Лето 37-го года. Газеты трубят о раскрытии "военно-фашистского заговора". Люди в недоумении: Как? Неужели Тухачевский? Тот самый "красный Бонапарт", герой Гражданской, создатель советских танковых войск?
А с ним и Якир, и Уборевич - легенды Красной армии, командиры, чьи портреты еще вчера висели на стенах казарм, а сегодня их срывают дрожащими руками политруки... Шок, неверие, страх.
Предательство в самой верхушке армии? Или чудовищная ошибка, за которую через четыре года заплатим страшную цену?
Как громили армейскую верхушку
Майский вечер 1937-го. Маршал Тухачевский возвращается домой с пленума ЦК. Ничего не подозревает. Да, его перевели из замов наркома в командующие Приволжским округом — понижение, но ничего смертельного. В дверь звонят.
"Михаил Николаевич, вы арестованы". Всё. Жизнь кончилась.
А дальше - словно снежный ком. Арестованы командармы Иона Якир и Иероним Уборевич. Взяты комкоры Витовт Путна, Август Корк, Роберт Эйдеман, Борис Фельдман, Яков Алкснис. Элита армии, цвет командного состава!
- Следствие? Какое там! За несколько дней состряпали обвинение, 11 июня собрали спешно Особое судебное присутствие. Судили военные военных: Блюхер, Буденный, Шапошников, Дыбенко...
Старые товарищи судили старых товарищей. Приговор - расстрел. В ту же ночь их всех расстреляли в подвале на Лубянке.
Кем были "изменники" на самом деле?
Михаил Тухачевский. Сын смоленского дворянина. В Первую мировую - подпоручик, в Гражданскую - уже командарм. К 35 годам - заместитель наркома обороны. Человек-легенда.
Друзья называли его "Миша-француз" за безупречные манеры и любовь к искусству. Сам делал скрипки. Обожал шахматы. Говорил на трёх языках. При этом - жесткий, хладнокровный командир, первым в мире разработавший теорию массированного применения танков.
Старый большевик Лев Сосновский вспоминал:
"Помню, как-то Тухачевский зашел ко мне в кабинет. Разговорились. Вдруг он мне сказал: 'Знаете, я не могу без дрожи слышать звуки "Интернационала". Меня каждый раз до слез прошибает..."
Иона Якир. Еврейский парень из Кишинева, в 22 года командовал группой войск! Храбрый до безрассудства. Солдаты его обожали. Говорили: "За Якиром хоть в ад".
- Когда его вели на расстрел, он крикнул: "Да здравствует Сталин!" По слухам, Сталину доложили об этом. Он только усмехнулся: "Вот как ловко маскировался..."
Иероним Уборевич. Литовец, сын крестьянина. Интеллектуал в военной форме. Знал четыре языка, лично изучал немецкую военную школу. Один из первых понял опасность гитлеровской армии, настаивал на скорейшем перевооружении.
"А был ли мальчик?" - тайна заговора
Сталину на стол легла папка. В ней - "доказательства" связи Тухачевского с немецким Генштабом. По слухам, бумаги передал президент Чехословакии Бенеш. "Доказательства" оказались липой - операцией немецких спецслужб.
Вальтер Шелленберг, гитлеровский разведчик, позже писал: "Гейдрих лично сфабриковал документы о сотрудничестве Тухачевского с немцами. Русские заглотили наживку. Это стоило им десятков тысяч офицеров..."
- Дальше - хуже. Начались допросы. С пристрастием, до крови, до потери сознания. Бывший следователь НКВД Борис Родос потом признался: били страшно, по приказу сверху.
А что у обвиняемых в показаниях? Абсурд! Тухачевский якобы стал немецким шпионом в 1925-м, когда из страны не выезжал. Якир "признался", что завербован в 1917-м... японской разведкой, в Харькове, где японцев отродясь не было.
Зачем Сталину это понадобилось?
Страх. Но страх диктатора стоит миллионы жизней.
Маршал Георгий Жуков, знавший Тухачевского лично, говорил: "Сталин панически боялся военных. А тут - Тухачевский! Красавец, умница, любимец армии. Вокруг шепчутся: "Наш советский Бонапарт". А Сталин помнил, что Бонапарт сделал с революцией..."
- Нарком Ворошилов, поддержавший репрессии, был человеком малообразованным. Командовал, как в Гражданскую: "шашки наголо" да в атаку. Тухачевский с его танковыми теориями, авиацией, моторизацией раздражал его. "Академик нашелся! Умник!" - говорил о нем Ворошилов.
Ну и еще один момент. В начале 1937-го Сталин получил донесение, что в окружении Тухачевского кто-то сболтнул лишнего. Мол, "если Гитлер нападет на СССР, не видеть нам поддержки Запада, пока у власти Сталин..."
"За что боролись..." - цена репрессий
После расстрела "заговорщиков" маховик репрессий только набирал обороты. За 1937–1938 годы из РККА вычистили:
- 3 маршалов из 5;
- почти всех командармов;
- больше половины комкоров;
- две трети командиров дивизий и бригад.
"Бериевская мясорубка" перемолола тысячи офицеров! Командирами становились вчерашние лейтенанты. Маяковский как в воду глядел:
"Я знаю - город будет, я знаю - саду цвесть, когда такие люди в стране советской есть!"
Никита Хрущев вспоминал разговор с маршалом Коневым уже после войны. "Иван Степанович, если бы не тронули Тухачевского и других в 37-м, мы бы в 41-м немца встретили не под Москвой..." Конев в ответ стукнул кулаком: "Какое там под Москвой! Война закончилась бы в 1942-м, и не в Берлине, а где-нибудь на Одере!"
Возвращение из небытия
- 21 января 1957-го.
Военная коллегия Верховного суда собралась в другом составе. Приговор 37-го года отменен "за отсутствием состава преступления". Всех реабилитировали.
Нина Тухачевская, жена маршала, расстреляна в октябре 1941 года. Дочь Светлана моталась по лагерям вплоть 1956. Брат маршала, Александр Николаевич, расстрелян в декабре 1937..
- Вместо послесловия
История не выносит сослагательного наклонения. Но все-таки... Иногда я представляю: лето 41-го, немцы рвутся к Москве. А им навстречу - танковые клинья Тухачевского. Артиллерия Уборевича. Авиация Алксниса. Была бы другой история? Безусловно.
"У народа, который не извлекает уроков из своего прошлого, нет будущего", - сказал когда-то философ Сантаяна. Давайте хотя бы сейчас учиться на ошибках прошлого. Чтобы не расплачиваться за них новой кровью.