Юнис Теймурханлы — отельер, владелец отеля «Гельвеция» в Санкт-Петербурге, заслуженный работник услуг и торговли, эксперт в сфере гостеприимства и публицист. В эфире программы «Активный предприниматель» он поделился, как из студенческой авантюры в 90-е вырос успешный отель, почему личность владельца становится частью бренда и как эмоциональный сервис меняет индустрию гостеприимства.
Как вас занесло в предпринимательство, Юнис? Случайно или осознанно?
В 1991 году я был студентом в Санкт-Петербурге, и вместе с коллегой-швейцаркой мы начали принимать первых иностранных туристов. Это было время после распада СССР, когда Россия только открылась миру. Иностранцы приезжали с чемоданами туалетной бумаги и бутилированной воды, думая, что у нас ничего нет. Отелей почти не существовало — в Питере было всего 5-6 приличных гостиниц, и все с табличками «мест нет». Мы придумали креативный ход: селить гостей в семьях, живущих вдоль Невского проспекта.
За $15 в сутки семьи получали огромные деньги, а иностранцы — уникальный опыт: ели блины, пили чай, общались с хозяевами. Автобус забирал туристов утром, а вечером привозил обратно, и каждый делился эмоциями: «Моя семья пела песни, а у меня внучка танцевала». Это был настоящий культурный мост, создавший связи, которые длились годами. Так начался мой путь — случайно, на чистом энтузиазме, с верой в идею, которая родилась из необходимости и желания показать Россию с человеческой стороны.
Как из этого вырос отель?
В 1993 году мы арендовали квартиру на улице Марата, 11, под офис нашего турбюро.
Это был старый многоквартирный дом с двором-колодцем, состоящий из трех исторических зданий — теперь там «Гельвеция».
Квартира поразила: 110 кв.м, холл, кухня 25 кв.м — для советского человека это было как дворец. Мы сделали там студенческий офис: жили, работали, принимали иностранцев, наняли женщину, которая готовила еду, потому что кафе тогда не было. Но вскоре хозяйка объявила, что продает квартиру из-за развода детей. Мы не могли ее потерять: собрали все сбережения ($15 тыс.), нашли агента и купили две однокомнатные квартиры для ее детей, став собственниками. Тогда квартиры стоили $7 тыс., и это были хорошие кооперативные дома.
Улица Марата, 11, 1920-1930 годы
Жильцы дома — 65 собственников, 36 квартир, много коммуналок — начали предлагать свои квартиры. Мы не видели в этом бизнес: денег нет, офис есть, зачем? Но через три года сосед, живший в этом доме, умолял купить у него квартиру. Мы рискнули: накопленные на выставки деньги вложили в покупку, отремонтировали и стали сдавать посуточно. Спрос был невероятный: белые ночи, консульства, иностранные компании рядом. За $100-120 в сутки квартиры окупались за 1,5-2 года. Телефоны разрывались. Это был 1996 год, и мы поняли, что это рабочий бизнес.
Дальше пошло как снежный ком. Жильцы шли один за другим, но денег не хватало. Банков и кредитов не существовало, поэтому мы брали займы у друзей, знакомых, первых бизнесменов — фарцовщиков, партийной номенклатуры. Это был финансовый сетевой маркетинг: брали под проценты, платили честно. Маржа была огромной: вложил $30 тыс., получаешь $2-2,5 тыс. в месяц. Мы выкупали квартиры, ремонтировали, сдавали. К 2008 году расселили почти весь дом — 36 квартир, 65 собственников. Последний ушел в 2021 году, через 27 лет! Он запросил огромную сумму, и мы сделали из его квартиры «музей» в отеле, но в итоге он продал за умеренные деньги. В 2008 году я был в долгах на $10 млн, но не боялся: недвижимость росла, а аренда приносила доход. Однако сдавать трехкомнатные квартиры парам стало неэффективно — гости просили компактные номера. Так родилась идея «Гельвеции»: три реновации, оптимизация метров, переход к классическому отелю с историческим шармом.
Что вдохновило на создание несетевого отеля?
В 2008 году я оказался в швейцарском отеле Baur au Lac на Цюрихском озере.
Задал портье вопрос: «Какая сеть управляет отелем?» Он показал портрет владельца, господина Бауэра, и рассказал, что отелю 200 лет, им управляет седьмое поколение семьи. «Сети — это масс-маркет, а мы — жемчужина Швейцарии», — сказал он. Стены были увешаны автографами Черчилля, Элтона Джона, Битлз. Это перевернуло мое мышление. Я вернулся в Петербург и решил: «Гельвеция» будет семейным отелем с душой. Мы начали встречаться с гостями, устраивать ужины, общаться. Первый ужин с медийным журналистом стал откровением: он сказал, что место «имеет душу». Гости почувствовали разницу между безликой сетью и отелем, где владелец — живой человек, а не логотип. Это стало нашей философией: создавать эмоции, а не просто номера.
Как личность владельца влияет на бренд?
Гостиничный бизнес сегодня — это про эмоции, а не логику. Гости выбирают впечатления, а не просто кровать. Когда владелец выходит к гостям, рассказывает историю отеля, знает их имена и предпочтения, это создает связь. Я хожу по «Гельвеции», могу поднести чашку или поболтать с гостем, но не для показухи — это часть атмосферы. Например, наш ресторан «Мариус» стал легендой в Питере, потому что мы вкладываемся в детали: от вкуса блюд до улыбки официанта. Гости видят, что это не просто бизнес, а дело жизни. Я учу команду: «Платит гость, а не я. Я лишь перераспределяю». Это меняет отношение: сотрудники работают для клиента, а я — часть команды, а не «хозяин на троне». Моя личность — это история отеля, его энергия, и гости это чувствуют, возвращаясь снова и снова.
Отель Гельвеция - наши дни
Как пережили пандемию?
Пандемия была проверкой на прочность. Туристов не стало, но мы не закрылись. Переориентировались на местных: устраивали ужины, камерные мероприятия, активно вели соцсети. Мои колонки и книги — байки отельера — сыграли роль: люди читали истории про «Гельвецию» и приезжали, чтобы ощутить эту атмосферу.
Специальные акции ресторана Marius в отеле «Гельвеция» для привлечения внимания гостей
Сторителлинг заменил прямую рекламу. Мы работали с эмоциями: показывали, что отель жив, несмотря на кризис. Команда стала ключом: у нас низкая текучка, топ-менеджмент работает годами. Это наш главный актив после здания. Гибкость, вера в дело и поддержка команды помогли выстоять. Мы не просто пережили пандемию, а укрепили связь с гостями, показав, что «Гельвеция» — это больше, чем просто отель.
Дружеские ужины с Юнисом во дворе отеля «Гельвеция» в ресторане Marius
Как вы справляетесь с выгоранием?
Выгорания нет, так как «Гельвеция» — мой лайфстайл, хобби и бизнес. Отель — мир, построенный с нуля, с политиками, звездами, интеллигенцией. Это дает энергию. Но усталость бывает: 100-150 человек в день выматывают. Хочется закрыть шторы, никого не видеть. Беру паузу, отдыхаю, перезагружаюсь. Энергию дают счастливые гости и команда. Улыбка клиента — как наркотик. Но есть цена: семье и друзьям уделяешь меньше. Дети растут, пропускаешь их детство. Дружба страдает — устаешь, и твои друзья — гости и команда. Это плата за дело, но я не жалею, живу любимым делом.
Слушатели спрашивают: где узнать больше о вашем опыте?
Ищите «Гельвеция» или мой профиль в соцсетях — там много сторителлинга. Читайте мой блог на «Сноб» — байки отельера с лайфхаками, идеальные для самолета или пляжа. Из них издательство «Эксмо» собрало четыре книги («Do not disturb», «Room service», «Upgrade», «Гельвеция»), выкупив права. Я не автор книг, а создатель историй, которые легли в основу. Приглашаю почитать — это веселое чтиво с пользой. Для отельеров — приезжайте на интенсив в «Гельвецию» через Hotel Business Academy. Делимся опытом: от финансов до сервиса. Это погружение в философию отеля с душой, чтобы в России было больше таких мест.
История Юниса Теймурханлы — это про то, как страсть к делу и вера в идею превращают заброшенный дом в жемчужину гостеприимства. «Гельвеция» — не просто отель, а комьюнити, где каждый гость чувствует себя особенным. Хотите больше таких историй и советов для бизнеса? Подписывайтесь на телеграм-канал «Активный предприниматель» и следите за нашими эфирами
Активный Предприниматель - проект Ильи Тимошина
Создаем связи и возможности для вашего роста!
🔥Уникальные события, премия и рейтинг, медиа, экспертные интервью и полезные подборки.
👉ТГ-канал https://t.me/BizActive
👉ВКонтакте https://vk.com/bizactive