Мы подцепили очередную западную заразу: легко переводим на рубли человеческие жизни, да и многие другие ценности. Российское правосудие всегда было довольно мягким: Родион Раскольников за убийство двух старушек получил восемь с половиной лет каторги и никаких денежных компенсаций с него не требовали. Да и в других подобных случаях о деньгах никто не вспоминал.
В глубокой древности у нас была практика взыскания денег с преступников и за выбитый зуб, и за голову, но это все быльем поросло. В императорской России еще случалось, когда имущество особо отличившихся злодеев после их казни шло в казну – но это уже другие истории. В советский период, который наверное был не самым худшим периодом нашей русской истории, проблема возмещения материального ущерба за убийство вообще не поднималась.
- Сейчас же платить надо за все. Можно еще понять, когда деньги взыскиваются за причинения вреда здоровью, но у нас и честь, и совесть пошли на рынок – сплошь и рядом берут и платят за моральный ущерб звонкой монетой. При этом стоимость жизни зачастую зависит от региона, от социального положения человека и т.д. [По некоторым данным, размеры присуждаемых компенсаций при убийствах различаются в сотни раз: от 5 тыс. до 15 млн руб. за человеческую смерть]
Ну и кому же все это может быть выгодно? Профессор Катасонов ввел в оборот замечательный термин – хозяева денег. Деньги – эквивалент всех имеющихся на рынке товаров, услуг и нематериальных ценностей. Чем больше таких ценностей, тем выше роль хозяев денег в обществе, тем большие доходы они получают от оборота денег и от выпуска новых денег. Все очень просто – должно быть как можно меньше бесплатного.
- Все должно быть платным и дорогим: образование, здравоохранение и даже культура. Народ веками слагал стихи, сказки, мелодии для общей радости и бесплатного распространения. Непорядок – должны быть введены авторские права, все эти радости должны продаваться и покупаться. И возникает огромный рынок культурных ценностей (какое странное словосочетание), но выигрывают ли от этого культура и народ? Моцарт умер в нищете, а Майкл Джексон купался в золоте – разве он в тысячу раз талантливее и ценнее для общества? Чувства меры нам не хватает.
Считаю, что поборников авторских прав следует в разумных пределах ограничить. Напомню, что в СССР в этом отношении справедливости было больше. А сейчас появляются все новые объекты прав, сроки этих прав продляются, они переходят по наследству… Если этот процесс не остановить, то скоро нам предложат перечислять авторское вознаграждение за Ветхий Завет законным наследникам его авторов.
- Юстиция также должна быть сложной и затратной. Православный юрист Владимир Карпец отмечал слишком большую роль адвокатуры в современном судопроизводстве, а Николай I со всей резкостью заявлял: «Пока я буду царствовать, России не нужны адвокаты, без них проживём» … И царь Соломон вряд ли потерпел бы рядом с собой какого-нибудь высокооплачиваемого крючкотвора-защитника. За теорией состязательности сторон в суде стоит вульгарное соревнование кошельков, т.е. торчат уши хозяев денег. Выигрывает не тот, кто прав, а тот, у кого более умный, красноречивый, подготовленный, а значит и дорогой адвокат. Лучшие судьи в древности ни с кем не состязались, а просто честно судили.
Для справедливого суда требуется только одно – праведный судья, а адвокат – лишнее звено. Роль прокурора В. Карпец тоже ставил под вопрос: он считал неправильным, что адвокат является частной фигурой, а обвинитель – представитель государства. Государство – это синоним Государя, а Государь как раз и должен быть судией, а не обвинителем. В общем все поставлено с ног на голову. Раньше верховным судией считался царь, т.е. государство и это было более правильно. К сожалению, у меня нет полного текста Владимира Карпеца, т.к. видел только его выступление на Ютубе, но хочу продолжить его мысль. По-моему, обвинять преступника должны те люди, которые его поймали и изобличили: полиция, следователи и т.д., а специального государственного обвинителя быть не должно. А государству нужно дать роль Верховного судьи, которую за неимением царя должен выполнять президент – он должен получить право отменять решения Верховного суда. (Простите за такие крамольные мысли – это всего лишь дискуссия).
- Президент и сейчас иногда стоит выше суда: он имеет право миловать преступников и это очень хорошо. Но есть одно очень серьезное замечание: президент может помиловать преступника только тогда, когда тот признает свою вину! А если человек был невиновен и не признал вину, но его осудили и посадили в тюрьму, то тогда его помиловать нельзя! Парадокс какой-то…
Хочется коснуться самых высоких сфер. У нас нет единой власти, а есть законодательная, исполнительная и судебная. Все это навевает мрачные мысли о том, что «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет…», Евангелия от Матфея (гл. 12, ст. 25). Считаю теорию разделения властей опасным заблуждением, но для кого-то она выгодна, т.к. приводит к ослаблению государства, дает большие возможности всяким закулисным силам. Ну как тут не подумать о монархических идеалах?
- В запутанных судебных спорах наши предки иногда прибегали к испытанию водой. Мне кажется, что вероятность вынесения справедливого приговора была не пятьдесят на пятьдесят, а гораздо выше. Ведь люди же были в основном набожные. Брошенный в воду праведник надеялся на чудесное спасение, усиленно греб, молился при этом, и частенько выбирался из воды. А преступника сковывал страх, он складывал ручки и обреченно шел ко дну. Да и исполнители приговоров были не дураки: всякий, кто тесно пообщался с предполагаемым преступником, конечно, сердцем чувствует, преступник он или нет. Я думаю, что заведомого злодея часто бросали в воду так, чтобы шансов выплыть было поменьше, а с внушающим доверие человеком обращались помягче. Не так уж глупы были наши предки… Наблюдая за современными судебными тяжбами некоторых олигархов, где тратятся огромные деньги, и суды разных инстанций отменяют решения друг друга, так и хочется сказать: «А может их дешевле, быстрее и справедливее водой или огнем-железом поиспытывать вместо обращения в лондонский суд?!»
Основа основ – это справедливый и неизменный закон, «через Моисея был дан Закон…», который прошел сквозь тысячелетия. А кто дает законы нам? – законодательная власть. А хороша ли она у нас? Русская правда Ярослава Мудрого просуществовала несколько веков, а Соборное уложение – почти двести лет, да и кодексы СССР были стабильны. Про сегодняшнее положение вещей даже говорить не хочется. Хороший закон должен быть стабилен как закон всемирного тяготения. Бывший замдиректора Института государства и права АН СССР Юрий Тихомиров говорил, что законов становится все больше, а работают они все хуже. Предлагаю этому простое объяснение: все эти сложности в законодательной сфере очень дорого стоят, а, следовательно выгодны сами понимаете кому.
Так дух Мамоны постепенно захватывает весь мир, но сам Мамона не столь могуществен, как его земные носители – хозяева денег.
- Раньше детей рожали бесплатно – придумаем дорогую альтернативу: всякие суррогатные материнства и прочие мерзости. И все это рекламируется, навязывается, становится модным – к радости хозяев денег. Любить друг друга тоже лучше всего за деньги. В Германии проституция превратилась в целую отрасль экономики: там этим занимаются 400 тысяч женщин, вращаются огромные капиталы, платятся налоги, берутся кредиты – хозяева денег торжествуют. И наркотики – это уже не смертельное зло, а всего лишь выгодный товар…
Появляется новый идеал – жизнь взаймы, т.е. в кредит, и целое поколение уже охвачено этой манией. Но ведь это высасывает последние жизненные соки из народа, особенно из молодежи. За провозглашенное «право на жилище» люди на всю жизнь попадают в долговую кабалу. Не знаю, чем закончить – тема неисчерпаема…
Сергей Сохранный
Р.С. - Соглашусь с Сергеем. Тема действительно неисчерпаема, а значит - бесконечна. Поэтому здесь весьма подойдет фраза "дурная бесконечность", в которой и заключен весь смысл того, что происходит в судебной системе. Наш народ попал в воронку этой дурной бесконечности, о которой и написал Сергей. Надеюсь, что многим читающим эту статью понятно, где и в какой точке нашего сознания происходит смена полюсов, и разумная вечность нашей жизни превращается в её пародию - дурную бесконечность.