В конце февраля стало известно, что у Листуновой разрыв ахиллова сухожилия.
– Начнем с очевидного – как ты получила травму?
– Делала акробатическую связку для вольных. И в момент толчка почувствовала щелчок, поняла, что что-то произошло и уже в полете осознавала, что на эту ногу я при приземлении не встану. Приземлилась через здоровую ногу, пронеся травмированную по воздуху, и поняла, что не могу встать, нога повисла, я не способна ей пошевелить.
– Сразу в больницу?
– Сначала привели в наш медицинский кабинет на базе. В это время доктор занимался тем, чтобы организовать машину в больницу, связывался с самой больницей, сообщал о том, что сейчас к ним приедет гимнастка. Мы приезжаем туда, меня встречает травматолог, осматривает, говорит, что у меня полный разрыв ахилла, и сообщает, что они меня берут и сразу же кладут на операцию. Обсудили, что операция будет с полным открытием зоны ахилла, не малоинвазивная. Буквально через два часа, в течение которых брали анализы и делали МРТ, меня забрали в операционную.
– В каком ты была состоянии?
– С момента получения травмы и до спинального наркоза, а также успокоительного, которое вкололи одновременно с ним, я была в полном шоке, плакала. В голове были только мысли том, что дальше, как пойдет восстановление, что вообще меня ждет. На операции уснула и проснулась, уже когда ее почти завершили. <...>
– Как проходит восстановление?
– Еще в больнице после операции расписали программу реабилитации и надели на ногу специальный сапог, изначально фиксация угла голеностопа была 110 градусов, потом 100, затем уже 90. Первое время, когда угол сделали 90 градусов, нога ныла, затем стало полегче. Через две недели после операции я вернулась на первый блок реабилитации, мы приступили к постепенной растяжке ноги, то есть я тянула ахилл с помощью резинок, другими различными способами, но еще не начинала ходить. Еще через две недели – второй блок реабилитации, приступили к ходьбе. Сама я ногу уже не тянула, это делали инструкторы.
Постепенно выравнивала ходьбу, потому что, естественно, изначально она была далека от симметрии. Тяжело было. Сейчас вроде бы привыкла, уже намного легче. Скоро на третью реабилитацию, где, как мне сказали врачи, мы должны будем приступать к возможным прыжкам и, может быть, к бегу на антигравитационной дорожке. За период между второй и третьей реабилитациями я сама должна добиться того, чтобы, стоя на одной, прооперированной ноге, я могла спокойно встать на носок, – сказала олимпийская чемпионка Токио-2020.
