Выдающийся танцовщик, балетмейстер-реформатор, блестящий педагог, основатель современного романтического балета Михаил Михайлович Фокин родился 23 апреля 1880 года в Санкт-Петербурге. В девятилетнем возрасте он был принят в Императорское Театральное училище. В числе его педагогов были также такие выдающиеся хореографы, как Николай Легат, Павел Гердт, Павел Карсавин и Николай Волков. Уже в младших классах училища Фокин начал выступать на сцене Мариинского театра, исполняя детские роли. И когда Фокин вышел на сцену как танцор, он сразу же поразил зрителей своей необычайной пластикой, элегантностью движений и легкостью прыжка. Его выступления стали настоящим открытием для публики, и Фокин быстро завоевал популярность и признание.
Михаил Михайлович Фокин был многогранной личностью. Он не только проявлял себя как талантливый художник, создавая свои собственные картины, но и активно интересовался симфонической и народной музыкой. Его любовь к искусству выходила далеко за рамки живописи – он увлекался драматическим театром и проявлял интерес к режиссуре. В годы учебы в художественном училище Фокин не ограничивался лишь рисованием: он поставил оперу и издавал рукописный литературный журнал, что свидетельствовало о его стремлении к самовыражению и творчеству в различных формах… Однако, помимо живописи, его увлекли и народные инструменты. Он настолько увлекся игрой на мандолине, балалайке и домре, что вскоре был принят в знаменитый оркестр русских народных инструментов под руководством В.В. Андреева. Впоследствии все его увлечения соединились в одном искусстве – балете, который стал для него настоящей страстью и призванием.
Михаил Фокин, начал свой блистательный путь в качестве балетмейстера в 1905 году. Его дебютные работы, «Ацис и Галатея» на музыку Александра Кадлеца и «Сон в летнюю ночь» на музыку Феликса Мендельсона, представили миру новый талант, полный новаторских идей и смелых экспериментов. За ними последовали «Виноградная лоза» (музыка Антона Рубинштейна) и, конечно же, хореографическая миниатюра «Умирающий лебедь» на музыку Камиля Сен-Санса. Этот номер вошёл в сокровищницу мирового балетного наследия и принёс Фокину заслуженную всемирную славу. Уникальность творчества Фокина заключалась не только в его гениальных хореографических решениях, но и в тесном сотрудничестве с выдающимися художниками творческого объединения «Мир искусства» – Александром Бенуа, Леоном Бакстом, Мстиславом Добужинским, Николаем Рерихом, Сергеем Судейкиным, Натальей Гончаровой. Музыкальные партнеры Фокина были не менее впечатляющими: Игорь Стравинский, Сергей Рахманинов и Александр Глазунов создавали уникальные партитуры, специально написанные под его хореографию, гармонично дополняя и обогащая выразительность его балетного языка. Фокин смело экспериментировал как с техникой танца, изыскивая новые выразительные средства, так и с хореографической структурой, создавая балеты-поэмы, наполненные глубоким смыслом и эмоциональным подтекстом. Он разрушил традиционные устои, придав самостоятельное значение бессюжетному балету, показывая его мощь и красоту, используя как классическую технику («Шопениана»), так и характерный танец («Арагонская хота» на музыку Михаила Глинки).
В 1909 году в Париже состоялся «первый русский балетный сезон» – «Ballets Russes», как было указано на афишах. Это стало знаменательным событием в истории мирового искусства и особенно важным для русского балетного театра.
Легендарный антрепренер Сергей Дягилев пригласил молодого балетмейстера Михаила Фокина присоединиться к своей труппе в качестве хореографического руководителя. Во время триумфального «русского сезона» Париж увидел балеты, поставленные Фокиным для Мариинского театра: «Павильон Армиды», «Шопениана» и «Египетские ночи». Именно постановки Фокина в рамках «Русских сезонов» принесли мировую известность Анне Павловой, Тамаре Карсавиной и Вацлаву Нижинскому.
После 1912 года, когда успех «Русских сезонов» пошел на убыль, Фокин открыл студию танца в Нью-Йорке, а затем работал в Буэнос-Айресе, Пражской опере и Монте-Карло, где возродил свои балеты «Шопениана», «Карнавал», «Видение розы», «Петрушка», «Шехерезада». В 1939 году в Лондоне состоялась премьера балета «Паганини» на музыку Сергея Рахманинова — это был последний спектакль великого балетмейстера. В 1942 году Фокина не стало. Сергей Рахманинов, узнав о кончине друга, выразил свои чувства следующими словами: «Теперь все гении мертвы…». Балеты, поставленные Фокиным, стали настоящим явлением в хореографическом искусстве XX века и оказали огромное влияние на творчество Джорджа Баланчина, Мориса Бежара и Джона Ноймайера.
Цитаты:
– «Не хочу, чтобы мой Мимочка был попрыгунчиком» — сердито говорил папа, когда в семье нашей подымался вопрос об отдаче меня в балетную школу. Папа был серьезный, деловой человек и балет считал занятием легкомысленным. Мысль, что его младший сын будет только и делать всю жизнь, что прыгать и на одной ноге вертеться, да еще брать балерин за талию и подкидывать в воздух... эта мысль раздражала его.
Нужное ли это, серьезное, настоящее дело или легкомысленная пустая забава? С таким вопросом в душе я пришел в балетную школу, с таким вопросом я начал свою карьеру танцовщика и затем работу балетмейстера.
– Приступая к сочинению балета, я ставил себе правило: быть свободным в своем творчестве, быть верным самому себе, своей художественной совести, не быть рабом ни вкуса публики, ни критики, ни дирекции, не придерживаться традиций, так же как не гоняться за модой, а давать искренне, смело то, что рисуется моему воображению.
— А что если взять «Лебедя» Сен-Санса? — предложил я. Она сразу же поняла, что роль Лебедя ей подходит как нельзя лучше. А я, оглядев ее тоненькую, хрупкую фигуру, подумал: «Она создана для Лебедя».— Поставь мне этот номер, — попросила Павлова. Для постановки танца потребовалось всего несколько минут. Это была почти импровизация. Я танцевал перед ней, она – тут же, позади меня. Потом она стала танцевать одна, а я следовал за ней сбоку, показывая, как нужно держать руки… Я знал, что в лице Павловой я нашел идеальную исполнительницу, что наши взгляды совпадают, что она все понимает и что она может все исполнить.
– Человек порой бывает безобразным, отвратительным. Однако нельзя в искусстве показывать только безобразное и ничто иное. Выразительная сила гротеска таит в себе опасность – он может повлиять на артистическую молодежь, которая с легкостью берет на вооружение этот прием, вместо того чтобы утверждать красоту...
Как бы ни говорили об устарелости всего красивого, о ней, о красоте, заскучает человек и к ней вернется, так как для нее и из-за нее-то он и живет... В конечном счете назначение искусства состоит в служении культу красоты.
Материал подготовила ведущий библиотекарь отдела литературы по искусству Т. А. Чуватина
Источники:
Фокин М. М. Против течения.- Лениград, 1981
Красовская В. Русский балетный театр начала XX века.-Ленинград, 1971
Хазиева Д. Михаил Фокин// Искусство: учеб.-метод. газ. для учителей мхк, музыки и изо.-2008.- № 18