Дворец Топкапы.
Фирузе-хатун вошла в покои Гюльшах с гордо вскинутой головой.
Гюльшах сильно удивилась, увидев Фирузе.
Мило улыбнувшись, Гюльшах поднялась, вонзив ногти в ладони, она постаралась не нервничать, успокаивая себя тем, что Фирузе не посмеет ничего ей сделать.
Гюльшах-хатун подошла к Фирузе, она обвела фаворитку повелителя взглядом.
Конечно же, взгляд её задержался на голове Фирузе.
На голове Фирузе красовалась маленькая, едва заметная корона.
Не смотря на то, что она была очень маленькая, было видно, что она не простая.
В короне блестели бриллианты, красиво переливающиеся на свету.
Гюльшах, склонив голову набок, произнесла:
- Фирузе? Что-то случилось раз ты пожаловала ко мне?
- Да, случилось! Я пришла, дабы сказать, что повелитель не забыл обо мне! Я рожу шехзаде и стану госпожой! О тебе Михримах Султан и вовсе забудет!
- Забудет как и тебя? Нет, меня госпожа не забудет. Не забывай, меня она выбрала лично. А тебя - дабы спасти от Нурбану. Ей стало тебя жалко, - Гюльшах ядовито усмехнулась, её усмешка была подобно довольной львицы, которая добыла добычу.
Фирузе-хатун наклонилась к Гюльшах.
- Я тебя уничтожу, хатун! Не забывай, что ты должна почитать меня, ведь я будущая мать шехзаде! Знай свое место!
- Не слова больше, Фирузе! Я не позволю себя унижать!, - Гюльшах-хатун еле сдерживала свою ярость, у девушки был суровый нрав.
Фирузе-хатун едко улыбнулась.
- Что ж, я тебя пожалею. Как я вижу, ты даже не можешь совладать со своей яростью. И как только Михримах Султан тебя выбрала?
Фирузе, развернувшись, покинула комнату, оставив Гюльшах в недоумении.
Гюльшах побежала к столику и одним движением опрокинула его.
Фрукты, лукум и все что там лежало теперь оказалось на полу.
Но и этим Гюльшах не ограничилась.
Схватив кубок с щербетом, она кинула его в стену.
Кубок с грохотом упал на пол, щербетом разлился по полу.
Девушка, тяжело задышав, оглядела комнату, надеясь найти что-то ещё, что можно кинуть.
Гюльшах подошла к кровати. Подушки и одеяло вскоре оказались на полу.
- Да покарает тебя Всевышний, Фирузе!, - громко воскликнула Гюльшах.
Ярость девушки вскоре перешла в рыдания.
Опустившись на колени, она тихонько разрыдалась.
Свои слезы она вытирала рукавом платья.
Рукав вскоре был мокрым от слез.
Гюльшах-хатун оглядела комнату, был погром.
Немного успокоившись, она подошла к зеркалу.
Увидев самое красное и опухшее лицо от слез, она разозлилась.
Неужели её лицо такое страшное после рыданий?
И все это из-за змеи Фирузе!
Фирузе опрокинула зеркало, оно разбилось.
Теперь осколки лежали на полу.
Гюльшах крикнула служанку.
Служанка все это время стояла за дверью, она слышала, как Гюльшах рвёт и метает, однако приблизиться она боялась, не дай Аллах, ещё и ей достанется.
Служанка вошла в комнату.
От увиденного она пришла в ступор.
Фрукты, лукум, подушки, одеяло, разбитое зеркало - все это лежало на полу.
Взгляд её остановился на Гюльшах-хатун.
Красное и опухшее лицо после рыданий, мокрый рукав платья, растрепанные волосы.
- Я слушаю вас, Гюльшах-хатун, - еле найдя в себе силы после увиденного произнесла служанка, смиренно опустив голову.
- Убери здесь все. Вели приготовить хамам, - приказала Гюльшах-хатун.
Служанка поклонилась в знак покорности и начала выполнять приказания...
Михримах Султан поставила пустую чашечку на блюдце.
Михримах кивнула Дениз, дабы девушка убрала со стола.
Михримах Султан поднялась и подошла к зеркалу.
Султанша поправила корону и, крикнув Малике-калфу, велела позвать к ней Газанфера-агу.
В последнее время Михримах Султан обратила внимания на то, что евнух постоянно за кем-то следит.
Она все время замечала его в центре событий.
Госпожа понимала, что он следит за обстановкой в Топкапы и докладывает Нурбану.
Поэтому госпожа была уверена, что новая наложницы повелителя - не секрет.
Михримах Султан подошла к диванчику и выпрямилась, ожидая евнуха.
Евнух пришёл довольно быстро.
Склонив голову перед Султаншей, он выпалил:
- Госпожа, вы желали меня видеть?
Михримах Султан довольно кивнула головой.
- Всё верно, Газанфер. В последнее время я начала замечать, что ты находишься в центре всех событий, все время что-то узнаешь и потом куда-то убегаешь.
Михримах Султан резко поднялась и, сузив глаза, прошипела:
- Уж не Нурбану ли ты докладываешь обо всем?! Я сотру тебя с лица земли! Тебя Нурбану здесь специально оставила, дабы ты докладывал ей обо всем! Не так ли, Газанфер?!
Газанфер испуганно вжал голову в шею и попятился.
- Что вы, госпожа... Я...я...
Газанфера-ага то и дело заикался, он боялся вымолвить и слова.
Михримах Султан повернулась к Газанферу спиной.
- Если я увижу подобное, то вышлю тебя из дворца, даже не смотря на то, что ты слуга Нурбану. Я надеюсь, ты меня понял?
- Д... д... а... госпож...а...
Михримах Султан короной качнул на дверь.
Евнух, поклонившись, тут же покинул покои госпожи.
Михримах Султан усмехнулась.
- Нурбану, думаешь, ты умней меня? Ошибаешься. Моей матерью была Великая Хюррем Султан. А ты же - незаконно рождённая.
Михримах необходимо было продумать следующий шаг, дабы дать отпор Нурбану.
Газанфер-ага мигом помчался в свою каморку, дабы написать Нурбану Султан.
В письме евнух изложил о том, что Михримах Султан начала подозревать его.
Газанфер спросил в письме, что ему делать дальше.
Евнух перепроверил написанное и завернул послание.
Спрятав в рукав письмо, он подошёл к тайнику, взяв оттуда пару золотых монет, евнух устремился к стражу.
Идя по коридорам дворца, он то и дело оглядывался, чтобы убедиться, что за ним нет слежки.
Подозвав стража, он передал послание и вложил в его руку пару золотых монет.
Страж спрятал письмо, но, посмотрев на руку, он заявил:
- Газанфер-ага, этого мало. Я же еду со всей скоростью, дабы доставить послание господе как можно скорее.
- Ишь ты! Радуйся тому, что у тебя есть! Не много ли ты о себе возомнил?! Мало ему!, - гневно прошипел евнух.
Страж склонил голову.
- То-то же!, - воскликнул евнух и, цокнув языком, направился обратно в гарем...
Султан Селим, взяв кубок с вином в руки, налил себе бокал.
Селим тут же выпил, за бокалом последовал ещё один, затем ещё и ещё.
Нетрезвый Селим сидел на диване, он приказал позвать Соколлу.
Мехмед-паша пришёл довольно быстро.
Склонив голову, он произнёс:
- Повелитель, вы желали меня видеть?
Селим поднял голову и, посмотрев на Соколлу, выпрямился.
- Я желаю узнать, как обстоят дела в подготовке похода, - еле слышно произнёс Селим.
- Повелитель, мы уже начали подготовку к походу. Иншалла, в скором времени нам удастся её завершить, - ответил Соколлу, подняв голову.
- Прикажи ускорить подготовку. Я желаю как можно скорее выдвинуться в поход и одержать победу подобно моему отцу.
- Как прикажете, повелитель, - Соколлу, склонив голову, покинул покои повелителя.
Султан Селим крикнул стража и велел принести ему ещё один кувшин вина.
Вскоре второй кувшин был почти пуст.
Поднявшись, Султан покачнулся, едва устояв на ногах, он ещё раз крикнул стража.
Селим приказал позвать к нему Гюльшах-хатун.
Узнав об этом, Гюльшах радостно улыбнулась.
Девушка подошла к зеркалу и, поправив причёску и складки на платье, направилась в покои Султана Селима.
Девушка вошла в покои повелителя с улыбкой.
Но, увидев Султана нетрезвым, она нахмурилась.
- Повелитель?
Султан направился к девушке, но он рухнул на пол.
Девушка вскрикнула, испуганно отпрянув, она позвала стражу.
Гюльшах выбежала в свои покои.
Упав на пол, она разрыдалась. Слезы душили её.
Неужели повелитель на самом деле такой?
Нет, этого не может быть. Он же её любит.
Гюльшах-хатун решила для себя, что лучше не ходить к повелителю, когда он в таком состоянии.
Ведь вино завладевает его разумом, повелитель не осознает свои действия.
Утерев слезы, девушка поднялась и, присев на диванчик, она крикнула служанку.
Девушка приказала подать лукума и горячего молока.
Горячее молоко её всегда успокаивало...
На следующий день.
Михримах Султан перевела взгляд на вошедшую дочь.
Хюмашах Султан склонилась перед матерью.
- Матушка.
- Хюмашах, как я рада тебя видеть!, - воскликнула Михримах Султан и, поднявшись, обняла дочь.
Крикнув Дениз, она велела подать им кофе и лукума.
Хюмашах Султан присела напротив матери на диванчик.
- Матушка, я слышала, брат Осман скоро приедет во дворец.
- Всё верно, доченька. Я так соскучилась по своему сыну. Слава Аллаху, я вновь увижу его.
Султанзаде Осман жил в поместье недалеко от дворца, однако все-таки не близко.
Султанзаде иногда приезжал во дворец, дабы навестить мать и сестру, так было и в этот раз.
Михримах Султан кивнула вошедшей Дениз.
Девушка поставила лукума и кофе.
Склонившись, она покинула покои также тихо, как и вошла.
Михримах Султан положила в рот лукума и горестно вздохнула.
- Повелитель опять взялся за старое. Он начал вновь много пить вина. О, Всевышний, вразуми его, дай сил, - произнесла Султанша.
Хюмашах Султан с сочувствием посмотрела на мать.
- Матушка, не расстраивайтесь. Иншалла, повелитель забудет о вине, когда одержит победу в походе.
- Аминь, Хюмашах, - качеула короной Султанша, мягко улыбнувшись дочери.
Посмотрев в глаза Хюмашах, она невольно вспомнила Рустема-пашу.
Свою былую любовь к паше.
Она вспомнила, как любовь прошла после смерти матери.
Потом Хюмашах заболела простудой.
Рустем очень переживал за любимую дочь, поэтому вскоре заболел водянкой и умер.
Хюмашах уже выздоровела, однако Рустем было уже не вернуть.
Безусловно, Михримах Султан было горестно потерять человека, которого она полюбила, но к тому времени её любовь уже была не такая сильной, а, впрочем, как и у паши.
Михримах Султан прикрыла глаза, прогоняя воспоминания и вновь посмотрела на дочь.
- Матушка, что-то случилось?, - удивилась Хюмашах, заметив, как мать на неё пристально смотрит.
Михримах Султан улыбнулась и отвела взгляд.
- Просто твой взгляд напомнил мне твоего отца. Смотря в твои глаза я будто вновь вижу его перед собой, но увы, его забрала болезнь.
Хюмашах Султан, глубоко вздохнув, накрыла руки матери своей рукой.
- Матушка, я уверена, что отцу сейчас хорошо на небесах.
- Иншалла.
Михримах Султан взяла дочь за руки и вновь тепло улыбнулась...
Маниса.
Нурбану Султан нервно мерила шагами покои.
Она была уверена, что Сафие как-то причастна к гибели рабыни, однако прямых доказательств у неё не было.
Сложив руки перед собой, Нурбану выпрямилась, в голову пришла мысль.
Нурбану Султан крикнула свою верную калфу.
Джанфеда-калфа вошла в покои госпожи.
- Сафие-хатун сейчас в саду?, - спросила Нурбану Султан.
- Да, госпожа, она только что вышла.
- Чудесно. Вели одной из моей служанке оьыскать покои Сафие-хатун. Пусть обыщет каждый угол, но найдёт что-то, в чем я смогу обвинить Сафие и избавиться от неё, - приказала Нурбану Султан, предвкушая, как Сафие будет оправдываться перед шехзаде Мурадом.
Джанфеда-калфа, склонив голову, покинула покои.
Нурбану Султан вышла на балкон и, увидев в саду Сафие, усмехнулась.
- Я найду способ, дабы избавиться от тебя. Не позволю управлять моим сыном...
Служанка Нурбану вошла в покои Сафие.
Убедившись, что в покоях никого нет и шехзаде Мехмед сейчас у кормилицы, она начала поиски.
Девушка открыла сундук, но там лишь были ткани и платья Сафие-хатун.
Служанка открыла шкафчик.
Шкатулки с украшениями и короны Сафие. Тоже ничего интересного.
Затем открыла следующий шкафчик.
В нем тоже были разные вещи Сафие, однако в самом конце она заметила странную шкатулочку.
Взяв её она открыла, там лежали разные мешочки.
Травы, какие-то засохшие цветы.
Девушка улыбнулась, это то, что нужно.
Закрыв шкафчик, она направилась в покои Нурбану.
Войдя в покои, она поклонилась и передала госпоже находку.
Изучив шкатулочку, Нурбану улыбнулась.
- Прекрасно. Неужели Сафие занимается колдовством? Об этом должен узнать мой лев, - произнесла венецианка и направилась в покои сына.
Шехзаде Мурад сидел за письменным столом, увидев мать, он улыбнулся.
- Матушка, - шехзаде поцеловал и приложил ко лбу руку матери.
Нурбану Султан улыбнулась и посмотрела на сына.
- Сынок, я рада тебя видеть. Однако я принесла дурные вести.
- Что-то случилось?, - Мурад тут же нахмурился.
- Сафие в последнее время себя странно вела. Ещё и гибель твоей наложницы Зилай-хатун. Я приказала оьыскать её покои, и моя служанка нашла вот это. Я понимаю, что не очень хорошо поступила, однако того требовали меры предосторожности, - заявила Нурбану и протянула шкатулку.
Мурад изучил шкатулку и посмотрел на мать.
- Матушка, что вы хотите этим сказать?
- Я понимаю, как все это звучит, однако, возможно, Сафие занимается колдовством. Иначе к чему ей все эти травы? У лекарей есть немало трав от головных болей и других болезней, - качнуоа короной Нурбану Султан, внимательно наблюдая за выражением лица сына.
Мурад крикнул сражу.
Страж вошёл в покои шехзаде и склонил голову.
- Слушаюсь, шехзаде.
- Вели позвать Сафие-хатун.
Страж склонил голову и покинул покои...
Сафие-хатун ещё не знала, что на этот раз придумала Нурбану.
Поэтому, когда ей сообщили, что шехзаде желает её видеть, она обрадовалась и поспешила в покои шехзаде...
P. S. Дорогие мои друзья и читатели, глава будет также опубликована в мой телеграмм-канал. 😘
Ссылка на него есть в предыдущем посте. 💕
Хорошего дня и отличного настроения. 🩵
С уважением.🧡
Ваш автор. 💖