Духовка пронзительно пищит, извещая о готовности десерта. Макс встаёт рядом, пока я выкладываю ароматный кекс на тарелку, и протягивает мне толстую свечку, вроде тех, что держат дома на случай отключения света.
— Такая подойдёт? — в его вопросе странное веселье.
Берусь за свечу, одновременно задаваясь вопросом, как я воткну эту громадину в фондан, но он не отдаёт. Подняв на него вопросительный взгляд, предпринимаю ещё одну попытку, но он держит эту штуковину стальной хваткой, задорно улыбаясь. Что за игры? Хмурюсь. Разжимаю ладонь и обнимаю себя за плечи в ожидании. Молчу, обиженно поджав губы. Он тоже молчит и загадочно всматривается в мои глаза, ища в них что-то. Не глядя кладёт свечу на стол, обхватывает меня за талию и мягко усаживает на столешницу, вставая между моих бёдер.
— Лили, не забивай свою голову ненужными вещами, — заправляет мои всё ещё влажные волосы за уши, — нам хорошо друг с другом. Зачем всё усложнять?
Надеваю на себя свою самую лучшую улыбку и подыгрываю ему:
— Кто сказал, что я думаю иначе?
— Минуту назад мне показалось, что ты обиделась.
— Тебе показалось. — Целую его в щёку и спрыгиваю со стола, чтобы довести до ума свой подарок. — К тому же, ты слишком стар для меня. Так что не обольщайся, — добавляю, подмигивая, и чересчур кровожадно втыкаю свечу в импровизированный именинный торт.
— Стар, значит? — Макс начинает надвигаться с мрачной улыбкой, вынуждая меня попятиться.
Его грозно-игривый взгляд сначала приводит меня в замешательство, а потом я понимаю, что он собирается сделать. Ухмыляюсь, потому что он поддался на мою провокацию.
— Очень стар, — киваю, обходя барную стойку, чтобы создать между нами барьер. — Боюсь, со временем тебе будет всё сложнее справляться с молодыми девушками, — осознанно подливаю масла в огонь, видя его реакцию.
Во мне поднимается такая знакомая волна адреналина. Ну, здравствуй, прежняя Лилиан Батлер, а то я уже начала переживать. Меня пробирает нервный смех, когда Макс резко ускоряет свой шаг, точно волк, увидевший трусливого зайчишку. Срываюсь с места, хохоча как ненормальная. Понимаю, что силы неравны, но не могу же я сдаться просто так, верно? Добегаю до дивана и, запрыгнув на него, начинаю отстреливаться подушками от этого хищника. Макс уклоняется с завидной ловкостью и, когда у меня заканчиваются орудия, с рыком перекидывает меня через плечо, кусая за задницу. Серьёзно? Он только что укусил меня?
— А-а-а! Кроу, отпусти меня! — смеюсь, предпринимая слабую попытку вырваться.
Шлёпаю его по заду, потому что это единственное место, до которого я смогла дотянуться. Приятные ощущения, стоит отметить. Кровь приливает к голове. И не только от того, что я сейчас вишу вверх ногами. Вижу его кровать, до которой мы так и не успели добраться, а спустя секунду падаю спиной на мягкое одеяло. Макс нависает надо мной, опёршись на руки по обе стороны от моей головы. На лице ни намёка на улыбку, но его шальные глаза с расширенными от возбуждения зрачками выдают его с головой:
— Ты бросаешь мне вызов? Думаешь не справлюсь с тобой?
Упорно молчу, наслаждаясь тем, что довела до ручки этого мужчину. Укладываю свои ладони на его грудь, медленно обвожу все напряжённые изгибы, опускаясь всё ниже. Специально томлю его, проводя пальчиком вдоль резинки его штанов, и только спустя несколько долгих секунд ныряю в них, чуть приспуская. С удовольствием подмечаю перемену в выражении его лица, когда я начинаю ласкать его. Кадык нервно дёргается, пока он следит за моими действиями. Позволяет мне взять власть в свои руки во всех смыслах этого слова. В глубине души я хотела вывести его на нужные мне эмоции. Те, которые он испытывает на самом деле, а не скрывает под искусственной маской волка-одиночки. Я нужна ему. Просто знаю это. И дело не только в сексе. Сглатываю от волнения, когда он одной рукой порывисто обхватывает мои запястья и фиксирует их над моей головой. Не отрывая своего расфокусированного взгляда от моих глаз, резко входит в меня, с шумом выдыхая. Останавливается.
— Манипулируешь мной? — слегка сжимает моё горло ладонью.
Толчок. Я едва дышу. Мои губы приоткрываются от нехватки кислорода. Ловлю себя на том, что меня безумно возбуждает его властный тон, а потом мой рассудок снова куда-то уносит потоком неги. Стараюсь сдерживать рвущиеся наружу стоны, чтобы не выдать своё подлинное отношение ко всему происходящему. Я хотела обнажить его душу, а не свою…
— Ты ошибаешься, Лили, — его угрожающий шёпот не оставляет сомнений в его правоте. — Посмотрим, кто из нас устанет первым, — продолжает свой монолог, сопровождая каждую реплику очередным жёстким толчком, от которого я вынуждена хватать ртом воздух.
— Своенравная, дерзкая… — на мгновение прикрывает глаза от кайфа, когда я делаю характерное движение бёдрами ему навстречу. — Моя, — последнее слово произносит едва слышно и накрывает мой рот своим.
Короткое слово из трёх букв, но сколько в нём для меня смысла. Похоже, он и сам до конца не осознает, насколько мы оба влипли.
Неловкий момент
После нашей сумасшедшей ночи я избегала Макса несколько дней. Я не стала оставаться с ним на все выходные, сославшись на помощь Глории. В принципе, он не сильно настаивал, а мне… Мне нужно время, чтобы прийти в себя и решить, как быть дальше. Несмотря на безумное влечение между нами, я понимаю, что мне этого недостаточно. Я не готова стать очередной подстилкой, прыгающей в его постель по первому зову, ведь он ясно дал понять, что серьёзные отношения — не для него. Особенно сейчас, когда мы вынуждены скрываться и прятаться. Не хочу занимать в списке его приоритетов даже второе место.
Свою вечно ломающуюся машину я выставила на продажу, поэтому общественный транспорт — теперь моё основное средство передвижения. Не спеша иду со станции «Метрорейл [1]», в который раз осознавая, как сильно я привязалась к этому городу. Здесь мне нравится всё, начиная от тёплого климата и современной инфраструктуры и заканчивая беззаботной атмосферой курортного мегаполиса, которая так тянет сюда туристов со всего света. Правда, сегодня погодка выдалась под стать моему настроению. Небо затянуто сизыми плотными тучами, и с самого утра идёт нудный дождь, который и не думает прекращаться. Уличный воздух наполнился свежим землистым запахом сырости, таким непривычным для душного Майами. Одно радует: любой, даже самый сильный дождь когда-нибудь заканчивается.
Меня с головой закрутило в водоворот учебных будней, и я совру, если скажу, что устала от этого, или что мне не по душе все эти ужасающие, непроговариваемые с первого раза термины. Совсем наоборот. Мне даже понравилось это своеобразное противостояние «Кто кого?», в котором, конечно, должна победить я, а не бездушная книга.
Кроме привычных занятий в моём расписании сегодня отдельный урок с Кэтрин Шанталь, а затем тренировка по волейболу. При мысли о том, что я сегодня увижу Макса, живот начинает крутить от волнения. Долго бегать от него всё равно не выйдет, а если я ещё и его тренировку пропущу, это будет слишком явным свидетельством моих увиливаний. Ему совсем необязательно знать, что я изо всех сил пытаюсь возродить свою былую гордость.
У входа меня поджидает наша разношёрстная компания во главе с Рейвом. К счастью, между нами ничего не изменилось. Он нормально воспринял наличие у меня молодого человека, при том, что я сама до сих пор не знаю, есть ли он у меня. Вот такой вот парадокс.
— Привет, Лили! А мы тут обсуждаем вечеринку на Хэллоуин. Ты в теме? — оживлённо спрашивает Виктория, с интересом разглядывая мой зонт цвета фуксии.
Да, знаю. Он нелепый и слишком в стиле «Барби», но мне важно поддерживать образ глупышки, которую легко заманить в свои сети. На мне и кофта сегодня розовая. Банально, но как есть.
— Супер! Что от меня требуется? — пытаюсь изобразить восторг, но, честно признаться, все эти жуткие тыквы меня раздражали с самого детства.
— Да просто приходи на вечеринку в «Стори». Разумеется, в каком-нибудь вызывающем наряде, — Рейв, как обычно, сама простота. Делаю вид, что закалываю его зонтом, как шпагой, отчего он хохочет.
«Стори» — это ночной клуб на Саус Бич, известный своими тематическими вечеринками. Представляю, какой там будет ажиотаж в этот день. Только терпеть не могу эту возню с маскарадом. В обычном платье туда не пропустят, а быть очередной ведьмой или вампиршей — совсем не моё.
Прошу друзей не ждать меня, а сама спешу наведаться в уборную, чтобы ответить на гневное SMSМакса.
М: «Какого чёрта?»
И ниже скриншот чата сатанистов, в котором Ли Девил [2] является его активным участником. Ну да, грешна. Зарегистрировалась там пару недель назад. Не то, чтобы я скрывалась. Даже наоборот: на аватаре моё фото, иначе как ещё привлечь внимание Демона?
Л: «Стив помог узнать?»
М: «Сам справился!»
И следом:
М: «Не заставляй меня жалеть о том, что уговорил твоего отца оставить тебя в УМ!»
А я-то думаю, почему отец перестал гнуть свою линию.
Л: «И как же ты его убедил?»
М: «Дал слово, что со мной ты в безопасности».
Не отвечаю. Просто смотрю на его сообщение и улыбаюсь, как умственно отсталая.
М: «Ещё одна подобная выходка и ты вылетаешь из университета».
М был в сети секунду назад.
Я буквально вижу, как он в бешенстве отключает экран телефона. Дурачок мой. Проверяю этот идиотский чат, и мои догадки подтверждаются: «Сообщество заблокировано по требованию правоохранительных органов».
Спешу на лекцию, резво перескакивая через ступеньки. Благо, что сегодня из-за непогоды я в удобных слипонах и джинсах. В коридорах почти никого не осталось. Бросаю взгляд на настенные часы. Две минуты до лекции. Плохо, Лили, очень плохо. Перехожу на быстрый бег, но не достигаю цели, потому что за поворотом впечатываюсь лицом в чью-то массивную грудь. Всё происходит так неожиданно, что я не успеваю рефлекторно подставить руки. В смятении отстраняюсь, приглаживая волосы, и застываю, когда поднимаю голову:
— Ой, извините, мистер Хантер.
— Лилиан, похвально, что ты так торопишься на мою лекцию, но рекомендую заводить будильник пораньше, — невозмутимо поправляет свой пиджак, чтобы скрыть след от моей помады на рубашке.
Вот же засада!
— Да, разумеется. Ещё раз прошу извинить, — только хочу направиться в аудиторию, как он меня останавливает, хватая за запястье. Этот контакт был секундным, но всё равно несказанно удивил меня.
— Стой. Как раз хотел попросить тебя сходить в библиотеку.
Достаёт из нагрудного кармана сложенный клочок бумаги, по-видимому, со списком учебников, грубо вкладывает его в мою протянутую ладонь, разворачивается и уходит к студентам. Ещё какое-то время смотрю ему вслед, наблюдая за ровной уверенной походкой. Ни малейшего признака нервозности и никаких навязчивых движений, свойственных психопатам. Статный мужчина, знающий себе цену. Бессонными ночами я снова и снова изучала досье на Хантера, каким-то внутренним чутьём понимая, что дело тут нечистое. Уж больно идеальный образ получился: выходец из интеллигентной семьи, два высших образования, опыт работы в Департаменте внутренних дел США. К своим сорока пяти годам за его плечами успешная защита диссертации. Репутация Крейга Хантера до тошноты безупречна, за исключением маленького «но»: он отец-одиночка. О матери ничего неизвестно. Ребёнок из пробирки, не иначе. Как такое возможно, что даже всемогущему хакеру Стивену не удалось нарыть информацию о происхождении девочки? И ещё. Профессор каждую субботу посещает церковь. Разве сатанисты ходят в церковь? Те, с которыми мне довелось пообщаться — нет.
Библиотека встречает меня тишиной и покоем. Ни разу здесь не была, а стоило. Здесь царит неповторимый запах древесины и типографской краски. Этот аромат мне напоминает детство. Всякий раз, когда я гостила у бабушки по материнской линии, она водила меня в городскую библиотеку, где я часами могла читать любимые сказки. Особенно нравились, конечно, те, в которых принц спасал принцессу от злого дракона, и они жили долго и счастливо.
— Мисс, вам помочь? — из-за стойки на меня поглядывает хмурая женщина в огромных очках и с аккуратным пучком на голове.
Подозреваю, что где-то существует кодекс библиотекарей, в котором прописывается их внешний вид.
— Да. Мне нужны вот эти учебники, — разворачиваю листок и едва его не роняю.
Лицо и, похоже, даже уши и шея мгновенно вспыхивают, потому что никакого списка здесь нет. Это наша с Викторией переписка, где я называла Хантера латентным маньяком. Боже, какой стыд. Как это попало ему в руки? Почему он решил проучить меня только сейчас? Пытаюсь судорожно вспомнить тот день и понимаю, что не видела точно, как Вики прятала её. Обычно на лекциях Терминатора в нас открываются сверхспособности, и мы становимся чревовещателями, а ещё научились переглядываться боковым зрением, не поворачивая головы. Тот раз не был исключением.
— Мисс, долго ждать? — нетерпеливая мадам испепеляет меня своими глазищами, кажущимися огромными из-за толстых линз.
— Я сама выберу, пожалуй, — убираю эту злосчастную записку в сумку и направляюсь к стеллажам с юридической литературой.
***
— Ох***ть! Теперь я точно завалю экзамен! — Виктория в отчаянии несколько раз бьётся лбом об стол.
Мои брови взлетают вверх, так как я впервые слышу, как она сквернословит. Вот что значит поближе узнать человека. С виду казалась такой холёной и культурной, а на деле пускала пыль в глаза. Судя по повисшему молчанию за столом, остальные тоже в ауте от моего рассказа. Что до меня, то я уже спокойна, как пациент психбольницы, напичканный транквилизаторами.
Ступая мимо книжных полок, я размышляла о своём поведении, и не придумала ничего лучше, чем извиниться понятным верующему человеку способом. Я притащила Хантеру стопку учебников, положив на самый верх Библию с закладкой. Кажется, я впервые видела его изумление при виде моего выбора. Со своего места наблюдала, как он промокнул лоб носовым платком, а потом всё же открыл страницу, где я выделила послание апостола Павла: «Как Христос простил вас, так прощайте и вы». Никогда не забуду, как профессор поднял на меня свой острый взгляд и едва заметно улыбнулся. Улыбнулся! Мне! Он дал понять, что извинения приняты, так что можно с лёгкостью перевернуть очередную страницу моей персональной книги казусов.
— И что теперь делать? — не унимается Виктория. — Меня родители убьют!
— Вики, он не знает, что второй человек в переписке — ты. Да он и не спрашивал, — успокаиваю её, уминая запечённый картофель. Жара спала и во мне проснулся отменный аппетит.
— Лили уже всё разрулила, Вики, не дрейфь! — вставляет Глория, которая в тот день удачно прогуляла лекцию, а сейчас забавляется над всей этой ситуацией.
— Да… Так сыграть на чувствах человека, Лили! Ты коварная! — подшучивает надо мной Рейв, имея в виду Библию.
Хочется верить, что Хантер верно расценил мой поступок и не принял его за издёвку.
***
— Итак! Сегодня отрабатываем взлёты [3], — оповещает деловым тоном наш тренер Кроу, который, к слову, остался при своей фамилии.
Цитирую: «Когда твой друг — хакер мирового уровня, он без труда сделает так, чтобы ни у кого не возникло вопросов».
Он вошёл во вкус: на нем чёрная волейбольная форма с белыми вставками на плечах, запястники, наколенники и даже свисток. В очередной раз поражаюсь тому, как он умеет вживаться в нужную ему роль. Хотя верховодить он любит, этого не отнять. Заливаюсь румянцем при воспоминаниях о его командном тоне совсем в другой обстановке.
Наша женская сборная выстроилась в две шеренги в ожидании дальнейших инструкций. Я трусливо прячусь за спиной дылды Аманды, чтобы лишний раз не сталкиваться с Максом взглядами. И в очередной раз задаюсь вопросом: «Какая из меня волейболистка с моим ростом?». Это просто смешно. Девчонки расстарались на славу. В воздухе витает адский коктейль ароматов, которыми они так щедро себя поливали в раздевалке. Поскорее бы уже рассредоточиться по залу, чтобы вдохнуть полной грудью.
— По четверо подходим к батутам! — указывает в сторону сетки, перед которой уже расставлено пять тренировочных батутов. — Сначала просто разогреваетесь. Десять прыжков, потом смена. Всего шесть подходов. Начали! — не говорит, а рубит. Кто-то не в духе сегодня?
Продолжение следует...