В декабре 2024 года в Париже вновь открылся, после долгой реставрации Собор Парижской Богоматери, он же Нотр-Дам, серьезно пострадавший при пожаре в апреле 2019 года. Помню тот тревожный вечер, когда мы не могли оторваться от трансляции, сидели перед экранами до глубокой ночи, не в силах поверить в происходящее. Казалось, на наших глазах полыхает, не просто один из символов Парижа, а один из важнейших объектов мировой культуры, что-то великое и вечное. Тогда всё это ощущалось как катастрофа. Сегодня, наверное, такая новость затерялась бы в ленте, я бы грустно вздохнул и пролистал дальше. Вот такой был порог чувствительности к трагедиям в 2019 году, когда казалось, что ничего хуже произойти не может.
Нам посчастливилось побывать в соборе буквально за несколько месяцев до пожара, в январе того же года. Воспоминания о поездке были ещё свежи, и потому особенно больно было видеть, как пылает храм, в котором мы только недавно стояли, слушали хор, поднимались на крышу…
В тот раз, мы возвращались из путешествия по Южной Америке и прилетели в аэропорт имени Шарля де Голля.
Помню, как выйдя из парижского метро, первое, что мы увидели это был
Нотр-Дам. Он появился внезапно, величественный и строгий, как будто наблюдавший за суетой, царящей в Париже с высоты веков.
Мы бросили чемоданы в отеле, который находился всего в нескольких минутах от острова Сите и отправились исследовать зимний Париж.
Первым делом мы посетили Нотр-Дамм, послушали хор внутри собора и отстояв небольшую очередь, поднялись на крышу, где посмотрели на город с высоты, вместе с восседающими на парапете горгульями. С крыши собора, Париж открывался как на ладони, величественный и невероятно притягательный.
До этого я бывал здесь летом, но зимой город производит совсем иное впечатление. Снег тихо ложился хлопьями на брусчатку, на крыши зданий, построенных во время большой реновации Парижа, под руководством барона Османа, добавляя всему определенного шарма.
Ближе к обеду, снег быстро растаял, а когда выглянуло солнце, город сразу приобрел другие, более яркие оттенки.
Здесь было невозможно не обратить внимание на вывески Парижского метро, исполненные в стиле Ар-Нуво. Дизайн вывесок разработал Эктор Гимар, тогда еще молодой архитектор, который в середине XIX века также работал над реставрацией собора Нотр-Дамм. Он не только применил не самый традиционный шрифт для надписи Metropolitain, но и при оформлении вывесок использовал природные, волнистые мотивы, что сначала вызвало много споров, но со временем такой дизайн стал неотъемлемой частью, парижской городской среды.
Мы бродили по улицам, заглядывали в украшенные еще к Рождеству кафе, разглядывали книги у букинистов вдоль набережной Сены и нам хотелось прихватить что-то у них на память.
Дошли до Лувра, постояли на площади перед стеклянной пирамидой, спорной с архитектурной точки зрения, но уже ставшей неотъемлемой частью парижского пейзажа. Мы поняли, что если зайдем внутрь, то проведём там весь оставшийся день, а впереди было ещё так много интересного задумано. Поэтому решили отложить визит в Лувр до следующего раза.
Прогулявшись по Елисейским полям, мы дошли до Триумфальной арки, а затем до одного из мостов через Сену, с которого открывался вид на Эйфелеву башню. Там мы устроили импровизированный пикник, в формате фуршета. Достали припасенные круассаны из буланжерии и термо-кружку с кофе. Мы обосновались у перил моста и романтичнее просто невозможно было придумать.
По пути мы даже оказались участниками митинга зоозащитников. А куда ещё можно попасть в Париже, как не на демонстрацию? У нас с собой был флаг с выдрой, символом нашего урбанистического проекта. Чтобы не объяснять организатором, смысла и задач нашего проекта, мы просто сказали, что спасаем выдр и нас с удовольствием приняли в ряды участников.
Под вечер мы поднялись на Монмартр. Площадь художников уже почти опустела и остались только открытые кафешки и сувенирные лавки. Мы купили маленький хендмейд-сувенир, и, не торопясь, дошли до базилики Сакре-Кёр, где остановились и долго смотрели на ночной Париж с высоты. Где-то вдалеке заметно выделялась, подсвеченная Эйфелева башня. Людей на холме уже в это время не было и только редкие туристы встречались на извилистых, выложенных брусчаткой улицах Монмартра.
Спустившись с холма, мы оказались на бульваре Клиши, где уже собирались зрители у входа в Мулен Руж, а мы, немного побродив по ночному городу, направились обратно в сторону отеля.
Напоследок мы ещё раз прогулялись по острову Сите и в последний раз за тот приезд остановились на площади перед Нотр-Дамом. Снег продолжал идти крупными хлопьями, тусклые фонари рассеивали мягкий свет, и казалось, что горгульи на фасаде храма внимательно следят за нами с высоты. Мы стояли в самом сердце Парижа, самого романтического города мира и старались навсегда запомнить этот момент.
Спасибо за внимание