- Ну вот куда ты в грязь полез?
- Там не грязь, там цветы!
Гриша с сожалением вернулся к маме. Жёлтые пушистые солнышки одуванчиков непреодолимо манили к себе. В закованном в асфальт городе Гриша редко видел их, в основном где-то посередине газона рядом с крышками канализационных люков, к которым подходить категорически запрещалось, а здесь, в деревне, они так и просили взять их в руки, прижать к лицу, испачкав нос в жёлтой пыльце. И никакая там не грязь, просто после вчерашнего дождя земля мокрая.
Вчера Гриша с родителями сюда приехали. Как только дедушка на пенсию вышел, сказал.
- Ни одного дня работать больше не буду. Жить хочется! Сколько нам осталось её, той жизни, неизвестно. Разве человек для того рождён, чтобы от рождения до смерти в упряжи обязательств бежать? Нет, сынок, мы с матерью своё отработали. Все долги государству отдали. Теперь в родительский дом, в деревню переезжаем. Будем кулаками, как раньше говорили, хозяйство держать, да сами себя кормить, а, может быть, и вас тоже.
Это он так говорил Гришиному папе. Тот слушал, кивал.
- Как хочешь, бать. Дело ваше. Если надоел город, поезжайте. Мы с Соней поможем, чем можем. С домом там, или деньгами.
- А не надо помогать, Артём. Мы теперь люди свободные, графиком рабочим не связанные. Будем возиться потихоньку, как управимся, так и управимся.
И вот за два года дедушка с бабушкой и дом поправили, и хозяйством обзавелись. Дедушка в удовольствие, как он говорил, сам всё делал.
- Руки помнят, Тёма! - Хвастался он Гришиному папе, показывая резные столбики крыльца. Меня ещё мой дед учил с инструментом управляться. Гляди-ка, получается.
Начали с десятка курочек, да стольких же уток, и козы Хюррем. Это Гриша знает, бабушка кино такое смотрела про султанов. Потому козу так назвали. А по-простому если, то Ремка. У неё уже один раз козлята были. Смешные. Гриша видел. А ещё бабушка огород сажает. Теперь Гриша знает, как картошка и морковка растут. И малина, и яблоки у бабушки с дедушкой есть.
Только мама всё равно не любит в деревню ездить. Всё время сердится, говорит, что это не отдых в грязи сидеть. А какая грязь, если просто дождь прошёл?
Вчера шёл, когда они приехали.
- Артём, давай быстрее. Иначе застрянем где-нибудь на дороге. - Сердилась мама.
- Да нормальная здесь дорога, Сонь. - Возражал папа. - Давно уже отремонтировали всё. Асфальт почти до самой деревни.
- Зачем вообще надо было ехать сюда?
- Потому что выходных всего четыре. Ну не отпустили меня между праздниками, слишком много желающих оказалось.
- Конечно, других отпустили. А ты, как всегда, крайний. И всё равно, зачем было тащиться к твоим родителям. Лучше бы к Васильевым на дачу на шашлыки уехали.
- Да будут тебе шашлыки. - Папа в зеркало подмигнул Грише. - А Грише, например, нравится в деревне. Да, сынок?
- Да! - Подтвердил Гриша и тоже попытался подмигнуть, но не получилось. Лицо смешно сморщилось, и папа засмеялся.
- Смешно вам. - Обиделась мама и отвернулась к окну.
- Папа, а почему праздник?
- Первомай называется, Гриш. Праздник мира и труда. Так мне твой дедушка рассказывал. Когда-то, очень давно, группа рабочих попыталась бороться за свои права, но у них ничего не получилось. Их поймали и казнили.
- Тём, ты что ребёнку рассказываешь?
- Что читал, то и рассказываю, только попроще.
- Ничего себе попроще. Скажи просто - праздник весны.
- Да, Гриш. - Папа вздохнул. - Это праздник весны. И труда. Люди огороды сажают и шашлык жарят. Так лучше, Сонь?
- Так лучше.
Потом, когда из машины выходили, Гриша шепнул.
- Папа, а казнили, это что?
- Наказали, Гриш. Так, что больше они ничего сделать уже никогда не смогли. Держи свой рюкзак.
Гриша всё равно ничего не понял, но дедушка уже подхватил его на руки и подбросил так высоко, что дух перехватило.
- Ох и вырос ты, Григорий! Скоро и не подниму тебя.
- Поднимешь. - Успокоил Гриша. - Ты сильный. Сильнее, чем папа.
- Слышал? - Дедушка поставил его на землю и взял у папы одну из сумок. - Вот так, Артём Сергеевич, батя твой ещё ого-го...
А сегодня Гриша с мамой пошёл к магазину. У мамы там телефон лучше работает, а Гриша мороженого захотел. Бабушка ему денег дала. Гриша в карман положил и рукой всё время придерживал, чтобы не потерять.
* * * * *
Купили мороженое.
- Постой здесь. - Велела мама. - Я сейчас тёте Лере позвоню, и пойдём.
Гриша кивнул. У магазина на лавочке сидел человек. Старый совсем, старше, чем дедушка. Пиджак у него был грязный, но под ним виден был воротник нарядной белой рубашки. А на груди еле держался неумело завязанный красный бант из ленточки.
Человек сидел, покачиваясь, и глядя в одну точку. Потом повернулся неловко и алый, похожий на бабочку, бант распластался у него под ногами.
"Наступит". - Испугался Гриша. "Бабочку" было жалко, и он быстро подскочил к скамейке. Поднял, протянул человеку.
- Вот. Упал.
Тот поднял на Гришу мутный взгляд.
- Спасибо, внучок.
Подержал в подрагивающих пальцах красную ткань и произнёс глухо.
- Всё в грязь втоптали, как это. И память нашу втоптали. Раньше праздник был, труд в почёте был. А сейчас что? Деньги, деньги и никакого уважения к людям. Словно машины мы или рабы. Опять хозяева появились... А когда-то какой праздник был. Миру радовались, весне, тому, что труд наш на благо.
- Гриша! - Мама махнула ему рукой. - Идём!
- До свидания. - Вежливо попрощался он, как мама с папой учили.
- До свидания, внучок. Держи. Больше нет ничего. С праздником. - Человек протянул мальчику слегка испачкавшийся красный бант.
- Спасибо. - Гриша сжал в руке подарок и побежал к маме.
- Что это за гадость? - Соня поморщилась. - Выбрасывай.
- Нет. - Гриша помотал головой. - Это мне подарили.
- Григорий, я кому сказала.
- Нет. - На глаза навернулись слёзы. - Бант всё ещё оставался похожим на бабочку, и Гриша не мог его выбросить. - Нет.
- Я папе всё расскажу. - Соня сердито зашагала вперёд. - Пусть сам разговаривает с тобой. А то он слишком много тебе позволяет.
Дома Гриша положил на стол подтаявшее мороженое и убежал в комнату.
- Что случилось? - Свекровь посмотрела на сердитую Соню. - Натворил что-то?
- У пьяницы какого-то возле магазина взял тряпку грязную. Заставляла выбросить, а он ни в какую. Совсем от рук отбился.
- Не пьяница это. - Людмила Константиновна мягко посмотрела на невестку. - Иваныч. Вернее, Михаил Иванович. Он раньше председателем здесь был, всю душу в деревню вкладывал. В советское время награды были у него за трудовые заслуги. А сейчас пенсия всего ничего. Вот и обижен человек...
- На кого, Людмила Константиновна? Кто ему виноват?
- Да никто, Сонечка. Просто обидно человеку, что многие вещи обесценились, что труд его даром пропал, что деньги получает не тот, кто честно работает, а тот, кто устроился лучше. И Первомай для него праздник горький. Не пьяница он, Соня.
- Всё равно. - Не сдалась Соня. - Кто хотел, тот себе место в жизни нашёл. А виноватых всегда найти можно.
Людмила Константиновна не стала спорить.
- Соня, там Артём с отцом мясо замариновали. Ты пойди глянь, как по специям тебе. А то отец у нас иногда меры не знает.
А когда невестка вышла во двор, подошла к внуку.
- Гришенька, что расстроился?
- Бабушка, тот дедушка, он хороший. Он мне вот что подарил. А мама выбросить сказала. Бабушка, а зачем бантик такой? Он на бабочку похож, правда?
- Похож. Раньше такие на праздники к одежде прикрепляли. Флаг, Гриша, у нашей страны алого цвета был. Вот люди и показывали своё уважение к стране, в которой живут, к её истории, к героям её. И на Первомай с такими ходили. Я, когда маленькая была, мне мама тоже такой на кофточку прикрепляла. А ещё в руки давала маленький красный флажок и шарик воздушный.
- Зачем? - Удивился Гриша.
- А люди выходили на улицу и шли все вместе. Радовались, что мир на земле, что можно работать и учиться, что весна наступила...
Гриша слушал внимательно и никак не мог поверить, что бабушка тоже была маленькой девочкой.
- А мы сейчас твою "бабочку" ещё лучше сделаем.
Она ловко развязала бантик, постирала красную ленточку прямо под краном, прогладила утюгом и завязала заново. Теперь "бабочка" расправила крылышки, ленточка весело заблестела, и Гриша заулыбался.
- Давай прикреплю.
Бабушка пристегнула бант к его курточке, полюбовалась.
- Красота! Хоть сейчас на праздничную демонстрацию.
Мальчик выскочил во двор, откуда уже доносился аппетитный запах поджаривающегося мяса.
- Папа! Дедушка! Смотрите, Первомай!
- Ох ты ж! - Сергей Ильич всплеснул руками. - Да ты, Григорий, при параде у нас! Гляди, сразу праздником запахло!
- Да это шашлыком, дедушка. - Засмеялся Гриша.
- Да нет, Гришаня. Шашлык одно. А память - это другое.
Мясо жарилось, бабушка с мамой накрывали праздничный стол, а Гриша прижался к деду и потянул Сергея Ильича за рукав.
- Деда, а там у магазина другой дедушка сидит, старенький, который мне это подарил. - Он ткнул себя в грудь. - Давай его к нам позовём. Он там один совсем.
- Да не пойдёт он, Гриш. - Вздохнул Сергей Ильич. - А вот поздравить дойти можно. Ну-ка.
Он о чём-то пошептался с бабушкой. Та кивнула и быстро собрала небольшую сумочку.
- Куда это вы, бать? - Обернулся Артём.
- Сейчас вернёмся, сынок. Дело у нас с Григорием.
Лавочка у магазина была пуста. Гриша расстроенно заморгал.
- Ты чего это? - Потрепал его по плечу дедушка. - Сейчас исправим положение.
Нужный дом находился совсем недалеко. Они подошли к старенькому забору.
- Михал Иваныч! Дядь Миш! Ты дома? - Дедушка толкнул калитку.
- Кто там?
Гриша обрадовался, увидев знакомого старика. Пиджак Михаил Иванович снял, а белая рубашка выглядела совсем празднично.
- Сергей, ты?
- Дядь Миш, мы вот с внуком поздравить тебя пришли с Первомаем. И в гости позвать. Идём к нам!
- Ох нет, Серёжа. - Старик замахал руками. - Не уговаривай.
- Знал, что не пойдёшь, Михаил Иванович. - Вздохнул Гришин дедушка. - Людмила гостинец передать велела. К празднику.
- Праздник, Серёжа. - Михаил Иванович вздохнул. - Разве помнит кто, что за праздник это? Зачем он был?
- Как же, дядь Миш. - Дедушка выдвинул Гришу немного вперёд. - Мы вот Грише рассказывали сегодня про ленточку твою, и что за праздник. Ему интересно. Он меня к тебе и привёл.
Лицо Михаила Ивановича просветлело. Он погладил мальчика по голове.
- Знаешь, значит?
- Знаю. - Гриша кивнул. - Праздник мира и труда. А это...
Он погладил ленточку.
- Это в честь флага, который раньше был.
- Ишь ты, и правда... Ты, внучок, расти большим, пусть у тебя ладно всё в жизни будет. Живи честно, и праздников наших не забывай. Ладно?
- Ладно.
Домой возвращались молча. Гриша ничего не спрашивал, и Сергей Ильич думал о чём-то своём. На своей улице встретились с соседкой. Та посмотрела на Гришу, и лицо её озарилось улыбкой.
- Здравствуйте! Вот, сразу видно, какой нынче день. С праздником вас!
Гриша встрепенулся.
- Дедушка, видишь, эта тётя тоже про праздник знает.
Улыбнулся в ответ и помахал рукой.
- С праздником! С Первомаем!
******************************************
📌 Подписка на канал в Телеграм 🐾
***************************************