Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

В продолжение темы сценических происшествий

В продолжение темы сценических происшествий. Сообщество "Гобой" как-то вспоминало одну гобойную историю 18 сентября 2017 года London Symphony Orchestra под руководством Саймона Рэттла исполнял «Осуждение Фауста» Берлиоза в Barbican Centre (Лондон) в прямом эфире. 📍 То, что увидели слушатели в прямом эфире: Olivier Stankiewicz (Principal Oboe) начинает исполнять своё соло в Scene XVIII "Descent into Hell" (в самом конце оперы). В этот момент он понимает, что у него залило октавный клапан. Чтобы исправить ситуацию постучал по инструменту и случайно сломал трость о зубы нижней челюсти. Моментально сориентировавшись, он схватил инструмент Rosie Jenkins (второй гобой программы) и без труда продолжил соло, несмотря на то, что у гобоя Рози другая аппликатура. То, что не попало в кадр: Rosie прочистила инструмент Olivier, заменила трость и вернула инструмент гобоисту как раз к тому моменту, когда они должны были вступать в следующий раз. LSO пишет: а между тем, никто из музыкантов вокруг

В продолжение темы сценических происшествий.

Сообщество "Гобой" как-то вспоминало одну гобойную историю

18 сентября 2017 года London Symphony Orchestra под руководством Саймона Рэттла исполнял «Осуждение Фауста» Берлиоза в Barbican Centre (Лондон) в прямом эфире.

📍 То, что увидели слушатели в прямом эфире:

Olivier Stankiewicz (Principal Oboe) начинает исполнять своё соло в Scene XVIII "Descent into Hell" (в самом конце оперы). В этот момент он понимает, что у него залило октавный клапан. Чтобы исправить ситуацию постучал по инструменту и случайно сломал трость о зубы нижней челюсти. Моментально сориентировавшись, он схватил инструмент Rosie Jenkins (второй гобой программы) и без труда продолжил соло, несмотря на то, что у гобоя Рози другая аппликатура.

То, что не попало в кадр:

Rosie прочистила инструмент Olivier, заменила трость и вернула инструмент гобоисту как раз к тому моменту, когда они должны были вступать в следующий раз.

LSO пишет: а между тем, никто из музыкантов вокруг них и глазом не моргнул, и никто в зале не подозревал, что здесь только что произошла драма.