В тенистом уголке волшебного леса, под старым трухлявым пнём, жил червячок по имени Мирон. И было у него одно странное свойство — куда бы он ни собирался, он всегда опаздывал.
На совет зверей? Приползал, когда все уже расходились.
На праздник росы? Успевал только на высохшие капли.
Даже на обед к муравьям приходил ровно в тот момент, когда крошки уже подметали.
— Может, у тебя часов нет? — спрашивал барсук Терентий..
— Или лапок мало? — добавлял, смеясь, ёжик Колючик..
Но Мирон лишь вздыхал: — Я же очень стараюсь...Чтобы разгадать загадку, звери стали наблюдать за Мироном. И вот что выяснилось:
По дороге на пикник червячок остановился помочь жуку перевернуться. Вместо того, чтобы спешить на собрание, он два часа слушал, как стучат капли березового сока из зарубки; а когда все бежали смотреть на радугу, он аккуратно обходил каждую букашку на тропинке, чтобы никого не раздавить.
— Да он же не опаздывает! — воскликнула сова Ульяна. — Он просто живёт медленнее.
Оказалось, Мирон видел и слышал то, чего другие не видели и не слышали, в спешке пробегая мимо: узоры на крыльях бабочки, тайные ходы росы, шорох корней; слышал тишину между каплями дождя — то самое мгновение, когда земля делает глоток.
И никогда не сворачивал в клубок, даже если все вокруг кричали «Быстрее!»
С тех пор в лесу появилась новая традиция: раз в неделю все звери решили не спешить. Сидели под грибом и смотрели, как стрекозы танцуют, или считали, за сколько шагов утка дойдёт до пруда.
А Мирона теперь приглашали первым — ведь если ждать его, можно успеть заметить столько всего интересного!
Как-то раз бельчонок Пуфик спросил: — Мирон, тебе не обидно, что ты всё пропускаешь?
Червячок задумался на целых три минуты, что для червяка очень долго, а потом ответил: — Если бежать за временем, можно потерять себя. А я... я несу время в себе.
И все поняли: он не опаздывал. Он просто жил в своём ритме — том самом, в котором живёт вся земля.
Настоящая пунктуальность — не в том, чтобы успевать, а в том, чтобы не пропустить жизнь мимо.