В преддверии восьмидесятилетия Великой Победы советского народа над фашизмом
в моем сознании встают лица не только героев-фронтовиков и фронтовичек, земляков,
павших в кровопролитных и страшных боях за нашу Родину, но и тех людей, чье детство было попрано войной. Дети войны как могли приближали Победу в меру своих слабых сил. Они хлебнули горя полной чашей, может быть, слишком большой для маленького человека, ведь начало войны совпало для них с началом жизни…
Мне посчастливилось беседовать со многими из них, слушать и записывать их воспоминания, лицезреть плоды их большого самоотверженного труда. Эти плоды до сих пор служат всем нам, представителям новых поколений, хотя мы, к своему стыду, часто того не знаем или не замечаем. А надо бы знать – на самом деле мы многое умеем и далеко глядим не потому, что это мы такие сильные и инновационные, а потому, что подобны карликам, сидящим на плечах гигантов. И горе, великое горе тому карлику, что в водовороте сладкой жизни забудет о своих личных гигантах, взявших его на рамена!
Среди детей войны, конечно, немало женщин. У всех весьма непростая судьба, яркая, наполненная творческим трудом жизнь и преданное своей семье и любимому делу сердце. Первая из таких женщин, хранимых моей памятью, – замечательный человек, верная дочь Горного Алтая, поднимавшая физико-математический факультет ГАГПИ и на своих плечах пронесшая его честь и славу, старейший ветеран физмата Ия Юрьевна Шетеля. Эта статья – моя акция сопричастности. Хочется протянуть ниточку от каждого бьющегося сейчас юного сердца к сердцу наученному, пережившему главную катастрофу XX века, к человеку не сдавшемуся, выдюжившему, человеку-созидателю и строителю светлого будущего, видевшему сквозь призму восприятия мира ребенка – невинного, трогательного, наивного и так рано возмужавшего – самые страшные страницы истории, которая была, кажется, недавно, а может, уже и давно… Эта ниточка привяжет. И, может быть, удержит. Чтобы не оборвался мир. Такой, оказывается, хрупкий…
Ия Юрьевна родилась 30 апреля 1937 года в Мариинске Кемеровской области. Через месяц семья переехала в Ойрот-Туру (ныне Горно-Алтайск). В 1944-м поступила в первый класс школы №12, где училась до седьмого класса. В 1947-м была принята в пионеры, в 1951-м – в комсомол. Завершила обучение в городской школе №6.
В 1954 году поступила в Горно-Алтайский государственный педагогический институт на физико-математический факультет, который окончила в 1960-м, и сразу была направлена учителем математики и физики в среднюю школу села Ело Онгудайского района. В том же году по месту жительства вышла замуж. Муж, Иван Дмитриевич Шетеля, был родом из крестьянской семьи, трудился шофером на станции скорой помощи.
С 1962 по 1965 год Ия Юрьевна работала учителем физики в средней школе №6, пока летом 1965-го семья Шетеля не переехала на родину Ивана Дмитриевича Украину в село Юрковка Ореховского района Запорожской области. Там молодой педагог на протяжении учебного года трудилась учителем физики в школе советской молодежи. В 1966-м семья вернулась в Горно-Алтайск. Ия Юрьевна продолжила работать в школе №6, однако преподавала уже не только физику, но и математику. В 1969-м по приглашению В.С. Полянского она поступила старшим преподавателем на кафедру математики ГАГПИ. С сентября 1976 года на общественных началах трудилась заместителем декана физико-математического факультета, а с января 1977-го была назначена штатным заместителем декана. В нашем вузе Ия Юрьевна проработала до 1997-го с небольшим перерывом в 1974 – 1975 учебном году, когда преподавала математику и физику в Горно-Алтайском медицинском училище.
На физико-математическом факультете Ия Юрьевна читала лекции и проводила практические занятия по методике преподавания и истории математики, решению математических задач, геометрии, руководила педагогической практикой студентов, подготовкой курсовых и дипломных работ. Она зарекомендовала себя как знающий специалист, высококвалифицированный педагог, занятиям которого свойственен высокий идейно-теоретический и научно-методический уровень. Как преподавателя и заместителя декана И.Ю. Шетеля всегда отличала человечность, внимательность, принципиальность, требовательность к себе и подчиненным. Много сил и энергии она отдавала воспитательной работе и пользовалась заслуженным авторитетом среди студентов и преподавателей института.
Ия Юрьевна добросовестно относилась к любому порученному делу, неоднократно избиралась в местный комитет института, профбюро факультета. Она принимала активное участие в мероприятиях областного института усовершенствования учителей и отдела народного образования, вела большую работу по оказанию практической помощи учителям математики школ города и области. Неоднократно выезжала в районы Алтайского края для проведения экзаменов по внеконкурсному набору, постоянно участвовала в агитационной работе по новому набору. Во время командировок оказывала методическую помощь выпускникам факультета.
И.Ю. Шетеля награждена нагрудными знаками «Отличник народного просвещения РСФСР», «Почетный работник высшего профессионального образования России» и медалью «Ветеран труда».
Трудовые будни Ия Юрьевна всегда совмещала с ролями матери, бабушки, прабабушки – вырастила и достойно воспитала троих детей, пятерых внуков, помогает растить троих правнуков. В обучении и воспитании подрастающего поколения она видит смысл своей жизни. Находясь на заслуженном отдыхе, до сих пор остается верной своему педагогическому призванию: консультирует учеников и студентов по школьной и высшей математике, щедро делится богатым опытом с коллегами.
В январе 2025 года мне удалось побывать у Ии Юрьевны в гостях и записать ее воспоминания о детстве и юности. Их нельзя было слушать без слез… С каждым открывавшимся для меня новым обстоятельством жизни этой доброй, искренней, щедрой и отзывчивой женщины я все более и более понимал, где она, возрождая физмат, черпала силы для того, чтобы так неистово любить жизнь. Слушая рассказы Ии Юрьевны о ее жизненном пути, я понимал, что светлые люди такими не рождаются, они сами создают себя. Трудности терзали их, но они не ожесточились, не озлобились. Испытывали боль, но поклялись не передавать ее другим. Светлые люди – те, кто прошли сквозь огонь и медные трубы и решили, что с любовью, надеждой, стойкостью и состраданием жить намного лучше. Прочтите же, дорогие земляки, дабы укрепиться в этих добрых чувствах.
«Послевоенные годы…. Самое главное, они были спокойными, уже мало слышалось истошных криков женщин, но все-таки они были – еще шли похоронки из госпиталей. А мы, детвора Полетаевой улицы, собирались кучкой и мечтали: вернутся мужики, чьи-то отцы, старшие братья, и не надо будет таскать дрова из Улалушки, копать землю под картошку, будет наконец настоящий хлеб!
В школе больше не стояли у окон, опустив головы, те, в чьей семье очередная похоронка. Кажется, даже учителя стали добродушнее: меньше слышалось окриков во время перемен. В школе №12 была семейная пара Певзнеров: он – математик, она – историк. На их уроках не было шума: на истории все сидели с открытыми ртами, учительница рассказывала то, чего нельзя было найти в учебнике, на математике разбирали примеры из жизни, когда проблему можно было разрешить только с помощью математики.
Вернулись фронтовики, и зашумел город стройками, застучали топоры, начали появляться новые улицы. Так и в нашей семье появился дом. Переехали мы на улицу Продольную, рядом со школой №6. Разница чувствовалась во всем! Школа №12 – элитная: дети работников обкома КПСС, облисполкома, горкома, горисполкома, обл-
прокуратуры – и соответствующий подбор учителей. Школа №6 – дети рабочих, техничек, шоферов и т.д. Среди учителей много мужчин-фронтовиков. Г.Д. Сальников – математик, В.И. Параев – физик, К.И. Гребенников – трудовик, Н.А. Пупышев – физрук, любимец учеников и учителей, С.У. Пагур – химик, он не был на фронте по возрасту, ему в годы войны уже было за шестьдесят. Директора И.Я. Красновского сменил П.Л. Казанцев – фронтовик, историк. С такими учителями учиться плохо было просто стыдно! К сожалению, только год поработала в школе литератор Л.В. Кукушкина, тоже фронтовичка. Уникальный учитель: Пушкина, наверное, всего знала наизусть, Лермонтова – все поэмы, неслыханные до этого баллады. При таком коллективе учителей голова шла кругом – все предметы нравились. Но в 9-м классе пришел Д.И. Солодков – и математика затмила все!
Выбор был сделан: математика, черчение, рисование. Мечтала стать архитектором, но по сложившимся обстоятельствам в 1954 году стала студенткой физмата Горно-Алтайского пединститута.
Как всегда, на физмате был недобор. Пополнился факультет теми, кто не прошел по конкурсу в другие вузы – технические, медицинские, гуманитарные. В октябре 1954 года в Барнауле открылся мединститут, и наш факультет обеднел: две трети из пришлых уехали. Сплочение оставшихся происходило на сельхозработах. Студенты первого – третьего курсов физмата работали в Усть-Коксинском районе. Первого сентября колонна машин стояла у корпуса (того самого, где физмат находится сейчас). Все факультеты в основном уезжали в горы на сенозаготовку, а в Усть-Коксу – еще и на хлебоуборку. Группа наша состояла главным образом из простых ребят. Куратор Я.Е. Амстиславский – как-то в стороне, жил преимущественно в райцентре, раза три появлялся. А с нами были три старшекурсника – Гена Добрынин, Володя Тоймешев, Вася Шабураков и лаборант Володя Хазов. Они вкалывали вместе с нами. Вспоминать условия не особо хочется: баня – раз в месяц, жили в избушке три на три с половиной метра, спали вповалку на нарах все: нас 27 – 28 человек, старшие ребята и два или три тракториста. Переворачивались с боку на бок по команде и т.д. Правда, кормили неплохо, поварили по три человека (две девушки и один парень) по очереди. Но жили весело! В отличие от современной молодежи – скромно, с большим уважением друг к другу, с точки зрения пола, религии, нации, материального положения – все равны.
Отбыли мы 1 сентября, наша группа прибыла обратно 1 октября, другие на день раньше или позже. Учились как все студенты: были и «ботаники», и шпаргальщики-«умники». Что касается меня – не была ни тем ни другим: училась как получится, только бы не завалить экзамен (было стыдно перед учителями, родителями).
Второй курс начался с повторения прошлого: куратор тот же, ребята старшие – те же, только Володя Хазов не поехал, Усть-Кокса – село другое. Отличие в том, что возвращались два дня – 16 и 17 октября. Ночевали в Шебалино, спали в Доме культуры, сняли тент с машины, сшитый из общежитских одеял, постелили его на пол. Утром вышли, а в машине полкузова снега. В результате из двух групп шестеро туберкулезников: один умер, двое бросили учиться, остальные ушли в академический отпуск. Так я отстала на два года от своих сверстников (поступившие в 1954-м были последними, кто учился четыре года) и провела еще год в академотпуске. После этого я попала в группу вместе с Виталием Полянским – он перевелся из Бийска к жене Любови Константиновне Петросовой. Вместе с нами учился и В.Н. Ретюнский. Налегла на учебу. Группа была сумасшедшая: куратора мы не видели и не знали до пятого курса, нашими кураторами были комсомол и профсоюз. Как-то все делалось сообща – собирались все вместе и решали, делали без нажима, со смехом, с песнями.
Во время сессии, чтобы попасть в первую пятерку, очередь занимали в шесть утра, и первыми всегда были Полянские. Новый фильм – собирали всей группой на билеты Вале Мордвиновой и Любе Полянской – первая с уникальной памятью, у второй отличный слух. На другой день вся группа пела песни из нового фильма! Витя Ретюнский не получал стипендии, так вся группа его кормила: со стипендии – материальная помощь, с городских – овощи и что-нибудь еще. Как-то решили – поедем на Манжерокское озеро, скинулись, Виталий Полянский нашел машину.
После окончания учебы в 1960 году все разъехались кто куда, в основном по распределению. Я работала первые четыре года учителем физики, потом год преподавала математику и физику и еще четыре года – только математику.
В 1969-м случайно встретилась с В.С. Полянским, и по его инициативе оказалась на родном физмате в качестве старшего преподавателя кафедры математики и физики, где и проработала вплоть до ухода на заслуженный отдых. Это для меня действительно родной факультет, так как треть преподавателей были сокурсниками: И.П. Мингалев, В.С. и Л.К. Полянские, С.И. Красновский и чуть позднее – В.Н. Ретюнский. Работать было легко, так как знала, что рядом друзья, которые всегда помогут. Это был факультет, куда просились работать с других кафедр (педагоги, психологи, иностранцы и т.д.). Никто там никого не осуждал, не строили козни, ко всем относились доброжелательно и с уважением. Студенты наши были лучшими по многим показателям, жили одной семьей с соблюдением субординации.
А сколько радости было, когда наши питомцы защитили кандидатские диссертации и вернулись в родные стены! Вместе с ними и мы, простые преподаватели, почувствовали себя на соответствующем уровне. Не было снобизма, никто никогда не ставил себя выше других, такие у нас не задерживались. Мы всегда были вместе: вокальная группа – со студентами. Сценки, интермедии… Преподаватели и студенты могли вместе станцевать танец маленьких лебедей. Однако это не мешало хорошей дисциплине: студенты знали, что в случае чего их по головке не погладят, несмотря на недобор. Отчисляли не только за неуды, но и за серьезные провинности. Под стать преподавательскому составу был и коллектив лаборантов, в основном наши выпускники, дело свое они знали хорошо и всегда на практике могли заменить и нас, и друг друга. Они были неотъемлемой частью нашего коллектива, нашей большой и дружной семьи.
Начинал работу факультет с одним кандидатом наук, доцентом В.С. Полянским. Постепенно появлялись собственные: Л.И. Бортник, Л.К. Полянская, В.Ф. Пуркина, Б.В. Пахаев, М.Е. Деев и многие другие, уже наши питомцы. Факультет рос, твердо вставал на ноги. Жалко было расставаться, но жизнь ставила свои условия.
Долгой, плодотворной, интересной, насыщенной жизни тебе, родной физмат!»
1 из 3
Е.В. Кайгородов,
кандидат физико-математических наук,
доцент Горно-Алтайского государственного университета