Найти в Дзене
Я рядом

— Я уезжаю, Сергей. Твоя мать никогда не примет меня. Я больше не могу это выносить, — ответила она безжизненным тоном

— Это просто кошмар, есть просто невозможно! — Инна Николаевна с раздражением отшвырнула ложку в раковину. Настя, ее сноха, вспыхнула от стыда и поспешно покинула кухню, из соседней комнаты послышались звуки слез и всхлипований. — Где ты только нашел такую неряху?! — мать уставилась на сына с укором. — Она моя жена, мам, — невозмутимо ответил Сергей. — и мы уже раз 100 это обсуждали, мы любим друг друга. Каждая встреча Нины Инны Николаевны с супругой сына превращалась в настоящий спектакль. Её негодование не знало границ: еда — отвратительная, дом — в беспорядке, а сама Настя — ни внешности, ни вкуса. Все в ней вызывало у свекрови полную неприязнь и даже злость: от скромных и не модных нарядов, словно из старой лавки, до её манеры вести себя. Сергей не раз пытался объяснить матери, что её колкости и обвинения ранят не только Настю, но и его, как мужа, как мужчину и главу семьи. Однако Инна Николаевна будто и слушать не желала. — Я добьюсь, чтобы у моего сына была настоящая, достойная с

— Это просто кошмар, есть просто невозможно! — Инна Николаевна с раздражением отшвырнула ложку в раковину.

Настя, ее сноха, вспыхнула от стыда и поспешно покинула кухню, из соседней комнаты послышались звуки слез и всхлипований.

— Где ты только нашел такую неряху?! — мать уставилась на сына с укором.

— Она моя жена, мам, — невозмутимо ответил Сергей. — и мы уже раз 100 это обсуждали, мы любим друг друга.

— Она моя жена, мам, — невозмутимо ответил Сергей. — и мы уже раз 100 это обсуждали, мы любим друг друга.
— Она моя жена, мам, — невозмутимо ответил Сергей. — и мы уже раз 100 это обсуждали, мы любим друг друга.

Каждая встреча Нины Инны Николаевны с супругой сына превращалась в настоящий спектакль. Её негодование не знало границ: еда — отвратительная, дом — в беспорядке, а сама Настя — ни внешности, ни вкуса. Все в ней вызывало у свекрови полную неприязнь и даже злость: от скромных и не модных нарядов, словно из старой лавки, до её манеры вести себя.

Сергей не раз пытался объяснить матери, что её колкости и обвинения ранят не только Настю, но и его, как мужа, как мужчину и главу семьи. Однако Инна Николаевна будто и слушать не желала.

— Я добьюсь, чтобы у моего сына была настоящая, достойная супруга! А не эта необразованная деревенщина! — выкрикивала она, кипя от ярости.

Сергей, привыкший избегать конфликты, всегда старался уладить все мирно. И сейчас он снова пытался успокоить мать.

— Мам, пожалуйста, пойми. Это моя жизнь. Настя — мой выбор, и я люблю её. Если что, я уже совсем не молод, мне 30. Сколько лет я по твоему еще должен искать "ту самую". Тем более, что в моем понимании ту самую любовь я уже нашел.

— Ну и глупости, мужчина и а 60 может стать отцом. А что любовь? Что ты можешь знать о любви?! — перебила его Нина Ивановна, срываясь на крик. — Ты ничего не понимаешь в семейной жизни! Прежде чем жениться, ты должен был представить её мне! Так принято! Нас с твоим отцом поженили наши родители, потому что они знали, какая жена нужна их сыну! — её голос дрожал от гнева. — А ты привел в дом эту... никчемную, без рода и племени, да ещё и без приданного! Я ведь столько сил вложила в твое воспитание! Если бы твой отец был жив, он бы тебе показал, как нужно выбирать жену!

Сергей тяжело вздохнул. Ему вспомнились те детские годы, когда за любую провинность он неизменно оказывался в углу или получал наказание. Тогда же и мать не раз страдала от сурового нрава отца.

Несмотря на всё это, Сергей вырос терпеливым человеком. С самого детства он твердо решил, что в его семье всё будет иначе. Он не держал зла на родителей, уважал их, но считал, что современная семья должна строиться на других принципах.

Мать всегда внушала ему мысль, что идеальной женой для него станет девушка со статусом, из обеспеченной семьи, амбициозная и способная сама добиваться успеха, но при этом и поддерживать во всем мужа.

Она всё время вмешивалась в его личную жизнь, подсказывая, кого именно ему стоит выбрать: амбициозных, расчетливых и готовых к восхождению по социальной лестнице.

Сергей же мечтал о другом. Он искал искренности, тепла, взаимного чувства. Ему была нужна семья, построенная на любви и поддержке, а не на холодном расчёте и стремлении к статусу. Сергей познакомился с Анастасией, когда пошел на курсы повышения квалификации от своей работы. Их отношения долгое время оставались тайной. Настя была девушкой из небольшого поселка, где ее единственным родственником был старший брат. Она как раз таки на этих курсах преподавала финансовую аналитику для государственных предприятий.

Она как раз таки на этих курсах преподавала финансовую аналитику для государственных предприятий.
Она как раз таки на этих курсах преподавала финансовую аналитику для государственных предприятий.

Ее искренность, душевная простота и отсутствие меркантильных интересов пленили Сергея. Настя не была испорчена роскошной жизнью и смотрела на мир иначе, чем большинство девушек в его окружении.

Однако не всем их роман казался удачным. Мать Сергея, Инна Николаевна, была категорически против этой связи. Ее недовольство нарастало, как снежный ком.

— Ты снова не хочешь меня услышать! — гневно заявила она. — Я сделаю все, чтобы ты не связывал свою жизнь с этой никчемной сироткой!

Сергей попытался остановить поток обвинений. Его терпение лопнуло.

— Хватит, мама. Отстань, пожалуйста, — твердо сказал он, указав ей на дверь.

Инна Николаевна не стала спорить. Несмотря на всю свою строгость, она старалась на резкость сына отвечать умеренно. Как только он вырос, ей стало важно, чтобы он ощущал свою властность по отношению ко всему миру. В детстве, конечно, все было иначе.

— Я даю тебе неделю подумать и принять важное решение. Уверена, ты как настоящий мужчина, сделаешь все правильно. У вас есть неделя, чтобы расстаться. Я все сказала! — сказала мать, выходя и захлопывая за собой дверь.

Слова матери ударили Сергея сильнее, чем он мог ожидать. Войдя в комнату, он застал Настю за сбором вещей.

— Настя, что ты делаешь? — в голосе Сергея звучали удивление и тревога.

— Я уезжаю, Сергей. Твоя мать никогда не примет меня. Я больше не могу это выносить, — ответила она безжизненным тоном. — Я безумно люблю тебя, этот год, что мы вместе...я никогда его не забуду. Ты лучшее, что со мной было, а потому я вынуждена тебя оставить, чтобы ты был счастлив.

— Я уезжаю, Сергей. Твоя мать никогда не примет меня. Я больше не могу это выносить
— Я уезжаю, Сергей. Твоя мать никогда не примет меня. Я больше не могу это выносить

Сергей пытался уговорить жену, но она не уступила. Настя закрыла дверь перед ним и со слезами покинула квартиру. Оставшись ни с чем, муж отправился спать на диван, надеясь, что утро принесет облегчение.

Но на следующее утро все оказалось иначе. Сергей проснулся от будильника — не от привычного нежного поцелуя и аромата завтрака, как это было обычно.

— Настя? — позвал он. Ответа не последовало.

В кухне царил беспорядок, грязная посуда оставалась на месте, а Настя исчезла.

— Ничего страшного, — попытался успокоить себя Сергей. — После работы заеду за ней, куплю цветы, устроим романтический вечер. С матерью разберусь позже.

Он быстро собрался и отправился на работу, оставив кухню в хаосе. Все утро Сергей пытался дозвониться до Насти, но она не отвечала.

Не выдержав, он ушел с работы раньше времени и направился к месту ее работы.

— Она была здесь до обеда, потом уехала. В отпуск, вроде бы, — сообщил охранник.

Сергей стоял растерянный, с букетом роз в руках. Он даже не был уверен, какие цветы предпочитает его жена, поэтому выбрал универсальный вариант. Розы.

Все его сообщения и звонки оставались без ответа. Настя словно растворилась.

Вернувшись домой, Сергей начал осматривать квартиру, надеясь найти хоть какую-то зацепку. Когда Настя уехала, квартира погрузилась в мрак, словно утратила душу. Воздух стал тяжёлым, а тишина — угнетающей. Беспорядок вокруг только усиливал ощущение пустоты.

Достав телефон, Сергей набрал номер начальника и, стараясь говорить спокойно, произнёс:

— Простите, у меня возникли семейные проблемы. Мне нужно уехать немедленно.

Закончив разговор, он скинул галстук, закатал рукава и принялся за уборку. Мытьё посуды, приведение квартиры в порядок — всё это помогло ему сосредоточиться. Переключив внимание на дела, он немного успокоился. Переодевшись, Сергей решил, что пора действовать и отправился на поиски жены.

Первым делом он пошёл к матери, Инне Николаевне. Однако разговор оказался напряжённым.

— Если она ушла, значит, не любит, — произнесла она с плохо скрытым удовлетворением.

Сергей стоял перед ней, чувствуя, как внутри кипит гнев, но вдруг всё это сменилось странным спокойствием. Потому что он понимал для самого себя, что вчера во время ужина мать уничтожила все самое хорошее, что было в жизни Сергея.

— Спасибо за всё, мама, — тихо сказал он, вручая ей букет роз, которые изначально предназначались Насте. — Прощай. Постарайся забыть и простить нас. Я знаешь, что понял? Что ты меня не любишь, ибо любящая мать не стала бы решить жизнь сыну и ругать сноху почем зря!

— Как это, прощай?! Серёжа, стой! — закричала мать, но он уже уходил. Взбешённая, она выбросила цветы и решила, что никогда не простит сына за этот поступок.

Сергей не мог сомкнуть глаз всю ночь. Он чувствовал, что не остановится, пока не найдёт Настю. Утром он сел в машину и направился в деревню, где, как он предполагал, мог быть её брат. Единственной подсказкой был адрес деревни.

Целых три часа Сергей колесил по местности, останавливаясь у каждого встречного и расспрашивая о доме, который мог принадлежать Алексею. Наконец он увидел мужчину с топором в руках, который рубил дрова.

— Простите, вы Алексей? — осторожно спросил он.

— Алексей, — ответил тот, не скрывая недовольства.
— Алексей, — ответил тот, не скрывая недовольства.

— Алексей, — ответил тот, не скрывая недовольства.

Сергей собрался с силами.

— Я — Сергей. Муж вашей сестры.

— Убирайся отсюда, пока цел, Серёженька! — грубо бросил Алексей.

— Я не уйду, пока не увижу свою жену, — твёрдо сказал Сергей.

Алексей, явно раздражённый, начал угрожающе махать топором. Но в этот момент из дома вышла Настя. Она замерла, увидев мужа.

— Лёша, остановись! — крикнула она брату. Тот махнул рукой и ушёл, бросив:

— Разбирайся сама, сестренка.

Настя подошла ближе, а Сергей, протягивая ей букет полевых цветов, тихо сказал:

— Простишь меня? Я до сих пор не знаю, какие твои любимые цветы...

Она осторожно взяла букет, улыбнувшись.

— Вот эти и есть самые любимые.

После небольшой паузы она добавила:

— Кстати, твоя мать звонила.

Сергей напрягся.

— Что она сказала?

— Она решила разорвать с тобой все связи и сказала, что если я всё ещё заинтересована в её сыне, то могу забрать его себе.

Сергей усмехнулся, заглядывая ей в глаза.

— А я тебе интересен?

Настя лишь улыбнулась в ответ, и в её взгляде читался ответ, который не нуждался в словах. — Даже не знаю, — с легкой насмешкой произнесла Анастасия, позволив улыбке озарить ее лицо. Затем она мягко переплела свою руку с рукой того, кто теперь был лишь ее.