Наша сегодняшняя история – особенная. В ней и уникальность жизни отдельного человека, и воплощение миллиона похожих историй.
Война. Сколько людей – и взрослых, и малышей – она оставила одинокими, растерянными, потерянными…
Радио. Оказывается, эфир, простая передача могут восстановить утраченную связь и сплести заново разорванные нити человеческих судеб. А голос из радиоприемника способен вернуть веру в счастье там, где отчаяние казалось неизбежным…
Сегодня Геннадий Сырков расскажет историю – о войне, радио и надежде…
ИСТОРИЯ С ПРОДОЛЖЕНИЕМ
«МАЯК» ПОДАЕТ СИГНАЛЫ
Пролог
(Звучат позывные радиостанции «Маяк»).
Немолодая женщина садится к микрофону. У нее аккуратно зачесаны волосы, строгое темное платье. Она очень похожа на учительницу начальных классов.
А. Барто (архивная запись): Здравствуйте, дорогие товарищи! Сегодня тринадцатое число и мы продолжаем наши поиски.
Агния Барто, ведущая передачи «Найти человека» радиостанции «Маяк».
Радиоволны разносят голос на тысячи километров. Его слышат миллионы.
А. Барто (архивная запись): Попробуем всем миром поискать родных Вали Совицких. Кроме фамилии, и то не очень точной, Валя о себе почти ничего не знает. Она только помнит, что маленькая она была темно-русая и кудрявая. И что у нее была бабушка.
Передача радиостанции «Маяк» «Найти человека» продолжала поиски с 65-го по 74-ый год. Биографы Агнии Барто потом отметят: в этот период она не написала ни одного стихотворения.
У поэтессы, севшей к микрофону, особый метод поиска. Ребенку, который потерялся в войну, в детском доме могли дать новое имя, изменить дату рождения, но с ним навсегда оставались его воспоминания: смутные, неполные, фрагментарные. Иногда – яркие.
А. Барто (архивная запись): Я нашел в саду большое яблоко. А брат попросил меня дать попробовать кусочек с краешку и с серединки. Я дал, гляжу – он всё яблоко съел. Да еще и смеется надо мной. Брат Морина, услышав радио, нашелся. Узнал себя в рассказе про яблоко. А вместе с ним нашлись и сестры Николая.
(Из архивной записи «Встреча на вокзале»).
– Коля, я Шура! Ой…
– Пойдем.
– Пойдем. Сейчас пойдем…
Стоит обратить внимание на дату: радиопрограмма «Найти человека» появилась в эфире в середине 60-х. Дети, которые потерялись во время бомбежек, эвакуаций, уже давно покинули детские дома. Приобрели профессии, обзавелись семьями. И теперь уже сами хотели не только обнять родных, но и получить ответ на вопрос «Откуда же я?». 60-ые – то время, когда уже сами дети войны стали искать своих родителей, братьев и сестер.
А. Барто (архивная запись): «Маяк» подает сигналы. Ищем родных Валентины Совицких или Савицких…
1. «Папа спрашивал: откуда я родом?»
Благодарим героиню программы за фотографии из семейного архива и подписи к ним.
Татьяна Каптур: Когда я росла, маленькая, папа очень много рассказывал (они же жили на оккупированной территории), как они бегали смотреть оружие, танки немецкие стояли. И очень много всегда говорил: «Откуда же я родом?» Он об этом постоянно говорил! И когда приходили гости, при любом застолье вспоминали всегда. Война только что закончилась. Все были дети войны и, в общем-то, это каждого касалось.
Татьяна Валентиновна Каптур – коренная петербурженка. Ее мать ребенком пережила блокаду. А папа Валентин приехал в Ленинград из Белоруссии, когда ему было уже 17.
Вместе с другими сиротами из детского дома его отправили учиться. Папа закончил ФЗО, работал на стройке, потом в армии получил водительские права. И до самой пенсии был ленинградским таксистом. В 59-м он женился на маме Татьяны Валентиновны, а в следующем году родилась и она сама.
Но мы вернемся к началу семейной истории. «Папа потерялся, когда немец пошел на восток», – расскажет Татьяна Валентиновна. Он был сыном военного.
Татьяна Каптур: Ну, у меня папа с родителями жил в Белостоке. Белосток – это был белорусский город. Дед служил в каком-то полку в гарнизоне. Он был физруком.
В этой семье было трое детей. Папа – 36-го, сестра – 38-го, и маленький мальчик 41-го года рождения.
Ну вот дедушка Каптур Викентий Филиппович оставил свою жену с тремя детьми на платформе. Эвакуировались семьи военнослужащих.
И бабушка 24-го июня потеряла всех троих детей в Гродненской области. Когда была бомбежка, старшие дети – 5 с половиной лет папе, сестре Инне 3 года – они побежали кто куда. Маленький мальчик 41-года рождения Георгий был привязан у матери на груди платком. Она была контужена, бабушка. Когда она очнулась, детей около нее не было.
Во время той бомбежки дети с мамой ехали уже на машине – в сторону Минска. В момент авианалета на дороге остановились два автомобиля. Когда начались взрывы, дети Татьяны побежали в разные стороны. Девочка Инна – в поле, а старший Валентин – в лес. Мальчик потом вернулся из леса, но советский солдат в суматохе посадил его не на ту машину. Матери рядом не было. И пятилетний Валя поехал опять на запад, а не на восток.
В Гродненской области его сначала приютила белорусская женщина. Потом за связь с партизанами немцы ее расстреляли. И мальчика Валю взял к себе жить белорусский крестьянин. Молодой, еще даже не женатый.
Татьяна Каптур: Папа попал в хозяйскую семью. Мужчина его взял, и он его воспитывал до 49-го года. Он сперва был одинокий, а потом он женился. И в 49 году у него появился ребенок, в общем-то, там организовалась семья… Я так думаю, что поэтому папа ушел в детприемник в Волковыске и уже попал в детский дом. Надо было учиться, и, в общем-то, мальчик был активный. Он ушел в детский дом.
Мальчик Валентин помнил свое имя и фамилию. Помнил имя отца и матери. Помнил, что у него есть сестра и младший брат, что жили они в городе, но не мог сказать, в каком. И не помнил день своего рождения. Поэтому в детском доме в документах эту дату просто придумали: 5 мая 1937 года. А местом рождения указали деревню Угрень в Гродненской области.
Татьяна Каптур: И он в детском доме пробыл с 49-го по 53-й год, Ну, я думаю, что он там закончил… сколько классов? Наверное, четыре? И по путевке приехал в 53-м году в Ленинград.
2. «Ищу человека»
Пропустим четверть века. В 1973 году в Советском Союзе на экраны вышел художественный фильм «Ищу человека», снятый по сценарию Агнии Барто. Фильм рассказывал о том, как радио ищет людей. С этого момента в нашей истории начинаются события, о которых Татьяна Валентиновна Каптур знает уже не понаслышке.
Татьяна Каптур: Мы пошли смотреть кино «Ищу человека», этот фильм. Ну, в общем, там все обрыдались. Вышли из кинотеатра, а так как мне было 13 лет, я это всё помню.
И мама сказала, что она напишет на радиостанцию «Маяк». В розыск родных. И вот у меня даже есть отдел писем, главная редакция… когда это было всё. Это был 74 год.
Объявили, что такой-то такой-то, Каптур Валентин Викентьевич ищет маму Татьяну, отца Викентия, сестру Инну. Я даже помню, где я была в квартире. Я сидела, и вдруг родители включили радио, и радио стало говорить о розыске. И прозвучала наша фамилия.Сперва крикнули: «Слушайте, слушайте», – а потом замолчали, чтобы все это услышать.
А самое главное – эту передачу слушала папина родная тетя. Она лежала в больнице в Минске, программа была поздняя, с восьми до полдевятого, по-моему, вечера. Она услышала это всё. Послала письмо своему брату Викентию Филипповичу. Они после войны переехали во Львов. Дед работал в НКВД.
Они только получили квартиру новую, и бабушку ждала целый день холодильного мастера. Раньше же нельзя было подключать без мастера холодильник. Папа позвонил, она через дверь говорит: «Я вам не открою, я вас днем ждала». (Вздыхает). Ой… я всегда рассказываю – мне это… Сейчас… Немножко. (Всхлипывает).
И когда он ей сказал, что он Валентин из Ленинграда… Ну, тут истерика, бабушка уронила ключи, еле-еле открыла дверь, и, когда она открыла двери, она сразу его обняла. Он не мог представить, насколько он похож на отца. Это, в общем, одно лицо.
Он рассказывал, что, когда он зашел в квартиру, он спросил: «Мама, а почему мой портрет взрослого висит?» Она говорит: «Это не твой портрет, это портрет отца».
Тут никакой проверки не могло быть: он – как две капли воды… Но вот он там сколько пробыл, я не знаю. А потом они к нам приехали в середине сентября. Но я тогда занималась музыкой, я их видела всего два дня: мы уехали на гастроли в Чехословакию.
Бабушку я видела всего дин раз. Бабушка статная, высокая, с толстой косой. Такие волосы густые! Всё рассказывала, всё обнимала папу. Все плакали! Но она не оправдывалась, она только лишь сказала: «Я когда очнулась в крестьянской семье, я закричала: «Где дети?» Детей нет. Вот что делать?
По селам ходила, по деревням, но, видимо, не в ту сторону пошла, потому что папа воспитывался в Гродненской области, а она войну прожила в Барановичах. Потом она в 44-ом, когда уже погнали на запад, она пришла в Минск. А дед приехал в 45 году уже после войны.
Спустя 30 лет – в июне 75-го – в Минске соберутся все родственники Валентина Викентьевича. Приедет он сам, его отец. Не будет матери, Татьяны: она скоропостижно уйдет из жизни весной, успев увидеть сына только два раза. Ее внучка и наша рассказчица тоже полетит с отцом в Белоруссию. И скажет, что помнит старый аэропорт Минска, помнит, как сошли с трапа и она увидела забор, облепленный людьми. «Это были всё наши родственники».
Встреча в Минске в 1975 году.
Татьяна Каптур: Было, по-моему, три или четыре машины и львовский автобус.
Корр.: Да что вы! Так много?
Татьяна Каптур: Да! Так много народу было, да. Ну, в Белоруссии, кроме Гомельской области, жили все в разных… Витебская, Могилевская… В Минске, в Бресте! В Гродненской… Много было народу. Ну и прилетели из Архангельска дядя, из Измаила были люди.
Разговаривали, плакали, смеялись. Пели «Поговори со мною, мама», так как бабушка умерла в апреле месяце и приехал только дедушка. Папу встречали очень тепло, радушно, потому что он… ну, он – их. Он на них на всех похож.
3. Сестра
В 77 году еще одна большая радость – найдется сестра Инна. Эта история несомненно достойна отдельной передачи. В совсем другой стране женщина с совершенно другим именем узнает, что мама у нее приемная.
И женщина будет помнить, что в детстве видела аэродром, какого-то мужчину (возможно, папу) в военной форме. А родную мать – в белом халате. И что ее собственное имя – Анна. Легко заметить, что в детской памяти перепуталась всего одна буква. А вот имя матери память сохранила верно: Татьяна.
«Уважаемые советские люди, – напишет письмо в белорусскую газету Галина Сбожень из Польши. – Своих родителей я не могу забыть. До сих пор часто вижу их во сне… Предполагаю, что я уроженка Белоруссии».
Детская писательница Агния Барто была права: самые смутные и отрывочные воспоминания ребенка – это шанс. То, что запомнил маленький человек, с высокой вероятностью может помнить еще и кто-то другой.
Татьяна Каптур: Она попала в партизанский отряд, эта девочка – Инна – 3 года ей было. Там были поляки. И полька ее увезла в Польшу. Она нашлась в 77-м году в городе Щецин, это на границе Германии. Там она жила. Эта женщина ей всё сказала перед смертью. Она знала, но она ей перед смертью сказала: «Ты уроженка Белоруссии, ищи своих родителей в Белоруссии».
Ее нашел родственник из Минска. Он читал все газеты, и эта девочка писала, что она жила где-то в Белоруссии. Всё на основании того, что она запомнила дядю! И что он приезжал на мотоцикле. И она писала, что он был в форме. Ну, она приезжала в Минск, ей показывали дом, где жили, приезжали следственные органы. Она помнила, где детский садик, куда они ходили… И она стала Галина Сбожень – совершенно, в общем-то, другой человек.
А мальчика так и не нашли. А в 46 году у бабушки с дедом родился сын послевоенный.
Галина Сбожень в 77-ом году приезжала в Ленинград. Встречалась с братом Валентином. А летом опять собралась вся родня в Минске. Изо Львова прилетел Викентий Филиппович. Спустя 36 лет девочка Инна, ставшая Галиной, на родной земле увидела и смогла обнять отца. Это случилось уже незадолго до его смерти.
Прошедший войну и тяжело раненый на войне, Викентий Филиппович Каптур трагически погиб в 79-ом – его сбил троллейбус. «Дедушка был закрытым человеком, – расскажет Татьяна, – не такой душевный, как папа. Но он очень любил бабушку. После ее смерти ему было тяжело».
4. Не всё сбылось…
(Звучит песня «Поговори со мню, мама»).
Минуты сказочные эти
Навек оставлю в сердце я.
Дороже всех наград на свете
Мне песня тихая твоя.
Песня «Поговори со мною мама» впервые прозвучала в том году, когда Валентин Каптур нашел свою мать. По словам Татьяны, песню он полюбил. Вы же обратили внимание, что и свою дочь Валентин Викентьевич назвал именем матери? Которую потерял в 41 году на дороге где-то между Гродно и Барановичами в первые страшные дни войны.
(Звучит песня «Поговори со мню, мама»).
До звездной полночи до самой
Мне снова детство подари!
«Расскажите о вашем папе, Татьяна. Он работал таксистом и, кажется, любил эту профессию?» – «Очень любил, – ответит Татьяна. – И город наш, Ленинград, тоже очень любил».
Татьяна Каптур: Он хорошо знал город, он был ударником, передовиком, ветераном производства. Был на почетном месте папа с 62-го по 96 год.
Корр.: Каким он был по характеру?
Татьяна Каптур: Папа был… (Улыбается). Папа был веселый! Задорный! Певун, плясун! Я вообще папина дочка. Папа очень ласковый был, для мужчины он был ласковый. Но у них в роду мужчины все ласковые. Вот я же общалась с дядями – детей они очень своих любили всегда.
До 39 лет папа Валентин на семейных праздниках печально спрашивал: «Где моя семья? Откуда я? Кто мои предки?» Потом, когда нашлись почти все – папа, мама, сестра – что думал сам об этой истории? «Что-то говорил, Татьяна, вам – папиной дочке?» Я буду готов к тому, что моя собеседница скажет: «Я не помню, был ли у нас такой разговор». Но ответ меня обескуражит.
Татьяна Каптур: Вам… Вам сказать… м-м-м… чтобы было красиво, или сказать правду?
Корр.: Правду, конечно же.
Татьяна Каптур: А вы знаете, впоследствии он жалел, о том, что он нашел.
Корр. (удивленно): Ууууу… Так?
Татьяна Каптур: Ну потому что через 33 года после войны… ему 38 лет, 39… Он не рос с родителями! Наверное, что-то хотел другого от родителей. Они не успели!
Мама через 10 месяцев умерла. Я могу представить, что он думал, что найдет маму и какое-то время будет ее видеть, а он ее всего видел два раза. За эти 10 месяцев. И опять он ее потерял! Понимаете? (Вздыхает).
Опять боль! И зачем я тогда ее находил? Ну увидел я ее, ну узнал я, что я вот оттуда такой-то. Родственники тоже уже были взрослые. Братья, сестры – разные города, разные республики. Не было такой дружбы! Поэтому при потере мамы у него образовалась пустота.
И всё равно он ездил в Гродненскую. Уже этого Петра не было, который его вырастил. Но там была его дочь, внучки, друзья детства, с которыми он рос. Он ездил туда.
(Фоном звучит «Вечерняя серенада» Шуберта).
Найдя родителей, Валентин Каптур узнал свой настоящий день рождения, а не тот, который ему выбрали в детском доме. Конечно, поменял документы. Но в паспорте он так и оставил прежние, неверные сведения о месте рождения. Не город Минск, а деревня Угрень Гродненской области.
Сделал это Валентин Викентьевич в знак благодарности приемному родителю, который его растил с 41-го по 49-ый год. К Петру Повху – так звали белорусского крестьянина – он приезжал, пока тот был жив. А потом с дочерью Татьяной был у него на могиле. Самого Валентина Викентьевича Каптура не стало 18 лет назад.
Вместо эпилога
«Прошло 50 лет – я рассказываю эту историю. Я рассказываю ее с 15 лет», – так скажет Татьяна Валентиновна Каптур.
Татьяна Каптур: А я на эту историю всю жизнь смотрю с замиранием. Я всегда вспоминаю… Наворачиваются слезы – это естественно, но я… горжусь! Я горжусь, что вот такая вот история произошла в нашей семье. Всё равно он увидел родителей! Он узнал свое происхождение. Кто были его бабушка и дедушка! Потому что его бабушка – Каптур Агафья Ивановна – говорила всем, что Валик найдется. Он был одаренный мальчик, схватывал всё на лету. И вот она умерла в 1962 году, она верила.
У меня муж не смотрит телепередачу, в которой ищут людей, а я очень люблю эту передачу и я, в общем-то, интересуюсь людьми. Многие знакомые говорят: «Вот показывают – это какая-то ерунда». Я говорю: «Знаете, что? Это не ерунда! Со мной в жизни произошла такая история».
А. Барто (архивная запись): Чаще всего приходят на помощь те, кто слушает радио. То есть вы, товарищи. Главные участники поисков – это радиослушатели. Стоит рассказать о судьбе, омраченной войной, назвать чье-то имя, как сейчас же идут отклики, письма. Бывшие воспитатели детских домов, одноклассники, земляки – все сообщают, спешат сообщить любую подробность, которая может помочь навести на след.
(Звучат позывные радиостанции «Маяк»).
Письмо на бланке главной редакции Центрального всесоюзного радиовещания. 24 сентября 1974 года: «Уважаемый товарищ Каптур! Мы очень рады, что наша передача помогла Вам найти Ваших родных. Желаем Вам радостных встреч и всего наилучшего в Вашей жизни. С уважением, редактор Белова». Имя ближайшей помощницы Агнии Барто не названо. Но указаны телефоны и знакомый всем советским радиослушателям адрес: Пятницкая, 25.
(Звучат позывные радиостанции «Маяк»).
Продолжение следует…
Поздравляем всех наших радиослушателей с великим праздником – с Днем Победы! И желаем всем мирного неба над головой и мира в душе.
#детскийвопрос #радиороссии #поезднадежды #усыновление #опека #приемныйребенок #приемныеродители #детисироты #деньпобеды #9мая