Вечная память всем героям, не зависимо от страны и национальности, стоящим за правое дело!
Песня
Написана была вскоре после открытия «Второго фронта» в 1943 году ,поэтом Харолдом Адамсоном и композитором Джимми МакХью.
Песня была очень популярна у американцев, фраза on a wing and a prayer быстро превратилась в поговорку.
Президент Трумэн даже процитировал ее строки в одной из своих речей, посвященных окончанию боевых действий.
«БОМБАРДИРОВЩИКИ»
— песня американских летчиков Второй Мировой Войны.
"Comin' In On A Wing And A Prayer"
(буквально - "Летим на крыле и молитве")
«Мы летим, ковыляя во мгле,
Мы ползем на последнем крыле.
Бак пробит, хвост горит и машина летит
На молитве и на одном крыле...»
В английском оригинале поется «on a wing and a prayer» (на одном крыле и на молитве), в русском же переводе «молитва» была заменена «честным словом».
Первой исполнительницей была Вера Линн, к которой вскоре добавился и знаменитый Фрэнк Синатра,в июне 1943 года песню записал оркестр Глена Миллера в Лондоне с юной 15-летней солисткой радио ВВС Анной Шелтон.
Есть две версии реальной истории (побудившие к созданию )этой песни.
Вот одна из них.
1 февраля 1943 года в небе над Тунисом произошло столкновение между американским бомбардировщиком B-17 "Flying Fortress" под названием "All American" и немецким истребителем Messerschmitt Bf-109. Истребитель противника управляемый, вероятно, раненным пилотом протаранил заднюю часть B-17, пилотируемого лейтенантом Кендриком Р. Брэггом, из 414–й эскадрильи .
От удара немецкий истребитель развалился, но оставил куски своей обшивки в B-17.
Левый горизонтальный стабилизатор и руль высоты "Крепости" были полностью оторваны, два правых двигателя вышли из строя и встали, в левом двигателе появилась серьезная утечка масла. Вертикальный руль был поврежден, фюзеляж пробит насквозь и держался на чудом уцелевших кусках конструкции.
Радио, электрические и кислородные системы также были повреждены. Хвостовой стрелок оказался заблокирован в своей кабине, потому что был разрушен соединительный переход с хвостовой частью самолета.
Бортовые и хвостовой стрелки использовали части немецкого истребителя и стропы от парашютов в попытке хоть как-то связать хвост с фюзеляжем. Пока экипаж пытался соединить разваливающийся бомбардировщик, пилот продолжал полет и сбросил бомбы над целью.
Когда люки бомбового отсека открылись, ветер ворвался в самолет с такой силой, что один из стрелков был отброшен в разлом фюзеляжа. Потребовалось несколько минут и усилия четырех членов экипажа, чтобы с помощью строп парашютов перетащить его обратно в переднюю часть самолета.
Когда попытались сделать то же самое с хвостовым стрелком, хвост начал сильно вибрировать - вес стрелка придавал некоторую стабильность в хвостовой части, так что ему пришлось вернуться на свою позицию.
Чтобы хвост не отвалился окончательно, разворот назад к базе был очень медленным, самолет пролетел почти 70 миль. Бомбардировщик был так сильно поврежден, что терял высоту и скорость, и вскоре остался один в небе.
Вскоре еще два истребителя Ме-109 атаковали злосчастный "All American". Несмотря на значительный ущерб, пулеметчики смогли отбить это нападение и вскоре немцы ретировались.
Два бортовых стрелка стреляли через отверстие в верхней части фюзеляжа, а хвостовой стрелок был вынужден стрелять короткими очередями, потому что от отдачи самолет начинало разворачивать.
Союзные истребители P-51 "Mustang" встретили "All American" над морем и передали по радио на базу, что B-17 "машет плоскостями, как рыба хвостом" и что самолет с такими повреждениями не сможет совершить посадку, поэтому ему необходимо садиться на воду. "Мустанги" сопровождения остались с B-17 (с одного из них, кстати, было сделано первое фото), в отсутствии связи им пришлось передавать ему знаки руками.
Лейтенант Брэгг также знаками дал понять, что все парашюты, включая запасные, были использованы на укрепление фюзеляжа и пять членов экипажа не смогут покинуть самолет, поэтому он принял решение держаться в воздухе и будет сажать машину на базе.
Спустя два с половиной часа самолет совершил вынужденную посадку на ближайшем английском аэродроме, не долетев до своей базы всего 40 километров. Никто на земле не мог поверить, что самолет вообще мог лететь в таком состоянии. Удивительно, но, как оказалось, ни один из членов экипажа даже не был ранен.
Как только летчики покинул "All American" через люки в фюзеляже, а хвостовой стрелок спустился вниз по лестнице, вся задняя часть самолета рухнула на землю. Крепкая старая птица сделала свое дело.
Русскоязычное исполнение
Песни «Бомбардировщики».
В победной атмосфере 1945 года она была очень популярна у нас, да и сейчас еще многие помнят неповторимые интонации Леонида Осиповича Утесова: «Их объекты разбомбили мы дотла!..» Запись не слишком хорошая, но понять, что исполнение великолепное, вполне можно. Всюду написано, что джазовую аранжировку осуществил молодой тогда Аркадий Островский, а подпевает Утесову его дочь, Эдит.
Текст песни: Мы летим ковыляя во мгле.
Был озабочен очень воздушный наш народ —
К нам не вернулся ночью с бомбёжки самолёт.
Радисты скребли в эфире, волну ловя едва,
И вот без пяти четыре услышали слова:
«Мы летим, ковыляя во мгле,
Мы ползём на последнем крыле,
Бак пробит, хвост горит, но машина летит
На честном слове и на одном крыле.
Ну, дела! Ночь была!
Их объекты разбомбили мы дотла!
Мы ушли, ковыляя во мгле,
Мы к родной подлетаем земле.
Вся команда цела, и машина пришла —
На честном слове и на одном крыле...
(2025год) Смоделированное исполнение.
Мира вашему дому.