Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Странница

Тогда были выделены три отдельных дорожно-эксплуатационных полка и несколько дорожно-мостовых батальонов и рот… Женщины, подростки, старики

Тогда были выделены три отдельных дорожно-эксплуатационных полка и несколько дорожно-мостовых батальонов и рот… Женщины, подростки, старики — всё мало-мальски трудоспособное гражданское население вышло помогать дорожникам... "По всей почти трехсоткилометровой трассе стучали кирки, ломы, врезались в болотный грунт лопаты. Кругом лес, кочкарник, валуны. Две недели днем и ночью шло сражение за дорогу. Строительные материалы носили вручную. Только брёвен около 35 тысяч перетаскали. Были сооружены два больших моста через Волхов и Сясь. Эта трасса оказалась куда более тяжелой, нежели дорога через Ладожское озеро. Машинам приходилось преодолевать крутые подъемы и спуски, снежные заносы. Пролегла она в основном по необжитым местам. Бревно к бревну — сотни, тысячи бревен составили один многокилометровый мост. Настил "дышал" под колесами машин: даже в самые сильные морозы не промерзало болото. Первыми прошли здесь воинские подразделения, форсированным маршем переброшенные для контрнаступления на

Тогда были выделены три отдельных дорожно-эксплуатационных полка и несколько дорожно-мостовых батальонов и рот… Женщины, подростки, старики — всё мало-мальски трудоспособное гражданское население вышло помогать дорожникам... "По всей почти трехсоткилометровой трассе стучали кирки, ломы, врезались в болотный грунт лопаты. Кругом лес, кочкарник, валуны. Две недели днем и ночью шло сражение за дорогу. Строительные материалы носили вручную. Только брёвен около 35 тысяч перетаскали. Были сооружены два больших моста через Волхов и Сясь. Эта трасса оказалась куда более тяжелой, нежели дорога через Ладожское озеро. Машинам приходилось преодолевать крутые подъемы и спуски, снежные заносы. Пролегла она в основном по необжитым местам. Бревно к бревну — сотни, тысячи бревен составили один многокилометровый мост. Настил "дышал" под колесами машин: даже в самые сильные морозы не промерзало болото. Первыми прошли здесь воинские подразделения, форсированным маршем переброшенные для контрнаступления на Тихвин.

Он шел по болоту, не глядя назад,

И Бога он звал на подмогу,

Он просто работал, как русский солдат,

И выстроил эту дорогу.

На запад взгляни и на север взгляни -

Болото, болото, болото.

Кто ночи и дни выкорчевывал пни,

Тот знает, что значит работа.

Пойми, чтобы помнить всегда и везде:

Как надо поверить в победу,

Чтоб месяц работать по пояс в воде,

Не жалуясь даже соседу!

Все вытерпи ради родимой земли,

Все сделай, чтоб вовремя, ровно,

Одно к одному по болоту легли

Настила тяжелые бревна.

...На западе розовый тлеет закат,

Поет одинокая птица.

Стоит у дороги и смотрит солдат

На запад, где солнце садится.

Он курит и смотрит далёко вперед,

Задумавший точно и строго,

Что только на запад бойцов поведет

Его фронтовая дорога.

Над нами светило яркое солнце, дул весенний прохладный ветерок, пели птицы. Мы останавливались на озёрах и реках. Гуляли, ловили рыбу, слушали лес и ехали дальше. Вокруг царили мир и покой.

”В любом бесцельном походе должна быть цель.” Нашей целью оказалась Память. Память о тех, кто вместе с ленинградцами боролся за их будущее. Сейчас практически невозможно представить, какой неимоверной волей нужно было обладать, чтобы брать силы работать в нечеловеческих условиях. Низкий поклон тем безымянным героям. Каждый из них спасал жизнь в умирающем городе.