Устраивать жестокие битвы на потеху публике — забава с глубокими историческими корнями. В Древнем Риме гладиаторы сражались почти восемь столетий. Считается, что римляне переняли эту жестокую традицию у одного из италийских племён в первой половине III века до н.э. Отказываться от неё начали только после утверждения христианства в качестве государственной религии. Гладиаторские бои были признаны негуманными с точки зрения религиозной морали и расценивались как пережиток язычества. К V веку, после серии запретов со стороны властей, интерес к таким состязаниям окончательно угас.
Однако до этого времени римляне с увлечением наблюдали за кровавыми спектаклями, делали ставки и чествовали мужчин, скрашивавших их досуг. Некоторых гладиаторов искренне восхищённо любили, с нетерпением ожидая их выхода на арену. Впрочем, нравилось это не всем — даже в период расцвета популярности боёв. Так, философ и поэт I века н.э. Сенека писал в своих «Нравственных письмах к Луцилию», что подобные развлечения губительно влияют на зрителей, пробуждая в них жадность, тщеславие и стремление к роскоши. Он отмечал также, что гладиаторы убивают только для того, чтобы быть убитыми: «У них нет иного выхода, кроме смерти». Однако здесь Сенека, предостерегая молодого Луцилия, явно сгущает краски — и с ним можно поспорить.
Вопреки расхожему мнению, поединки на римской арене вовсе не всегда заканчивались смертью одного из участников. Во-первых, бой мог остановить судья — summa rudis, — если один из гладиаторов был серьёзно ранен или неоднократно нарушал правила. Как правило, судьёй становился бывший гладиатор — человек, досконально знающий ремесло. Во-вторых, опытный гладиатор представлял собой ценное «имущество» — терять его без нужды было невыгодно.
Выяснилось даже, что к ним относились вполне достойно, а порой — лечили лучшие врачи своего времени. Доказательства были найдены в 1993 году в Эфесе: останки гладиаторов содержали следы заживших ран, что говорит о хорошем уходе при жизни. Более того, известно, что знаменитый врач Гален, труды которого изучались вплоть до XIX века, начинал карьеру штатным медиком при гладиаторской школе.
Разумеется, не стоит забывать, что сражения на арене служили также и наказанием за серьёзные преступления. В таких случаях по определению не допускалось никакого милосердия.
Любопытно, что Гален также отмечал: гладиаторы питались в основном дешёвой, быстро готовящейся пищей — ячменём и бобами, богатыми углеводами. Такая диета давала достаточно энергии для изнурительных тренировок и длительных боёв. Плиний Старший называет их hordearii, то есть «ячменееды».
Некоторые исследователи считают, что рацион специально был направлен на формирование толстого подкожного жира. Парадоксально, но это делало бои зрелищнее: поверхностные раны не доходили до суставов, связок и нервов. Такое природное «доспехи» позволяли гладиаторам наносить друг другу множество мелких порезов, продолжая бой — для публики это было куда эффектнее.
Для восполнения кальция они употребляли специальный отвар, в состав которого, как полагают, входила древесная зола. Анализ тех же останков из Эфеса показал, что кости гладиаторов были значительно крепче, чем у других жителей города.
Не менее впечатляет и то, как тщательно классифицировались бойцы. К моменту открытия грандиозного амфитеатра Колизея в Риме в 80 году н.э. гладиаторские бои превратились в чётко организованный спорт — и по форме, и по содержанию. Каждый участник относился к определённому типу, имевшему свой стиль боя и особое снаряжение — с учётом его прошлого, навыков и физических особенностей. После этого его тренировали в рамках выбранной специализации.
Например, бестии́арии готовились исключительно к боям с животными, дима́хэры сражались с двумя мечами, есседа́рии — на колесницах. Ретиа́рий изображал рыбака: его вооружали трезубцем, кинжалом (пугио) и сетью. Он должен был поймать противника, как рыбу, — иначе шансов на победу у него практически не оставалось.
По мере роста популярности боёв в арену устремлялось всё больше желающих услышать рёв толпы и вкусить славы битвы. Причём гладиатором становился далеко не всегда раб, захваченный из варварского племени. Уже в I веке н.э. свободные граждане всё чаще записывались в гладиаторские школы — в поисках славы, денег и, возможно, женского внимания. Зачастую они были бывшими солдатами, уже владевшими оружием.
Среди гладиаторов встречались даже патриции, стремившиеся продемонстрировать свою воинскую доблесть. Более того, император Коммод лично участвовал в постановочных боях. По свидетельствам, его соперниками были либо неопытные противники, либо напуганные зрители, которым вручали оружие. Другие императоры в бои не вступали, но любили их и тратили на проведение сражений огромные суммы, стремясь заслужить любовь народа. Недаром ещё в начале II века н.э. сатирик Ювенал писал: «Народ жаждет лишь хлеба и зрелищ!»