Найти в Дзене
ТВОРИТЬ ПРОСТО

«Они уехали в Тайланд “на 2 месяца”. Я растила их сына 2 года. Он уже стал звать меня “мама”. А теперь — плачет по телефону

"Здравствуйте. Не знаю, правильно ли я делаю, что пишу сюда, но мне просто нужно высказаться.
Может, кто-то меня поймёт. Потому что в своей семье я уже чувствую себя лишней. Мне 62 года. Пенсию получаю, но продолжаю работать — подрабатываю уборщицей в клинике, чтобы было на жизнь. Муж умер 10 лет назад, живу одна. У меня одна дочка — Лена.
Хорошая девочка была. Тихая, умная. Вышла замуж, родила сына, Артёмку. Мне тогда 58 было, я на седьмом небе. Первый внук, долгожданный.
Я помогала, как могла. Пеленала, сидела, гуляла. Всё было как у всех. А потом они сказали, что уезжают. В Тайланд. На пару месяцев. Отдохнуть, поработать, обдумать, может ли зять открыть там бизнес.
Сначала сказали, что внука заберут. Я даже расстроилась: ну как же — бабушка есть, зачем его тащить? А потом, через неделю, Лена звонит:
«Мам, мы передумали. Всё-таки оставим Тёму с тобой. Ты ведь не против? Сама же предлагал. Всего два-три месяца». Я не была против. Как я могу быть против внука? Я только была рада

"Здравствуйте. Не знаю, правильно ли я делаю, что пишу сюда, но мне просто нужно высказаться.
Может, кто-то меня поймёт. Потому что в своей семье я уже чувствую себя лишней.

Мне 62 года. Пенсию получаю, но продолжаю работать — подрабатываю уборщицей в клинике, чтобы было на жизнь. Муж умер 10 лет назад, живу одна. У меня одна дочка — Лена.
Хорошая девочка была. Тихая, умная. Вышла замуж, родила сына, Артёмку. Мне тогда 58 было, я на седьмом небе. Первый внук, долгожданный.
Я помогала, как могла. Пеленала, сидела, гуляла. Всё было как у всех.

А потом они сказали, что уезжают. В Тайланд. На пару месяцев. Отдохнуть, поработать, обдумать, может ли зять открыть там бизнес.
Сначала сказали, что внука заберут. Я даже расстроилась: ну как же — бабушка есть, зачем его тащить? А потом, через неделю, Лена звонит:
«Мам, мы передумали. Всё-таки оставим Тёму с тобой. Ты ведь не против? Сама же предлагал. Всего два-три месяца».

Я не была против. Как я могу быть против внука?

Я только была рада — хотя и понимала, что тяжело. Я одна, работа, ребёнок. Но ведь это семья. Любимый внук.

Первые месяцы звонили почти каждый день. Рассказывали, как у них там, спрашивали, как Тёма. Он скучал, особенно поначалу. Плакал по ночам. Я успокаивала.
Потом вроде привык. Я водила его в сад, ходила на утренники, учила стишки. В общем исполняла роль не только бабушки, но и матери. А что делать?

Деньги присылали нерегулярно — иногда, честно говоря, приходилось выбирать, на что потратить: на его обувь или на себе что-то купить.
Но ничего. Я справлялась.

Прошёл год. Потом полтора. Потом — два.
Они всё реже звонили. А потом вообще начали появляться только по видеосвязи, да и то на пять минут, "мы заняты, мам".

Я писала им, что внук растёт, что у него появляются новые привычки, что увлекся футболом. Что начал немного заикаться, когда волнуется.
Они кивали, но как-будто пропускали все мимо ушей. И мне становилось всё обиднее.
Потому что я вроде и не мама ему, а вроде и не просто бабушка.
Я же его растила.
Я ему заменила мать последние два года.

И вот — недавно. Возвращаются. Ни с того ни с сего.
Звонят, говорят: "Мы прилетаем. Мы соскучились. Всё, заберём Тёму домой. Хватит его мучить разлукой".

Я не поняла.
Как “заберём”? В каком смысле “мучать”?
Он меня уже и "мамой" начал называть иногда. Я его к врачу вожу, я знаю, как он любит только красные макароны и терпеть не может жареный лук. А вы просто… прилетели и забрали? Как-будто этих 2 лет и не было?

Я предлагала им сначала пожить нам всем вместе. Чтобы он привык. Но они не захотели.

Они забрали его через неделю. Я молчала. Потому что если бы сказала хоть слово — расплакалась бы.

Теперь он живёт с ними. Я даже не успела толком попрощаться — он думал, что уходит в гости.

А потом звонил мне в слезах: "Бабушка, я хочу к тебе. Я не хочу здесь. Здесь пахнет не так."

Я пыталась говорить.

Говорю: он вас не узнаёт. Он плачет, когда вы рядом. Он не хочет жить с вам. Вы ему чужими стали. Дайте ему время перестроиться.

А Лена ответила:
“Он ребёнок. Привыкнет. Это наш сын, мама. Ты должна это понять.”

У меня сердце разрывается. А Лена говорит: "Ты что, хочешь его у нас отобрать? Это ненормально".


А я не хочу отбирать. Я просто хочу, чтобы Тёма сначала заново привыкнул к ним.

Понял, что это его родители, а не чужие дядя и тётя. Что бы они сначала лучше узнали сына, ведь он теперь совсем другой.
А не делали вид, что эти два года — это просто так.

Да и просто обидно, что я стала резко лишней, когда моя помощь перестала быть нужна.
Не мать, а удобный вариант сбагрить ребёнка на пару лет.

Я не знаю, что чувствовать. Это обида. И боль. И страх.
Я не прошу ничего. Только понять — я просто бабушка. Но я люблю его, как мать. А меня вычеркнули.

Если у кого-то была похожая история — напишите. Я не знаю, нормально ли это. Или я правда перегибаю?”

Очень непростая история. Думаю, многие бабушки узнают себя. С одной стороны — ребёнок должен быть с родителями. А с другой, разве они не сами его как-будто бросили? Да, на время, да, ради лучших побуждений. Но факт от этого не меняется.

Ситуация, в которой нет однозначных “правых” и “виноватых”.

Но есть человек, который устал. Которому больно. Который не заслужил быть “удобным решением на время”.

А как вы считаете? Что чувствует ребёнок? И что делать бабушке, когда её “выключают” из жизни, в которую она вложила душу?


Если и вам нужно разобраться в ситуации, попросить совета у читателей или просто высказаться, то пишите свои истории по адресу Vahsiistorii@yandex.com

Другие истории читателей: