Найти в Дзене

Недавно отметила 100 лет: вглядитесь в эти глаза

Продолжаю рассказывать о наших долгожителях. Нина Михайловна Дмитриева 17 января отметила свой столетний юбилей. Ее жизнь – это целая эпоха. Нам, перешагнувшим первую четверть ХХI века, трудно представить себе, что еще есть свидетели событий, случившихся почти век назад. «Кровавое воскресенье» и выступление Ленина Родители Нины Михайловны были из одной деревни Новгородской области, но оба в юности уехали в один город, носивший сначала имя Санкт-Петербург, а позже – Петроград. Отец Михаил Иванович уехал учиться на сапожного мастера. Он принимал участие в демонстрации рабочих 9 января 1905 года, пришедших с петицией к императору Николаю II и расстрелянных военными. Михаила спасло чудо. В историю тот день вошел как «Кровавое воскресенье» и фактически стал началом первой русской революции. А на сапожного мастера Михаил выучился, получил очень нужную и востребованную профессию и вернулся домой в деревню. Мать Марина Григорьевна была неграмотной, перед революцией уехала в Петроград, где рабо

Продолжаю рассказывать о наших долгожителях.

Нина Михайловна Дмитриева 17 января отметила свой столетний юбилей. Ее жизнь – это целая эпоха. Нам, перешагнувшим первую четверть ХХI века, трудно представить себе, что еще есть свидетели событий, случившихся почти век назад.

«Кровавое воскресенье» и выступление Ленина

Родители Нины Михайловны были из одной деревни Новгородской области, но оба в юности уехали в один город, носивший сначала имя Санкт-Петербург, а позже – Петроград.

Отец Михаил Иванович уехал учиться на сапожного мастера. Он принимал участие в демонстрации рабочих 9 января 1905 года, пришедших с петицией к императору Николаю II и расстрелянных военными. Михаила спасло чудо. В историю тот день вошел как «Кровавое воскресенье» и фактически стал началом первой русской революции. А на сапожного мастера Михаил выучился, получил очень нужную и востребованную профессию и вернулся домой в деревню.

Мать Марина Григорьевна была неграмотной, перед революцией уехала в Петроград, где работала на фабрике. Она на всю жизнь сохранила воспоминания, как перед ними, рабочими, однажды выступал Ленин, и потом часто рассказывала об этом своим детям.

Поженились Марина и Михаил после революции в своей деревне. Работали в колхозе и воспитывали троих детей: Клаву 1921 г. р., Нину 1925 г. р. и Славика 1935 г. р.

Жизнь в оккупации

Когда Нине было три года, семья переехала в небольшой районный центр – там отцу предложили работу сапожником.

Семье дали комнату всего-то в 28 квадратных метров в двухэтажном деревянном доме. И как же они ей радовались! Нина училась в школе, училась средне, больше всего ей нравилось общественное поручение: она была санитаркой класса, следила за чистотой рук, ногтей и ушей своих одноклассников. Уже тогда она мечтала, что когда-нибудь станет медсестрой. Были у ее три подружки – три Галины, вместе они уроки делали, вместе пионерские поручения выполняли, вместе летом на речку бегали. В 1941 году Нина окончила семь классов.

22 июня 1941 года Нина с сестрой Клавой пошли на озеро, по дороге их нагнали соседские девчонки, на всю округу кричавшие, что началась война.

Семья Нины осталась в городе. Отец шил обувь на заказ. Когда в город пришли немцы, его заставили работать на них. Но он умудрялся помогать партизанам, связь с которыми держала старшая дочь Клава.

Нину с другими юношами и девушками немцы направили на тяжелые работы – грузить песок в вагоны. Девушка она была маленькая, худенькая. Как же она плакала от усталости, этот труд был ей не под силу, но деваться было некуда, работать порой приходилось под дулом автомата.

«Однажды мальчишки, работавшие вместе со мной, вывели коричневым песком на белом песке такие слова: «Не сдадим мы Ленинград – красную столицу, через море перейдем, встанем на границе!» Фашисты рассвирепели, поймали мальчишек, выставили их перед нами и расстреляли», – со слезами на глазах рассказывает Нина Михайловна.

Жизнь в оккупации была трудной. Жили впроголодь. Нескольких друзей Нины немцы убили. А когда фрицы стали сгонять молодежь для угона в Германию, все ее подружки попали в ту колонну. Нину спасла болезнь. Когда немцы пришли к ней домой, она лежала с высокой температурой. Мать сказала, что у дочери тиф. Это отпугнуло фашистов. В другой раз Нина с Клавой во время облавы спрятались в подвале какого-то дома.

В конце января 1944 года жители города уже чувствовали приближение нашей армии. Немцы перед отходом лютовали страшно. Они рыскали по подвалам, искали оружие, обыскивали людей, многих убивали. «В подвал, где пряталась моя семья и другие люди, ворвались немцы. Они выволокли всех наружу, женщин поставили в одну сторону, мужчин – в другую. На папу навели автомат. Клава выбежала, буквально повисла на автомате, стала плакать и умолять не убивать отца. Удивительно, но немец сказал, что у самого в Германии дочь растет, поэтому пожалел Клаву», – вспоминает Нина Михайловна.

Отступая, фашисты взрывали дома, было много пожарищ. Н.М. Дмитриева запомнила начало февраля 1944 года в городе как одно сплошное зарево до небес. Ее дом тоже сгорел.

«12 февраля мы прятались в подвале дома напротив церкви, там был тогда банк. Народу было очень много. Слышались взрывы, стрельба. А потом все стихло. Мы выскочили и побежали к железной дороге – там строем шли наши солдаты. Я помню, как заплакала от радости, что пришло освобождение. Тогда плакали все, кто был со мной, мы обнимались, хотелось обнять и расцеловать каждого бойца», – рассказывает Н.М. Дмитриева.

После освобождения семья Нины стала жить в пустующем доме за железной дорогой. А сама Нина с приходом наших военных устроилась на работу в воинскую часть, получила звание – рядовой, ей выдали воинский билет. Работала она поначалу разнорабочей, потом стала бригадиром, позже – табельщицей в конторе. Трудилась на стройке – город нужно было восстанавливать.

«В теплый день начала мая я была на работе в конторе. Кто-то пришел и громко крикнул, что война закончилась, мы победили! Конечно, мы тут же бросили работу, стали обниматься, плакать, поздравлять друг друга. Побежали в центр города, а там военных много, они тоже все радостные, кто-то шапки вверх кидает. Это было 9 мая 1945 года. Так закончилась эта страшная война», – говорит Н.М. Дмитриева.

Мирная жизнь

После войны сбылась детская мечта Нины Михайловны, она выучилась на медсестру и устроилась в больницу. Работала участковой медсестрой, на приеме с врачом, в операционной – все перепробовала.

Нина Михайловна в молодости
Нина Михайловна в молодости

Однажды на госпитализацию в больницу пришел молодой человек Николай. Когда он выписывался, позвонил Нине Михайловне на работу и пригласил на свидание. Они стали встречаться. Николай прошел две войны, в Великую Отечественную получил тяжелое ранение: остался без лопатки, на спине была огромная вмятина, рука работала на одних мышцах, еще у него было несколько пулевых ранений. Но это не помешало ему в будущем самому построить свой дом.

Поженились они в 1952 году. Платья свадебного у Нины не было. Ее сестра привезла из Германии, где она к тому времени жила со своим мужем-офицером, ткань бордового цвета. Из нее сшили к свадьбе красивое платье.

Супруги Дмитриевы
Супруги Дмитриевы

Через девять месяцев у супругов Дмитриевых родилась дочь Валентина. Она на последнем курсе училища вышла замуж за офицера и уехала с ним по месту его службы.

В 1998 году в семье случилось горе: попал под машину Николай Дмитриевич. Для всех это страшное событие стало сущим кошмаром, из которого они долго выкарабкивались.

Сейчас Нина Михайловна живет вместе с дочерью. Ветерану нелегко, мучают боли, но она не унывает, жалеет только, что подруг у нее уже не осталось.