Жительница Белозерска чуть не лишилась денег при покупке квартиры

В ноябре 2023 года 60-летняя жительница Белозерска через интернет нашла объявление о продаже трехкомнатной квартиры. Жилье, как оказалось, продавала молодая семейная пара. Квартира потенциальной покупательнице понравилась. И она, взяв кредит в 100 000 рублей, передала их продавцу, не забыв написать расписку.

Предварительный договор купли-продажи пока не составляли, договорились, что оформят сделку после того, как пенсионерка получит компенсацию за аварийное жилье.

Но за время ожидания женщина узнала неприятные подробности о продаваемой квартире – в частности, о своих будущих соседях – и решила отказаться от покупки.

О своем решении сообщила семейной паре, попросив вернуть сумму аванса. Супруги – 40-летний и 35-летняя белозеры – вернуть деньги не отказывались, но предложили несостоявшейся покупательнице подождать, пока они продадут помещение. Потому что уже потратили их на ремонт вновь приобретенной квартиры.

Женщине такой поворот дела не понравился, и она обратилась в Белозерский районный суд.

С требованиями покупательницы вернуть деньги в этот раз семейная пара не согласилась. Они заявили, что переданные им женщиной деньги – это задаток за квартиру, а не аванс, и возврату он не подлежат. Семья у них многодетная, средств на жизнь не хватает, поэтому 100 тысяч не отдадут.

«Поскольку между истцом и ответчиками соглашение о задатке не оформлено, предварительный и основной договор купли-продажи квартиры не заключались, суд пришел к выводу, что 100 000 рублей., несмотря на указание в расписке на задаток, являются авансом, так как выплачены в отсутствие основного обязательства, которое могло бы обеспечиваться задатком», – сообщили в пресс-службе судов Вологодской области.

Белозерский районный суд, изучив материалы дела и заслушав позиции обеих сторон конфликта, вынес решение: взыскать с главы семьи аванс 100 000 руб., проценты за пользование чужими деньгами – 20 579, 46 руб., а также судебные и почтовые расходы – 4 771,9 руб.

Суд также установил, что собственником «нехорошей» квартиры являлся мужчина-- он купил ее до вступления в брак. Доводы ответчика о материальном положении его семьи не имели правового значения для разрешения спора.