Глава 11
Глава 10
Глава 9
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Я не хотела признаваться самой себе, но, кажется, слова Анжелики на меня повлияли гораздо сильнее, чем я показывала. Я совсем сникла, все прокручивая и прокручивая в голове слова бывшей подруги. Андрей передумал жениться, он хотел отказаться и уйти, он изменил мне в тот вечер, когда я попала в аварию.
Ленка считала, что Анжелика лжет. Ей это было нужно, чтобы обелить себя. Гораздо легче признать, что ты спала с парнем подруги, когда подруга еще ходила на своих ногах. И гораздо сложнее признаться самой себе, что ты дрянь, которая раздвинула ноги перед мужчиной, чья девушка — инвалид, которому нужна постоянная забота. Тем не менее что-то в словах Анжелики, а может, ее тон или выражение глаз заставили меня понять: она не врет. И я не знала, что было страшней: быть брошенной перед алтарем или жить полгода в выдуманной иллюзии «все-будет-хорошо».
Мама пыталась докопаться, что случилось. Она видела, что после той поездки в торговый центр мое душевное равновесие снова было нарушено, и я, как она говорила, начала увядать на глазах.
Я, невесело смеясь, язвила:
— Можно подумать, до этого я цвела и пахла.
— Нет, но ты, кажется, держалась, а теперь что-то случилось, и ты совсем потухла.
— Я бы сказала, протухла и сгнила, — деланно рассмеялась я.
— Прекрати, — взмолилась мама, посмотрев на меня с тревогой.
— Я шучу. Вот думаю, чем себя занять до конца дней.
— Давай найдем тебе какое-нибудь хобби, — тут же с энтузиазмом предложила мама.
— Какое? — хмыкнула я. — Вышивать крестиком?
— Не хочешь крестиком, можно другое что-то. Вот смотри, — она пододвинула ко мне планшет. — Тут целый список, чем могут заниматься люди с ограниченными возможностями. Например, фотография, лепка из глины…
— Мам, — закатила я глаза.
— Спорт, — не унималась она. — Смотри, некоторые даже в баскетбол играют. Я узнавала, где есть залы для таких, как ты…
Залы для таких, как я. То ли человек, то ли полчеловека. Таким и правда нужны отдельные залы, а лучше отдельная планета, чтобы не смущать нормальных людей своим уродством.
— Ты же знаешь, я всегда ненавидела баскетбол.
— Можно заняться не баскетболом, а теннисом, — продолжала предлагать мама. — Вариантов ведь множество. Ты даже можешь продолжить работать, на фрилансе, если захочешь.
Я водила пальцем по экрану планшета, прокручивая ленту в соцсети. Взгляд вдруг остановился на портрете какого-то мужчины. Его лицо было испещрено шрамами, один из которых будто разламывал нос пополам. Я ткнула на картинку и перешла на страничку человека, выложившего этот уродливый портрет. Вернее, портрет был написан изумительно, но вот мужчина на портрете вызывал отвращение. Даже отталкивал. Правда, приковывал взгляд, и отвести глаза уже было невозможно.
— Что это? — ахнула мама, наклоняясь над планшетом. — Страх какой, — покачала она головой.
— Ты видишь этот «страх» каждый день, — усмехнулась я.
— Не говори глупостей, Марин. Ты…
— Да-да, я не так уродлива, к тому же я твоя дочь, и ты будешь любить меня всякой.
Я прочитала шапку сообщества: «Художник Сергей Варшавский».
— Ого, да у него тут целый цирк уродов, — ахнула я.
Я зашла в один из альбомов, который носил название «Шрамы жизни». Художник собрал с два десятка картин, на которых были изображены люди с различными уродствами: вывернутые ноги и руки или их полное отсутствие, женщина без глаза, юноша с какой-то огромной багровой опухолью на лбу, напоминающей рог.
— Зачем он это рисует? — неодобрительно сказала мама.
— А почему нет? Разве только красивых надо рисовать? А такие, как мы, значит, за бортом? — возмутилась я.
— Ты не такая, как эти, — замотала она головой.
— Это для тебя я не такая, а для окружающих — такой же урод, как и все уроды.
— Марина! Для каких окружающих?
— Да хоть для Андрея или Анжелики! — выкрикнула я.
— Не говори мне про этих подлецов, — нахмурилась мама. — Слышать о них не могу.
— Анжелика ждет ребенка от Андрея, и они скоро поженятся, — тихо сказала я.
— Откуда ты знаешь? — охнула мама.
— Она сказала.
— Теперь понятно, — вздохнула она.
— Что тебе понятно?
— Почему ты такая злая в последние недели, почему руки совсем опустила.
— Это не так, — возразила я. — Просто я перестала понимать, зачем живу. Нет никакого смысла.
— Не говори так, — в голосе мамы послышались слезы, и я поняла, о чем она тут же подумала.
— Да не бойся ты, ничего я с собой не сделаю. Тот период, когда я не хотела жить, остался позади.
Удивительно, но только произнеся эти слова вслух, я поняла, что говорю чистую правду: умирать я не хотела. Но существовать вот так, как существую сейчас, тоже. Правда, как это исправить, я не знала. Найти хобби? Но душа ни к чему не лежала. Начать работать? Что я могла? Предыдущая моя работа была связана с составлением графиков и финансовых аналитических отчетов. Я никогда не любила свою работу менеджером, всегда хотела заниматься чем-то более творческим. Например, дизайном интерьеров или организацией мероприятий. Мы часто обсуждали это с Андреем. Он меня поддерживал, предлагал бросить работу, отучиться по новой и освоить другую, более интересную мне профессию. Я ведь думала, что после того, как мы поженимся, так и сделаю. Но ничего не вышло. Ни тебе свадьбы, ни исполнения мечт.
Вечером, сидя в постели, я снова листала ленту в интернете, и мне опять попались на глаза работы того художника. Только теперь это было рекламное объявление: «Художнику требуются модели. Ищу людей с физическими недостатками, уродствами, шрамами. Напишу ваш портрет».
Я перешла по ссылке в объявлении все в ту же авторскую группу. На стене сам Сергей Варшавский писал: «Объясняю сразу. Это не работа в полном смысле слова. Денег я вам не заплачу, обеспечу лишь крышей над головой и едой на то время, пока буду писать ваш портрет, так как живу за городом. Что получите вы? Портрет, написанный профессионалом, который будет размещен на выставке в следующем году, десять процентов от его продажи, если кто-то захочет купить. Силиконовых дур, изуродовавших себя пластическими операциями, просьба не обращаться».
Какой резкий и даже язвительный товарищ.
Не знаю, что именно меня зацепило в его работах, но прожив с этой мыслью еще несколько дней, я поняла, что хочу, чтобы Сергей Варшавский запечатлел мое изуродованное тело и лицо на холсте.
Продолжение следует...
______________________
Автор: Софи Сорель
Любое копирование или воспроизведение текста без разрешения автора запрещено.
______________________