На фотографиях, которые с интересом рассматривала Марина, родители были молодыми и счастливыми. Мария Петровна, такая юная и беззаботная, улыбалась почти с каждого снимка, только вот то на одной, то на другой фотографии стояла она с разными молодыми людьми. Ясно было, что эти юноши были братьями, и Марина поняла, что одним из них был ее отец, а другим – его брат-близнец.
— Я не понимаю, — пробормотала Марина, листая альбом, — мама встречалась с папой или с его братом?
Бабушка, поджав губы, неуверенно повела плечами. Марине стало понятно, что Паулине Александровне не очень хотелось вспоминать о прошлом, но и на вопросы внучки не ответить она не могла.
— Так вышло, дорогая моя, что мама твоя не сразу определилась с тем, за кого из двух Купцовых она хотела выйти замуж. Оба парня были точной копией друг друга, только характером отличались.
По фотографиям становилось ясным, что брат отца Иван был более дерзким и чересчур уверенным в себе. Он гонял на мотоцикле, носил кожаные куртки, бренчал на гитаре. А еще он, как выяснилось, любил рисовать.
— Ваня был человеком искусства, — продолжила бабушка Паша, — писал картины, учился в художественной школе, потом даже устроился в мастерскую к какому-то местному выдающемуся художнику. Пропадал в галерее с утра до вечера, порой даже не разговаривал ни с кем.
Иван Купцов и в самом деле любил живопись. Поначалу он долгое время искал себя: то пытался выступать в рок-группе, то мотался в компании байкеров, то истязал себя многонедельными походами с группой туристов-любителей.
Мария же была домашней девочкой, которая привыкла к уюту и комфорту. Она не любила ночевки в палатках, не понимала страсти Ивана к художеству, да и вообще была далека от мира искусства, в котором крутился Иван Купцов.
Именно этот из братьев стал первым, с кем познакомилась Маша. Встретилась с ним на дискотеке, ей понравилось общество самоуверенного и всезнающего Вани. Закрутился роман, который перерос в серьезные отношения. Но, как выяснилось, серьезными эти отношения были только для Маши, а сам Иван не особенно желал связывать себя узами брака.
— Ты мне нравишься, — говорил он Маше, — но я не уверен в том, что вообще могу любить. Точнее, могу, но исключительно себя и свои таланты.
Иван считал себя великим творцом. После того, как он занялся рисованием, молодой человек отстранился от семьи, друзей и от своей возлюбленной. Маша страдала из-за этого, а поддержать ее взялся брат Ивана Алексей. С ним маша стала проводить больше времени, а потом и вовсе приняла решение о том, что хочет быть с Лешей.
— Я устала от твоего недовольства, — говорила Мария Ивану, — ты постоянно ищешь во мне недостатки и указываешь мне на них. То похудеть, то прическу сменить, то улыбаться тогда, когда мне этого совсем не хочется. Я не кукла, Ваня, и я не хочу быть игрушкой в твоих руках. Ты забыл о том, что у других людей тоже могут быть чувства и желания, ты погряз в собственных хотелках, а мне этого надоело.
— Надоело – уходи, — решительно ответил ей Иван, — я бегать ни за кем не буду.
На том и порешили. Мария еще долго страдала без своего любимого, но рядом с ней всегда был Алексей, готовый поддержать ее и оказать любую помощь, даже если о ней никто не просил.
— Из двух братьев твоя мать выбрала Лешу, — рассказала Марине бабушка, — а Иван не очень-то по этому поводу расстроился. Потом Маша еще долго сетовала из-за того, что не сразу заметила Алексея. Он был добрым, понимающим, совсем не похожим на своего брата характером. А Ванька загулял: связывался то с одной девчонкой, то с другой, пудрил им мозги, обещал что-то, короче, совсем потерялся в жизни.
— Мама вышла замуж за папу, — произнесла Марина, глядя на свадебные фотографии, — но ведь дядя Иван присутствовал на свадьбе. Значит, он не держал обиды ни на маму, ни на брата. Почему же потом они перестали общаться?
Паулина Александровна снова замолчала, привычно поджав губы. Марина ждала продолжения истории, но бабушка выдерживала паузу, которая была похожа на предвестника чего-то очень неприятного.
— Потому что потом появилась ты, — наконец ответила Паулина Александровна, — а твое появление было не таким простым, как кажется.
— Я не понимаю, — пробормотала Марина, слыша, как стучит в груди сердце. Стук его больше походил на удары в барабан, настолько громким и неприятным было биение сердца.
— Ваня – твой родной отец, — сказала бабушка и тяжело выдохнула. Это не было вздохом облегчения, скорее, скопившимся напряжением, которое все никак не покидало пожилую женщину.
— Ваня? — Марина с ужасом слушала бабушку, осознавая, что жила все эти годы во вранье, — как же так? А папа Леша?
Паулина Александровна покачала головой:
— Леша не мог иметь детей. Так вышло, что он был бесплодным. А Маша детей хотела, мечтала о материнстве, страдала из-за диагноза мужа, о котором они узнали уже после свадьбы. И тогда было решено, что им поможет Иван.
Марина всхлипнула. Она помнила своего отца – такого любящего, доброго, нежного. Он обожал свою дочь, и у Марины ни разу в жизни не возникло сомнений в том, что она была родной дочерью своего отца. Оказалось, что это было обманом, начиная от ее появления на свет и заканчивая сегодняшним днем.
— Мама родила меня от брата отца, а папа знал об этом? — Марина захлопнула альбом и убрала его в сторону, как будто он нес в себе биологическую опасность, — мама изменила отцу, а он простил ее и даже принял меня как родную дочь?
— Это не было изменой, — ответила бабушка, — Маша с Лешей сами обратились к Ивану за помощью. Выбора особенного не было, поэтому они решили, что так будет проще всего. Конечно, Алексей впоследствии переживал, страдал, даже в какой-то период пытался расстаться с Машей. Но потом он смирился с этим, а Ивана попросил больше не появляться в их жизни. У твоих родителей была ты, а у Леши больше не было брата.
Договоренность, достигнутая между братьями Купцовыми и Марией, только поначалу казалась простой и понятной. После появления на свет ребенка братья не смогли общаться друг с другом дальше. Алексей переживал из-за того, что Иван будет претендовать на отцовство, а еще он жутко ревновал свою жену к своему родному брату.
— Выходит, что мой родной отец жив, — смогла с большим трудом произнести Марина, — я могу увидеть его, поговорить с ним. Ведь так?
Она с надеждой посмотрела на Паулину Александровну, а бабушка снова некоторое время молчала, а потом кивнула:
— Так. Ты можешь увидеться с ним и поговорить. Только нужно ли тебе это? Для тебя Алексей был и остается родным отцом. А этот Иван… Он даже не интересовался твоей жизнью. Пил, гулял, писал картины и совсем потерялся в отношениях. Копил обиду на родителей, брата, твою маму. Мне кажется, что он даже на тебя обижен за то, что ты появилась на свет. Из-за тебя ведь разрушились его отношения с братом. Но это Иван так считал, никто больше не видел в тебе причин для разлада. Просто так получилось, и с этим просто нужно жить дальше.
Марина поднялась с постели и стала мерить шагами тесную комнату.
— Бабушка, нет, я не согласна. Я хочу увидеть своего отца. Пусть он всего лишь биологический отец, для меня он дядя… Он ведь моя родственник, и он знает о том, что я существую.
— Купцовы этого не одобрят, — возразила Паулина Александровна, но Марина лишь равнодушно пожала плечами. Она приняла решение, от которого не собиралась отказываться. Для Марины было очень важным увидеться с человеком, о существовании которого она еще неделю назад ничего не знала. Теперь этот человек был для нее родным, близким, и, даже если Иван Купцов не захочет общаться с Мариной, она должна попытаться наладить с ним контакт.
Дед Петя, узнав о том, что его супруга рассказала всю правду Марине, только недовольно кряхтел и ругал жену.
— Зачем сунула свой нос в чужие дела? — бормотал он, всплескивая руками, — ну жили же нормально, каждого все устраивало.
— Дед, жить во лжи – это нечестно, — возразила Марина и обняла бабушку в знак поддержки, — бабуля все правильно сделала. Я бы еще долго могла жить так, скорбеть о смерти родителей и сожалеть о том, что потеряла и мать, и отца. А теперь я знаю о том, что папа у меня все же есть. Пусть такой… Равнодушный, незаинтересованный в том, что я есть в его жизни.
— В том-то и дело! — почти прокричал дед Петя, — ни разу за почти двадцать семь лет твой папаша не поинтересовался тобой! Спрятался ото всех, закрылся, обиделся. И жил бы дальше вот так, зачем тебе теперь к нему лезть? Ваньке сколько сейчас? Пятьдесят с хвостиком! У него своя жизнь, дети, наверняка, свои есть. Зачем ему ты?
Марина пожала плечами:
— Я ему, возможно, и не нужна. А он мне нужен. Все, дед, я решила. Найду отца, поговорю с ним. Для меня он даже не столько отец, сколько ниточка, связывающая меня с папой Алексеем. Я хочу поговорить с ним, сказать о том, что я буду рядом, я даже рада тому, что узнала правду. Поначалу было страшно и неприятно, а теперь я даже благодарна судьбе за то, что она подарила моей матери шанс родить ребенка, а мне – появиться на свет. И, если бы не Иван, меня бы не было.
— Для нас ты всегда будешь родной и любимой, — сказала бабушка паша и смахнула едва заметную слезинку в уголке глаза, — неважно, кто твой отец. Важно то, что ты – наша внучка. Самая любимая и родная.
Из Грушевого Марина уезжала со спокойным сердцем. Еще утром ей было не по себе от открывшейся правды, а теперь она чувствовала на душе спокойствие и радость. У нее был отец! Марина считала, что после гибели матери и отца у нее никого не осталось, кроме бабушек с дедушками, а тут выяснилось такое!
Адрес Ивана Купцова было несложно отыскать. Подруга Марины Лена, отец которой работал в полиции, хоть и без особого желания, но помог дочери и ее подруге отыскать Ивана Купцова.
Отец Марины жил на самой окраине города в старых домах, которые подлежали скорому сносу. Припарковавшись во дворе, она еще долго сидела в машине, оглядываясь по сторонам и пытаясь собраться с духом. Еще час назад Марина была настроена решительно, а тут вдруг начала мешкать. Перебирала в голове возможные варианты начала разговора с Иваном, но никак не могла остановиться на одном-единственном, кажущемся правильным.
Потом она увидела мамочку с ребенком, прогуливавшихся возле подъезда, в котором располагалась квартира Ивана Купцова. Издалека эта незнакомая женщина с девочкой лет четырех так сильно напомнила Марине ее саму с матерью, что молодая женщина сочла это знаком и резко открыла дверь автомобиля. Решительно прошла к подъезду, поднялась на второй этаж и позвонила в дверной звонок.
Поначалу Марине показалось, что дома никого не было. Потом за дверью послышался шум, в замочной скважине несколько раз провернулся ключ, и на Марину обрушился резкий запах краски и алкоголя. Перед ней стоял ее биологический отец – Иван Купцов пятидесяти двух лет от роду.
— Вы к кому? — буркнул косматый, седой и давно не бривший лицо мужчина. Марина растерялась, не ожидав увидеть своего биологического отца в столь плачевном состоянии. Мужчина явно нуждался в медицинской помощи, лицо его имело желтоватый оттенок, губы на фоне лица казались синими, а вокруг глаз пролегли глубокие морщины. С виду Ивану можно было дать лет шестьдесят, не меньше, но Марине был отлично известен точный возраст стоявшего перед ней мужчины.
— Я к вам, — ответила она и постаралась улыбнуться, но губы дрожали от волнения и улыбки не получилось, — вы ведь Иван Николаевич?
— Я, — недовольно ответил он, а потом закутался в клетчатую рубашку, — чего надо? Денег должен? Вроде все долги отдал. Или вы из соцзащиты? Все же Лидка на меня настучала?
— Нет, — ответила Марина и с грустью окинула отца взглядом, — меня зовут Марина. Я… ваша… В общем, я дочь Алексея Купцова, вашего брата.
Лицо Ивана вытянулось. То ли это было удивление, то и отвращение, Марина так до конца и не разобралась. Иван был мало похож на покойного Алексея, все же долгие годы возлияний и скитаний сказались на внешности мужчины. Если Алексей Купцов до конца жизни следил за собой, был подтянуты и свежим, то Иван больше походил на забулдыгу, скитавшегося по свету и так и не отыскавшего счастья.
— Дочь Алексея, — пробормотал Иван, а потом отошел в сторону, впуская Марину в квартиру, — ну проходи тогда. Чего уж… Тебя Лешка прислал?
Марина поняла, что брат ее отца не был в курсе того, что его брата больше не было. Какой же огромной был пропасть между двумя близкими людьми! Теперь она казалась практически непреодолимой.
Марина вошла внутрь и поморщилась от едкого запаха краски. В квартире было не прибрано, повсюду валялись вещи, кисти, пол пыл заляпан красками, а некоторых местах прямо на старом линолеуме красовалась грязь. Аккуратно присев на колченогий стул, Марина снова посмотрела на Ивана. Он стоял рядом с ней, кутаясь в рубашку и хмуро поглядывая на нее. Потом мужчина закашлялся, и Марина поняла, что со здоровьем у ее отца все было хуже, чем она могла предположить.
— Рассказывай, — прокашлявшись, Иван обратился к Марине, — зачем приехала, что нужно? Картины мои никому неинтересны, так что об этом спрашивать не буду. Брат подослал? Или жена его?
— Я сама приехала, — ответила Марина и с грустью осмотрелась по сторонам еще раз. По периметру комнаты прямо на полу были расставлены картины, написанные Иваном Купцовым. Ничего выдающегося среди них не наблюдалось, и Марина поняла, что ее биологический отец не получил желаемой славы. Судя по обстановке, жил он весьма скромно, да еще и неизвестно на какие именно средства.
— Сама? Чего вдруг? — хмыкнул Иван и опять закашлялся.
— Папы с мамой больше нет, — ответила Марина, а потом заметила, как побледнело лицо Ивана. Он медленно стал сползать по стене, а молодая женщина подскочила со стула и бросилась к нему. Стул с грохотом повалился на пол, а Иван Купцов, хватаясь за сердце, едва успел пробормотать:
— Как же так… дочка?
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк, подписка и поддержка канала.
(Все слова синим цветом кликабельны)