведомств глаза на лоб лезли от того, что Жданов вот так вот, что называется "на ать-два" их раскусывал.
С.СТИЛЛАВИН: А на какую позицию пошёл Жданов уже отправившись из Ленинграда в Москву после снятия блокады?
Е.СПИЦЫН: Он по сути дела вернулся на ту позицию на которую стал в 1934 г., то есть он стал секретарём ЦК и куратором всей идеологии. Но тогда в 1934 г. он был просто членом секретариата ЦК, правда в 1935 г. он станет кандидатом в члены политбюро, а в 1939 г. и полноправным членом политбюро, а здесь он уже вернулся опять-таки на работу в секретаря ЦК, по сути дела правой рукой Сталина. И вы обратите внимание, что все тогдашние совместные постановления Совета Министров и партии Сталин подписывал как Председатель Совмина, а Жданов подписывал как секретарь ЦК ВКПб.
С.СТИЛЛАВИН: Евгений Юрьевич, вы говорите о том, что Жданов вернулся в Москву на позицию по идеологии, а при Жданове там оказался Суслов? Который нашему поколению знаком...
Е.СПИЦЫН: Дело в том, что это заблуждение, что Суслов всегда курировал идеологию. Суслов как раз в аппарате ЦК оказался после того как Георгий Димитров уехал в Болгарию и он вместо него возглавил международный отдел ЦК, так называемый первый международный отдел, и вплоть до 1955 г., есть до Хрущёва и Маленкова, Михаил Андреевич курировал именно взаимоотношения с правящими компартиями братских социалистических стран и к идеологии он имел довольно опосредованное отношение, хотя безусловно кураторство европейских компартий оно не могло быть без идеологии, но первую скрипку он вовсе не играл. Даже во времена Хрущёва его на этой позиции в 1961 г. подвинул Леонид Фёдорович Ильичёв, который тогда возглавил идеологическую комиссию ЦК. На этом же фронте работал Пётр Нилович Демичев, будущий министр культуры СССР. Суслов окончательно закрепился как главный идеолог партии только во времена Брежнева, где-то на рубеже 60-70-х годов. Даже если вы посмотрите распределение обязанностей между секретарями ЦК 1966 г., это по сути дела единственная официальная бумага о распределении обязанностей между секретарями ЦК во времена Брежнева, то там Суслов вовсе не курировал идеологию.
С.СТИЛЛАВИН: Евгений Юрьевич, а прессу идеологический отдел контролировал? И тогда вспоминается история, которая очень громко прозвучала в перестройку – 1946 г., журнал "Звезда"... Какова роль Жданова во всем этом?
Е.СПИЦЫН: Дело в том, что в историографии до сих пор идут жаркие споры относительно гносеологии, то есть истоков всей этой истории. Потому что она начала закручиваться ещё в годы войны, в 1943-1944 гг. И у нас традиционно главным виновником выхода этого Постановления и гонений на Ахматову, Зощенко и других членов Союза писателей называли, естественно, Андрея Александровича - Сталинский сатрап в идеологии, ну и т.д., и т.п. Но это была традиционная возня в писательской среде, друг на друга писали доносы, это любимое занятие нашей творческой интеллигенции, кто святей папы Римского они пытались доказать. И понятно, что арбитром в данном случае выступала, безусловно, партия, я имею в виду руководящие структуры партии, в том числе идеологические. Ещё в годы Горбачёвской перестройки вышло две публикации ленинградских авторов, которые совершенно верно определили и масштаб этого дела, и его подоплёку. Поскольку к идеологии, а уж тем более к культуре это Постановление никакого отношения не имело, это были чисто политические разборки в ближнем сталинском круге и скорее всего инициатором выхода этого Постановления был тот самый Георгий Максимилианович Маленков, который хотел через это Постановление побольнее ударить по Жданову. Более того, сделать по сути дела Жданова главным ответственным за вот такое положение. Дескать один из идеологов партии, один из руководителей крупнейшей партийной организации и проморгал у себя под носом вот такую антисоветчину. Я думаю, что эта версия наиболее достоверна, это первое. И второе, почему именно Жданову было поручено ехать в Ленинград и произносить вот те самые доклады? Он произнёс два доклада, сначала в узком составе, а потом на расширенном заседании партхозактива. Но это была своеобразная проверка на вшивость, условно говоря, и Сталин в данном случае видимо пошёл на поводу у Маленкова, по Макиавелли - разделяй и властвуй, ему надо было, действительно, с одной стороны уравновесить эти две противоборствующие группы в своём окружении, а с другой стороны, Жданов просто по должности вынужден был делать этот доклад, этот знаменитый Ждановский доклад, где на орехи досталось прежде всего Зощенко и Ахматовой, где Ахматову он назвал взбесившейся барынькой, мечущейся между будуаром и молебном, у которой блуд смешан с молитвой. Но тут знаете, что ещё надо иметь в виду, у нас создан ореол вокруг Анны Андреевны, великой поэтессы ну и т.д. и т.п., сама Анна Андреевна тоже очень ревностно относилась к своему имиджу, я вот это особо подчёркиваю - к имиджу, и всех кто ставил хотя бы под малейшее сомнение её гениальность - они тут же изгонялись из её круга и в этом смысле она ничуть не была лучше чем её гонители, это первое обстоятельство. Второе обстоятельство, ведь главный посыл ждановского доклада состоял отнюдь не в том, чтобы растоптать Ахматову или Зощенко, а в том, чтобы на их примере показать, что такое на самом деле партийность в литературе. И там есть знаменитый пассаж, где он говорит о том, что у нас существует ложное представление о свободе творчества в западном мире, что они дескать действительно выражают свои чаяния и мнения как хотят, не подвергаясь цензуре, а он там сказал, что нет, господа, вы заблуждаетесь - на Западе существует цензура и ещё более жёсткая цензуры цензура денежного мешка - кто платит, тот и заказывает музыку.
С.СТИЛЛАВИН: Евгений Юрьевич, спасибо большое, до новой встречи в цикле "Забытые вожди страны Советов".
Продолжение в следующей программе...
Ссылки на все выпуски передач "Андрей Жданов: жизнь и судьба":
Часть 1-я. https://dzen.ru/a/Z_eT_icq_ERaF7kM
Часть 2-я. https://dzen.ru/a/aBSJA2O5-WIBtCh_
Часть 3-я. https://dzen.ru/a/aBSzZ40cxCZ88iHt
Часть 4-я. https://dzen.ru/a/aSQVyohcViklmeM9
