С Днем Победы, люди мира!
Красные сапожки
(Всем нашедшим и потерявшим любовь на войне посвящается. Основано на реальных событиях)
Давно я хотел написать об этом. Но все тянул, не решался. Все-таки история эта очень личная, и без разрешения дяди Славы я не мог. Он рассказал ее однажды, когда мы в очередной раз заехали к нему в день рождения.
За праздничным столом он как всегда был весел, читал свои замечательные полные жизни стихи, курил и провозглашал глубокомысленные тосты.
Разумеется, кто-то из нас предложил вспомнить его маму и все мы выпили за нее, давно ушедшую в мир иной, и за ее такого умного и талантливого сына - дядю Славу.
Дядя Слава слегка погрустнел, потом улыбнулся и предложил: "А давайте выпьем за красные сапожки". Поскольку все присутствующие, за исключением супруги юбиляра - тети Любы, не поняли о чем речь, то дядя Слава и рассказал нам эту историю.
Прошло уже пости 7 лет с тех пор. Я подзабыл детали истории. И спросить дядю Славу не получится, его уже тоже нет на этом свете. А спрашивать тетю Любу в отсутствие дяди Славы я опять же не решился.
Но я помню как мы были потрясены услышанным. Поэтому о главном в этой истории, о том при чем здесь красные сапожки, я и расскажу что помню.
Тем более год юбилейный. 80 лет Победы над фашистской Германией. А дядя Слава родился именно в том самом далеком 45-м. О нем и его матери этот рассказ. О войне и мире. О жизни и смерти.
Дело было в мае 1945. Как известно, 8 мая Германия капитулировала, а 9 мая с тех пор отмечается как День Победы - праздник со слезами на глазах. Оставшиеся в живых радовались победе и оплакивали павших.
При этом, что также известно, не смотря на подписание акта о безогоорочной капитуляции кое-где в Германии и не только еще имели место бои и даже сражения.
Ко дню Победы дядя Слава еще не родился, но его МАМА уже знала, что не пройдет и 7 месяцев, как у нее должен родиться ребенок. Она лишь недавно узнала об этом. Не знал об этом правда больше никто, даже его ОТЕЦ. Ему она и не решилась, и не успела еще сказать. Да и надо ли. Это был фронтовой роман. И ОНА была ЕМУ фронтовой женой. Она красавица медсестра, он статный, несмотря на ранение, офицер артиллерист. Кто-то жизнь спасает. Кто-то ее отбирает. Война! Нет ничего страшней. Нет ничего безумней. Но она - эта проклятая война их свела, соединила.
И вот война закончилась. А дома ЕГО ждала жена настоящая...
ПОБЕДА! Какое счастье! Неужели на самом деле конец аду на земле?!
Командование разрешило отпраздновать это выстраданное долгожданное событие. Но аккуратно. Мало ли что. В небольшом европейском городке, то ли в немецком, то ли чешском, присмотрели рядом со штабом приличный каменный дом и организовали в нем праздник. Песни, танцы под гармонь и прочие атрибуты радости, как и д(о)ма в Советском Союзе в каком-нибудь Доме культуры или клубе.
ОНА танцевала, с НИМ, с другими офицерами, громко пела, смеялась, но все не решалась сказать ЕМУ о ребенке. Казалось бы сейчас, самое время. Спела со всеми еще одну песню, выпила за Победу, за товарища Сталина. Но нет, все не решалась. Тогда когда? Снова песня, снова ОН обнял и прижал к груди в их быстро-медленном танце. Не решалась. Твердо ОНА знала лишь одно: как бы ни складывалось дальше, ОНА сохранит ребенка, она обязательно станет МАМОЙ. Она смеялась и плакала...
И вдруг все померкло. Затихло. Праздничный шум сменился мгновенной гробовой тишиной. В самом прямом смысле. А в миг между ними прилетел снаряд или мина и раздался взрыв. Кто был в этот момент на месте прилета был убит или ранен. На взрыв сбежались остальные и увидели, что от "клуба" осталась груда кирпича, еще более красного от пролитой крови.
ЕГО не было в момент взрыва рядом с НЕЙ. ОН выходил курить с товарищами. Недалеко. Буквально рядом. Теперь ОН здесь... и ОН был в ужасе. ЕЕ нигде нет, ни среди живых, ни среди погибших. ОН оставил ЕЕ на каких-то пару минут. Как же так? ОН винил себя в произошедшем и все смотрел страшными глазами на развалины клуба. ОНА там, точно там решил ОН и кинулся разгребать кровавый кирпич. ОН метался, кричал, звал ЕЕ по имени. Но ответа не было. Вдруг чей-то стон. Обезображенное лицо вчерашнего красавца лейтинанта с перебитыми ногами. Его спасут, заштопают. Вновь будет красавцем. А как иначе. Но ЕЕ не было видно. ОН орал благим матом.
Принесли прожектор, но он не помогал. Стоны. Достали сестричку из медсанбата. Но не ЕЕ. ЕЕ не было. Надо искать, но где конкретно. А ведь дорог(а) каждая минута, секунда, мгновение.
Вдруг в свете прожектора что-то блеснуло в самой глубине кирпича. Это что-то показалось ЕМУ знакомым. Передвинули прожектор. В мельчайшую щель ОН разглядел золотую пряжку, явно от его подарка, оторванную взрывом. А вот и сам подарок. ОН стал вгрызаться в кирпич именно в этом направлении. Ему помогали. И вот ОНА. Дышит. Без сознания. Жива.
ОНА была спасена...
После долгого лечения в госпитале, ОНА таки сделала главное в своей жизни - родила сына, поставила на ноги, воспитала. У НЕЕ была непростая послевоенная жизнь. ОНА больше не знала ни ЕГО, ни других мужчин. ОНА любила своего сына и он вырос настоящим человеком. Но каждый год в День Победы, накрывая стол, выпивая свои 100 грам фронтовых, она радовалась и плакала, вновь и вновь переживая те судьбоносные события. Она думала о жизни и смерти. О том, что не дай бог случиться войне. Чтобы тот кромешный ад, который прошла ОНА и ОН, не захватил мир уже их детей и внуков. И, конечно, она вспоминала о тех красивейших яркокрасных европейских сапожках с золотыми пряжками, которые накануне Победы подарил ОН. Рассказать ли о них сыну. Ведь если бы не они... Только они и сношены давно, и нет их уже вовсе.
(5-9 мая 2025. Б.Дворы, МО).
#9мая #День_Победы