Найти в Дзене
ОСК | ЦС Звездочка

Кто падал, того пристреливали

Ветеран «Звёздочки» Александра Алексеевна Лепёшкина – несовершеннолетняя узница концлагеря. О боях и бомбёжках, которые шли вокруг их деревни, и голодной жизни в плену она знает со слов взрослых и пересказывает, поминутно вытирая слёзы. Она – уроженка деревни Широкое Смоленской области. Своего отца не помнит: он погиб в 1939 году на Финской войне, а в 1941-м, когда ей было два года, началась война с фашистской Германией. – Наша деревня помогала партизанам, за которыми охотились полицаи. Потом фашисты собрали жителей и сказали: «Вашу деревню будем жечь», и нас погнали на запад, по пути собирая жителей соседних деревень. Это был февраль. Если кто-то падал по пути, того просто пристреливали. Догнали до Белоруссии, до Витебска. Нас было – я, мама, мамин брат 13-ти лет и мамина мама. Взрослые стали работать. Так прошёл год, – рассказала Александра Алексеевна. Потом в товарных вагонах пленников, а это были женщины, дети, подростки и старики, повезли в Германию. Семье Александры Алексеевны пр

Ветеран «Звёздочки» Александра Алексеевна Лепёшкина – несовершеннолетняя узница концлагеря. О боях и бомбёжках, которые шли вокруг их деревни, и голодной жизни в плену она знает со слов взрослых и пересказывает, поминутно вытирая слёзы.

Она – уроженка деревни Широкое Смоленской области. Своего отца не помнит: он погиб в 1939 году на Финской войне, а в 1941-м, когда ей было два года, началась война с фашистской Германией.

– Наша деревня помогала партизанам, за которыми охотились полицаи. Потом фашисты собрали жителей и сказали: «Вашу деревню будем жечь», и нас погнали на запад, по пути собирая жителей соседних деревень. Это был февраль. Если кто-то падал по пути, того просто пристреливали. Догнали до Белоруссии, до Витебска. Нас было – я, мама, мамин брат 13-ти лет и мамина мама. Взрослые стали работать. Так прошёл год, – рассказала Александра Алексеевна.

Потом в товарных вагонах пленников, а это были женщины, дети, подростки и старики, повезли в Германию. Семье Александры Алексеевны пришлось работать на военном заводе под Берлином. Взрослые вредили врагам, как могли, и устраивали забастовки. Она вспоминает, что жить приходилось в бараках за колючей проволокой. Освобождать их пришли союзники – американцы.

Домой они попали только в октябре 1945 года. Пришли – а домов нет! Пришлось поселиться в соседней деревне. В одной небольшой избе жили по 30 человек, спали на полу вповалку. Труд колхозника никогда не был лёгким, после войны все тяготы сельско-
хозяйственного труда легли на женские плечи. Даже пахать приходилось на себе. Женщины впрягались в плуг по 7-10 человек.

– В 1947 году я пошла в лаптях в школу, а она была за шесть километров от дома. Семь классов окончила. Помогала маме: она трудилась на ферме. Потом работала почтальоном. И мне, как служащей, дали паспорт, в отличие от других колхозников, – вспоминает Александра Алексеевна.

На Север она попала благодаря дяде, который отслужил срочную в Архангельской области и остался работать в лесопункте. Приехал с женой в родную деревню в отпуск и уговорил Александру ехать с собой. Потом была жизнь на станции Ломовое, работа в лесопункте, замужество, рождение двух сыновей.

В Северодвинск они сначала приезжали к друзьям в гости, а потом решили остаться насовсем. Город корабелов принял всю семью, включая маму и бабушку, обеспечил их и жильём, и работой.

– Меня сразу взяли дворником и дали комнату. В 1975-м я поступила на «Звёздочку», сначала уборщицей, потом научилась водить электрокар. Так и отработала 27 лет с удовольствием! – уверяет Александра Алексеевна.

Пожелание молодёжи у неё самое простое, но очень важное: не дай бог войны, и чтобы каждый мог спокойно жить и честно работать!

Материал подготовлен пресс-службой администрации Северодвинска