Я часто думаю о том, как все могло бы сложиться. Вот сидишь такой на кухне, смотришь в окно, а за окном дождь. Обычный дождь.
Он просто идет и идет. Капли стучат по стеклу, и ты вдруг начинаешь думать: а что было бы, если бы тогда, в восьмидесятых, я не пошел на тот концерт?
Ведь я не хотел идти. Совсем не хотел. У меня были совершенно другие планы на тот вечер. Я хотел сидеть дома и читать журнал «Техника молодежи».
Там была статья про компьютеры. Про настоящие персональные компьютеры, которые тогда только-только появились где-то там, в далекой Америке.
Но Серега позвонил. Он сказал: «Пошли, там будет весело». И я пошел. Хотя это была не моя компания, не мои люди. Просто Серега был такой... он умел убеждать.
И вот я пришел на этот концерт. Самодеятельность какая-то, студенты политеха пели под гитару.
И там была она, Наташа. В синем свитере, с длинной косой. Она сидела у окна и смотрела куда-то вдаль, будто этот концерт ее совсем не интересовал.
А сейчас она на кухне гремит кастрюлями и ругается на кота, который опять стащил со стола котлету.
— Коля, ты опять в окно уставился? Помог бы лучше картошку почистить, — это она мне кричит.
Тридцать семь лет вместе, а она все еще считает нужным кричать из кухни, хотя наша квартира такая маленькая, что шепот был бы слышен.
— Иду, — отвечаю я и встаю с кресла, которое давно продавило мою форму, как будто я и кресло — это уже одно целое.
Знаете, мой отец всегда говорил: «Николай, деньги нужно вкладывать в дело».
Он был из тех, кто пережил войну, голод, разруху, и точно знал, что сбережения в банке — это ненадежно. А дело, предприятие — это навсегда.
И вот я, будучи молодым специалистом с дипломом инженера, скопил приличную по тем временам сумму. Работал в две смены на заводе, подрабатывал ремонтом телевизоров.
У меня были планы. Большие планы.
В середине восьмидесятых я читал все, что мог найти про электронику. Я видел будущее. Компьютеры, программирование — все это только начиналось у нас, но я чувствовал, что за этим будущее.
И у меня была идея открыть мастерскую. Сначала ремонт, потом сборка, а там, глядишь, и до производства своих компонентов дошло бы.
Но тут случилась Наташа.
— Коля, да ты что, с ума сошел? Какая мастерская? У нас свадьба через месяц, нам квартиру снимать надо, мебель покупать.
И я послушал. Деньги ушли на свадьбу, на мебель, на первый взнос за кооперативную квартиру. А потом родился Димка, и стало не до мастерских и не до компьютеров.
Я чищу картошку, а в голове крутится: вот Билл Гейтс, он ведь примерно моего возраста. И Стив Джобс был. Они тоже начинали в гаражах, в маленьких мастерских.
А сейчас? Microsoft, Apple — это же целые империи. И кто знает, может быть, где-то в параллельной вселенной существует компания «Nikolay Soft», и я — миллиардер, выступаю на конференциях, даю интервью журналистам.
— О чем задумался? — Наташа подходит и забирает у меня миску с очищенной картошкой.
— Да так, ни о чем, — отвечаю я, но она-то знает, что это неправда.
— Опять о своих компьютерах мечтаешь? — она улыбается, но в глазах что-то такое... грусть, что ли.
— Ну, мечтаю и мечтаю. Что теперь.
— Коля, ты же знаешь, я никогда не была против твоих идей. Это ты сам все решил.
И это правда. Она никогда не говорила мне «нет». Просто... просто я сам выбрал. Семья, стабильность, уверенность в завтрашнем дне. В те годы это казалось важнее рискованных предприятий.
А потом был девяносто первый год. Развал Союза, инфляция, безработица. Завод наш закрылся, я остался без работы.
И тогда я опять вспомнил про свою мечту. Компьютеры уже были не такой диковинкой, их привозили из-за границы, продавали, ремонтировали. И я решил, что это мой шанс.
Собрал последние деньги, занял у родителей, у друзей. Открыл маленький магазинчик компьютерной техники. И знаете что? Дела пошли!
Люди приходили, покупали, заказывали ремонт. Я нанял пару молодых ребят, мы работали с утра до ночи. Это было время надежд, время новых возможностей.
И тут Димка заболел. Тяжело заболел. Врачи разводили руками, говорили, что нужна операция, дорогие лекарства. А денег у нас не было — все вложено в магазин.
— Коля, надо что-то делать, — сказала Наташа тогда, и в ее глазах был такой страх, что у меня внутри все перевернулось.
И я продал бизнес. За бесценок, можно сказать, отдал. Деньги пошли на лечение сына, на реабилитацию.
Димка выздоровел. Он сейчас живет в Канаде, работает программистом в какой-то крупной компании. Иронично, да? Мой сын делает то, о чем я мечтал всю жизнь.
— Наташ, а помнишь, как мы Димку лечили? — спрашиваю я, пока она нарезает картошку.
— Помню, конечно. Страшное время было.
— А если бы тогда не продал магазин? Что было бы?
Она откладывает нож, вытирает руки о фартук и смотрит на меня долгим взглядом.
— Николай, ты опять за свое? Мы спасли сына. Какие еще могут быть «если бы»?
И она права, конечно. Но мысли эти все равно не дают покоя.
После того случая я уже не пытался начать свое дело. Устроился инженером на небольшое предприятие, где и проработал до пенсии. Зарплата маленькая, но стабильная.
Мы не голодали, но и богатства не нажили. Наша двухкомнатная квартира, старая «Лада» во дворе, дача шесть соток — вот и все наше имущество.
А потом случилось то, чего я никак не ожидал.
Это был обычный вторник. Я пришел с работы, поужинал и сел смотреть телевизор. И тут звонок в дверь. На пороге стоял молодой человек в дорогом костюме.
— Николай Петрович? — спросил он.
— Да, это я.
— Меня зовут Алексей. Я представляю компанию «ТехноЛаб». Мы занимаемся разработкой программного обеспечения и электроники. Нам стало известно о вашем изобретении.
Я опешил. О каком изобретении идет речь?
— Простите, но вы, наверное, ошиблись адресом.
— Нет-нет, именно вы в 1984 году разработали схему компактного блока питания для электронных устройств. Вы подавали заявку на патент, но потом отозвали ее.
И тут я вспомнил. Действительно, был такой проект. Я работал над ним в свободное время, считал его перспективным. Но потом закрутилась свадьба, и стало не до патентов.
— Да, было такое, но это же почти сорок лет назад! Какой сейчас в этом смысл?
— Огромный смысл, Николай Петрович. Ваша разработка опередила свое время. Сейчас, с новыми материалами и технологиями, мы можем реализовать ее на современном уровне.
И мы хотим предложить вам сотрудничество.
Я пригласил его в квартиру. Наташа принесла чай, села рядом, слушала с интересом.
— Мы готовы выкупить права на вашу разработку и привлечь вас в качестве консультанта. Это хорошо оплачиваемая работа, Николай Петрович.
Он назвал сумму, от которой у меня перехватило дыхание. Столько я не зарабатывал за все годы работы на заводе.
После его ухода мы с Наташей долго сидели молча. Потом она взяла меня за руку.
— Видишь, Коля, твои идеи все-таки нашли признание.
— Через сорок лет, Наташ. Через сорок лет. А что толку теперь? Мы уже старики.
— Не говори глупостей. Шестьдесят два — это не старость. У нас еще все впереди.
И я вдруг разозлился. По-настоящему, как не злился уже много лет.
— Впереди? Что у нас впереди, Наташа? Пенсия, лекарства, больницы? Если бы не ты, если бы я тогда рискнул, может, мы бы сейчас жили совсем по-другому! Может, у меня была бы своя компания, как у Билла Гейтса! Может, мы бы путешествовали по миру, а не считали копейки до пенсии!
Она побледнела. В глазах появились слезы, но голос был твердым:
— Значит, это я виновата? Я тебя держала? Я запрещала тебе заниматься твоими изобретениями? Или, может, это я заставила тебя продать бизнес, когда Димка заболел?
— Нет, но...
— Никаких «но», Николай. Ты сам делал выбор. Каждый раз — сам. И я была рядом, поддерживала любое твое решение. А теперь я виновата в том, что мы живем «в нищете»?
И тут я осекся. Потому что она была права. Всегда была права.
Наша жизнь не была легкой. Мы пережили развал Союза, дефолт, кризисы. Но мы всегда были вместе. Когда я терял работу, она подрабатывала шитьем.
Когда болел Димка, она ночами сидела у его кровати. Когда я впадал в депрессию из-за несбывшихся мечтаний, она находила слова, чтобы вернуть меня к жизни.
— Прости меня, Наташ, — сказал я тихо. — Ты здесь ни при чем. Это все моя дурацкая гордыня.
Она вздохнула, села рядом и положила голову мне на плечо.
— Знаешь, Коля, мне иногда тоже хочется помечтать. Что было бы, если бы я тогда пошла учиться в театральный, как мечтала.
Может, была бы сейчас известной актрисой. Или если бы я согласилась на предложение поехать работать за границу в девяностые. Но я не жалею ни о чем. Потому что у меня есть ты, есть Димка, внуки. И это счастье, понимаешь?
Я обнял ее и вдруг почувствовал, что камень, который давил на сердце все эти годы, начал таять.
На следующий день я позвонил Алексею и согласился на сотрудничество. Не ради денег, хотя они, конечно, нам не помешают. А ради того, чтобы завершить то, что начал сорок лет назад.
Прошло полгода. Мы с Наташей сидим на балконе нашей новой квартиры. Теперь у нас три комнаты, большая кухня и этот прекрасный балкон с видом на парк.
Я работаю консультантом в «ТехноЛабе», и мне это нравится. Молодые ребята слушают мои идеи с уважением, я чувствую себя нужным.
Димка с семьей прилетел погостить на месяц. Они живут в гостинице неподалеку, но каждый день приходят к нам. Внуки бегают по квартире, смеются, шумят. Младший, Петька, пятилетний сорванец, уже вовсю осваивает компьютер и говорит, что будет как дедушка, изобретателем.
— О чем думаешь? — спрашивает Наташа, подавая мне чашку с чаем.
— Думаю, что мы прожили хорошую жизнь. И что я был неправ. Мы никогда не жили в нищете, Наташ. У нас всегда было главное богатство — любовь, семья, верность.
Она улыбается и берет меня за руку.
— А помнишь, как ты мечтал о своей компании «Nikolay Soft»?
— Помню, конечно.
— Я тут поговорила с Димкой. Он хочет открыть филиал своей канадской компании здесь, в России. И знаешь, как он хочет ее назвать?
— Как?
— «Nikolay Soft». В честь тебя.
Я смотрю на нее, и в горле стоит комок. А за окном идет дождь, обычный летний дождь. Он стучит по стеклу, и каждая капля отражает солнечный свет, превращаясь в маленькую радугу.
И я думаю: «Если бы не ты, Наташа, кем бы я был сейчас? Может быть, богатым, а может, и нет. Но точно не был бы таким счастливым».
***
Порой нам кажется, что если бы мы сделали больше, чем смогли сделать, то было бы совсем иначе. Да, возможно так. А может и нет. Но в любом случае, мы делаем в жизни лишь то, на что способны. И не нужно сожалеть об этом, потому что всегда есть что то в противовес, что на тот момент является более ценным.
***
А у вас, уважаемые читатели, есть подобные истории о которых вы вспоминаете с сожалением упущенной возможности?
Подписывайтесь и делитесь своим мнением о героях рассказа, читайте дальше, в следующих публикациях простые житейские истории!