Начало истории:
Всем привет! На связи лиса Василиса.
Вы, наверное, ждете продолжение рассказа о моей семье? Тогда усаживайтесь поудобнее.
Я росла довольно послушным лисёнком, но быстро поняла, что мои люди ничего не понимают в жизни.
Например, они постоянно копаются в земле, словно ищут там какой‑то волшебный клад, но до сих пор не построили ни одной приличной норы. Ни тебе мягкой подстилки из мха, ни запасного выхода на случай опасности - одни грядки с непонятной зеленью. Они не обрастают мехом к зиме и не наблюдают за птицами. И как они вообще выживают?
Меня люди тоже плохо понимают. Однажды я увлечённо играла в «Дочки‑матери»: укладывала плюшевого зайца спать и напевала колыбельную на своём, лисьем языке. А они почему‑то решили, что мне понравится живой лисёнок, и притащили того, кого они называли «Рик».
Рик пах другой шубной фермой: смесью сена, чужих следов и какой‑то странной химии, от которой щекотало в носу. Он вилял хвостом так усердно, будто отрабатывал какой‑то норматив, и всё время пытался лизнуть меня в нос. Но что‑то в его поведении подсказывало мне, что привыкать к этому парню не нужно: он смотрел на мир слишком радостно, словно не знал, что жизнь - это сложная штука.
Я была права. Через две зимы его не стало, а моя мама, вздыхая, сказала, что у Рика нашли «проблемы с сердцем». Видимо, оно просто не выдержало его бесконечного оптимизма.
В этой главе можно было бы поставить точку, если бы не одно событие. Осенью я сбежала. Мне казалось, что у людей есть этот Рик, и они не сильно расстроятся. Норы копать я умею, птичек вокруг полно, ещё и ягоды зреют. Здравствуй, свобода!
В лесу мне никто не мешал жить, как я хочу. Можно было не спать по ночам и носиться по полянам, сколько душе захочется. Можно было измазаться по уши в грязи: в той, что пахнет особенно вкусно и напоминает о чём‑то древнем и диком. Но я всё равно скучала по маминым рукам и её весёлому смеху.
Да, вы можете удивляться моей глупости, но я вернулась домой. «Домой», потому что мой дом там, где меня любят и ждут. А меня явно ждали - во дворе я нашла в своей мисочке ломтики персика. Эти сочные, ароматные кусочки с пушистой кожицей - настоящая роскошь, которой не бывает в лесу (если вдруг вы не знали). Я осторожно обнюхала угощение, потом лизнула и поняла, что готова простить людям их странные привычки, лишь бы такие моменты повторялись почаще.
Впрочем, в лесу меня тоже полюбили. Люди называли их «клещи». Эти крошечные, настойчивые создания противно ползали по моей коже, цеплялись за мех с упорством альпинистов и не хотели отцепляться, даже когда дядя с добрым голосом пытался снять их пинцетом.
Он приговаривал: «Ну‑ну, малыш, потерпи, сейчас мы их снимем», – а я думала, что, наверное, он хочет отправить их потом обратно, в лес, с запиской: «Дорогие клещи, пожалуйста, в следующий раз выбирайте кого‑нибудь другого».
Я же обратно не торопилась. Мне было хорошо с моими людьми — с их странными привычками, тёплыми объятиями и персиками в мисочке.
На сегодня это всё. Вынуждена поставить точку до следующего приключения!
До новых встреч, ваша Василиса 🐾
Продолжение истории: