Я всегда знала, что мой дед — особенный человек. Исидор Козаев, поэт, который оставил большой след не только в осетинской литературе в целом, но и в сердцах многих людей, был для меня не только великим творцом, но и любимым дедом. Я не могу сказать, что мои воспоминания о нем полны ярких картинок и теплых чувств, поскольку мне было всего два года, когда его не стало.
Я всегда знала, что мой дед — особенный человек. Исидор Козаев, поэт, который оставил большой след не только в осетинской литературе в целом, но и в сердцах многих людей, был для меня не только великим творцом, но и любимым дедом. Я не могу сказать, что мои воспоминания о нем полны ярких картинок и теплых чувств, поскольку мне было всего два года, когда его не стало.
Однако, похоже, что человеческая память устроена так, что даже в таком юном возрасте некоторые моменты остаются где-то глубоко в сознании. Я иногда ясно представляю, как, проснувшись утром и топая своими маленькими ножками, бегу в комнату к дедушке, который ждет единственную внучку, которую ему довелось покачать на руках…
Исидор Козаев пришел в осетинскую литературу в 50-х годах XX века и стал ярким примером любви к родной земле. В каждом слове и каждой строке ощущается глубокая привязанность к Осетии и ее народу. Он гордился своим происхождением и верил, что истинная жизнь возможна только на родной земле. В одном из своих стихотворений он утверждает, что куда бы его жизнь ни забросила, он всегда возвращается обратно в Осетию.
Многие из его стихов наполнены трагическими предчувствиями, особенно те, что были написаны в последние годы жизни. Однако даже в них поэт не допускает мысли о том, что когда-либо окажется вдали от своей родины, где обязательно должен найти свое последнее пристанище.
Он писал о единстве человечества, любви – порой неутоленной, но всегда возвышенной: к женщине, родному краю и его удивительной природе.
Я не могу поделиться личными воспоминаниями о дедушке, но в мыслях представляю, как каждое утро он садился за письменный стол, окруженный стопками книг и листами бумаги, на которых его мысли превращались в стихи. Представляю, как перо скользит по бумаге, оставляя за собой черные буквы, которые вскоре оживут в строках.
Признаюсь, что едва ли могу на память рассказать и с десяток его стихов. И каждый раз, открывая книгу, я будто впервые с ними знакомлюсь. Это словно старый знакомый, с которым я не виделась долго, но при встрече все кажется привычным и родным. Его стихи всегда были частью моей жизни.
Особенно я ценю не только его поэтическое наследие, но и несколько писем, которые он отправлял своим близким во время командировок.
В каждом из этих писем мне отведено особое место: "обнимите Диану, она меня, наверное, уже и не помнит".
В этих письмах хранятся те чувства, которые, несмотря на прошедшее время, позволяют мне ощутить его любовь и заботу. Это тепло, которого так не хватает сейчас, словно проникает в мое сердце и наполняет его светом. Хотя я и не успела узнать своего деда, его творчество стало для меня мостом между прошлым и настоящим.
Я горжусь тем, что могу называть себя внучкой Исидора Козаева.
Исидор Козаев — это не просто имя для меня, это часть моей души и моего наследия.