По тому, как Ларочка открыла дверь в квартиру, Соколов понял, что произошло что-то чрезвычайное и удручающее. Обычно она трезвонила долго, пока он открывал дверь и с порога рассказывала все новости дня без остановки.
А тут, сняла плащ, помыла руки пошла переодеваться. И все в полной тишине. От ужина отказалась, села на диван и молчала. Соколов решил не беспокоить ее, пусть соберется с мыслями.
Ларочку он встретил в трамвае. Она сидела у окна и рассказывала кому-то по телефону о визите к окулисту. Выяснилось, что у нее близорукость в начальной стадии. Слепота ей не грозит, но она уже присмотрела симпатичные очки, которые ей очень к лицу. У Ларочки были тонкие лодыжки, длинные ресницы и задорный смех. Соколову захотелось стать повыдырем, который возьмет за руку близорукую Ларочку и поведет ее к семейному счастью. Он вышел из трамвая вместе с Ларочкой и больше они не расставались.
Ларочка сидела и смотрела в одну точку. Было заметно, что внутри она ведет беседу сама с собой.
Знаешь,- начала она рассказ,- после работы Семенова пригласила меня в гости, чтобы показать нечто особенное. Хранила интригу весь день, даже не намекала, что это.
Семенова - это коллега Ларочки. Они соревновались. В чем? Во всем. От маникюра и макияжа до кулинарных достижений. У Ларочки было одно преимущество, она была замужем. Коварная Семенова находилась в поиске спутника жизни.
Соколов сел на диван рядом с женой и обнял ее за хрупкие плечи. Она посмотрела на него и в ее глазах стояли слезы.
Сначала я думала, что она хочет показать новое платье,- продолжила Ларочка,- но почему-то дома. Появивись она на работе в сногсшибательном наряде, эффект был бы лучше. И тут я увидела картину в шикарной золотой раме, висящую на стене. Как ты думаешь, что было на картине? Ошибаешься, не натюрморт, не идиллический пейзаж с овечками на лугу. На картине была нарисована масляными красками сама Семенова. Она лежала на разнотравье среди ромашек, васильков и белых лилий, жарко раскинув руки. Смотрела с картины со скрытым лукавством. В белом платье, с ногами намного длиннее, чем на самом деле. Волосы волнистые, отливают медью. Причем здесь медь, если у нее волосы отливаю прелой соломой. Справа изображен куст розы с красными цветами, напоминающими зефир. В отдалении сверкало море, что-то цвело пышным розовым цветом и большая белая яхта. Рядом с ней стояла корзинка для пикника. В ней фрукты, вино, хрустальные бокалы. Понятно, что хрусталь, сверкал на солнце. И самое примечательное. Мужская шляпа « борсалино» и голубая мужская рубашка, по виду льняная. Самого мужчины нет, но все говорило о том, что он рядом. И яхта вдалеке принадлежит ему.
Сказать, что я была поражена, значит ничего не сказать. Я застыла, но быстро пришла в себя и напустила на лицо полное безразличие. Похвалила работу художника, колорит и перспективу, легкость и воздушность.
Соколов рассмеялся, поцеловал жену и пошел на кухню, чтобы приготовить ромашковый чай.
Стоит ли так расстраиваться. Купи себе платье или сумку. Можешь добавить еще туфли.
Ларочка сердито фыркнула.
Ты не понимаешь, она видела произведенный эффект. Нет, нужно нечто особенное, такое высокохудожественное с пролонгированным действием. Запоминающееся. Кого удивишь туфлями. Семенову точно не удивить.
Соколов призадумался. Ничего не приходило на ум.
А давай попросим Петьку и он нарисует тебя нимфой или Афродитой. Можно на лошади всадницей, рядом борзые, как у Брюллова. Или в пышном платье на троне, корона, бриллиантовая россыпь на стройной шее.
Ларочка хмурилась, перебирала в голове варианты. Потом улыбнулась.
Хорошо, пусть это будет картина. Но никаких овечек, собачек, кринолинов и корон. Я знаю, что нужно нарисовать и это будет нечто поразительное. Должно просто свалить Семенову с ног. Давай Петькин телефон, я с ним поговорю…
Прошла неделя. У Ларочки было прекрасное настроение. Пару раз она ездила в мастерскую к художнику. Наконец, картина была готова. В субботу Семенова была приглашена на просмотр.
В пятницу Соколов пришел позже жены. Ларочка сидела в кресле, картина, довольно большая, стояла у стены, закрытая тканью. Она подошла к картине и сорвала покрытие.
Соколов увидел нечто сюрреалистическое. Окружности, эллипсы, волны, завихрения и брызги. Преобладал красный цвет. Через все нагромождение фигур проходила спираль. Ее цвет изменялся от темно-лилового к черному. Из центра спирали на Соколова смотрели два черных глаза. Он не мог оторвать взгляда от картины. Она засасывала его. Монстр из глубины смотрел на него. Его затошнило и голова закружилась. Он пошатнулся и сел на диван.
В картине было что-то мистическое, сакральное, завораживающее и пугающее.
Ларочка подошла к картине и перевернула ее лицом к стене. Произведениям эффектом она осталась довольна.
Ну, если ты так отреагировал, то Семенова и тем более. Она увлечена всяким мистицизмом, шаманизмом и спиритизмом. Она будет просить меня продать ей эту картину. Умолять. Не волнуйся, я ее не оставлю дома. Твое здоровье дороже. Но я ее помучаю и подарю… ей эту картину. Ты же не против?
Извини меня, но пришлось провести эксперимент на тебе, любимый.
Семенова вышла замуж за художника Петьку. С Ларочкой они больше не соперницы. Они подруги не разлей вода.
Что будет потом, неизвестно.
«Чем лучше план, тем меньше надежды, что он пройдет без сучка без задоринки». ( Н. Мейлер)