Она приехала к родителям всего на пару дней — отдохнуть, переключиться. В первый вечер мама, как всегда, накрыла стол с её любимыми блюдами, расспрашивала о работе, улыбалась. Казалось, всё как прежде. Но на следующее утро, когда Анна проснулась в полдень, в доме уже царила напряженная тишина.
Мать стояла на кухне, спиной к дочери, и резко стучала ножом по разделочной доске. Отчим, привыкший вставать в шесть утра и к этому времени уже вернувшийся с работы в огороде, молча пил чай. Анна едва успела потянуться, зевнув, как услышала ледяное:
— Мне стыдно за тебя. Сколько можно в кровати валяться. Ты на часы смотрела? Так всю жизнь проспишь!
Нож замер. Отчим не поднял глаз. Анна застыла в дверном проеме, будто её ударили по спине. Она медленно повернулась, пытаясь прочесть в мамином лице хоть каплю шутки. Но та лишь бросила взгляд на часы и продолжила резать овощи.
"Стыдно". Слово висело в воздухе, колючее и нелепое. Анна вернулась в комнату, закрыла дверь и села на кровать, сжимая ладонями виски. Разве за это стоит стыдиться? Ане - 28, с дипломом престижного вуза на бюджетном обучении, с работой, которая позволяет содержать не только себя, но и бабушку, помогать родным. Она покупала маме золотые украшения, о которых та всегда мечтала, оплачивала ремонт в их доме, привозила подарки, от которых соседки ахали. Она не пила, не гуляла, не просила у родителей ни копейки с тех пор, как в девятнадцать стала подрабатывать, после дневной учебы в университете, на вечерней смене в общепите.
Анна смотрела в окно на знакомый двор, где когда-то бабушка учила её читать, пока мама, выйдя замуж во второй раз, строила новую жизнь, оставив её на попечение бабули. Она вспоминала школьные годы: красные аттестаты, олимпиады, попытки поймать мамин восхищенный взгляд. Но вместо него всегда звучало: «Вот Лена из соседнего подъезда…» или «А у Наташиной дочки…». Даже сейчас, когда Анна привозила родителям деньги "в помощь", мать как-то раз обмолвилась: «Соседка Саша родителям дом купила».
— Мой единственный грех — сон до полудня, — прошептала она, сжимая край одеяла. Разве это преступление? Она не будила их ночными гулянками, не просила заварить кофе, не мешала. Просто наверстывала те бессонные ночи, что копились месяцами за время жизни в студенческой общаге и командировочных отелях, после того как стала работать. Пыталась отоспаться в доме родителей, родном доме, который должен был бы стать для неё душевным приютом. Стать местом, где она могла бы собраться с силами и отдохнуть. Но так и не стал.
Из-за двери донесся смех отчима — мама рассказывала какую-то смешную историю. Анна прижала ладони к глазам, чувствуя, как по щекам катятся горячие капли. Она не хотела оправдываться. Не станет объяснять, что её «леность» оплачивает их спокойную старость. Но в груди ныло, будто там снова сидела та девочка, которую однажды оставили у бабушки с чемоданом игрушек и обещанием: «Я скоро вернусь».
Она встала, вытерла лицо и начала собирать вещи. За дверью пахло жареной картошкой — её любимой. Но Анна уже не была голодна.
Спасибо за внимание.
Буду признателен за лайк и подписку. Впереди ещё много интересных статей.
Также Вы можете поблагодарить автора через донат - Дзен ввел возможность небольшой финансовой поддержки авторов. Отправить донат на любую сумму можно через официальный сервис Дзена, кликнув по ссылке Вознаграждение для автора, либо через кнопку доната справа под статьей или в шапке канала.
Заранее благодарен любой вашей реакции.