За прошлый год я понял одну вещь - люди смертны. Самое удивительное, что никто не умирал. Сам понял. Да, через боль. Да, через травму. Да, теперь ранен и травмирован. Но зато знаю: жизнь конечна. А что после нее, смерти? А что после смерти в смерти? Один бог знает… А кто этот бог? Энергия? Тонкий мир? Дедушка с бородой? Очень страшно. Не от смерти. От безысходности. От незнания. А пока мы тут и стоим перед таким экзистенциальным и великим вопросом - прожигать свое время не то, что бы безответственно и низкосортно, но просто бессмысленно перед самой идей смерти. Точнее не так: Мы себя ругаем. А ругать не надо. Надо жить. Всем жить…
За прошлый год я понял одну вещь - люди смертны.
Самое удивительное, что никто не умирал.
Сам понял. Да, через боль. Да, через травму.
Да, теперь ранен и травмирован.
Но зато знаю: жизнь конечна.
А что после нее, смерти? А что после смерти в смерти? Один бог знает… А кто этот бог? Энергия? Тонкий мир? Дедушка с бородой?
Очень страшно.
Не от смерти.
От безысходности.
От незнания.
А пока мы тут и стоим перед таким экзистенциальным и великим вопросом - прожигать свое время не то, что бы безответственно и низкосортно, но просто бессмысленно перед самой идей смерти.
Точнее не так:
Мы себя ругаем. А ругать не надо.
Надо жить.
Всем жить…
